Дело чести

Куликов Роман Владимирович

Он присел, посмотрел Къюгу в глаза, улыбнулся и сказал:

– Я хочу сказать тебе две вещи. Первая: ты мне все расскажешь, и вторая: я не буду тебя убивать.

Темнокожий пират замолчал, сразу перестав ухмыляться, и проводил поднявшегося Ладимира ненавидящим взглядом.

Оставив Къюга, Лад пошел в кают-компанию, налил себе сош, включил настенный экран на прием картинки с внешних камер корабля, уселся в кресло, закинув ноги на соседний стул, и любовался красотой космоса, потягивая напиток, пока не уснул.

На следующий день,

так и не дождавшись «пилигрима», капитан связался с губернатором Медведевым, попросив его. обеспечить охрану, если Петер с остальными все же прилетит. Тот пообещал отправить на космодром отряд спецназа для постоянного дежурства и поинтересовался: не с ним ли тот самый «старый знакомый» о котором они с Ладом говорили?

Каменев ответил, что решил взять на себя доставку «знакомого» до дома, тем более что тот сам проявил такое желание.

Губернатор понимающе улыбнулся и распрощался, а Ладимир включил капитанский модуль и приказал Пловцу:

– Отправляй сообщение для «пилигрима» на Лагуну, по всем точкам связи. И оповести команду о старте. Всем занять места по полетному расписанию.

А сам принялся молча вводить координаты для прыжка и рассчитывать вектор направления.

– Простите, капитан, а куда мы летим? – поинтересовался нейроштурман.

– Система Каадам, планета Каадам Два.

– Позвольте, капитан, – сказал Пловец, и на расчетном экране появились готовые параметры прыжка.

– Темные звезды! – поморщился Каменев. – Я забыл, что ты можешь сделать это сам и гораздо быстрее.

– Ничего, капитан, бывает, – в голосе нейроштурмана слышались веселые нотки. – И что там? На Каадаме?

– Там мы узнаем правду или хотя бы часть ее… Отправил сообщение Петеру?

– Да.

– Тогда стартуем.

* * *

Планета Каадам Два была отмечена как условно пригодная для колонизации. Таких «условных» планет значилось в реестре несколько десятков. Почти все они были земного типа или приближались к таковому. Как правило, большинство из таких планет требовали минимальной степени терраформинга, а к привычному описанию добавлялся коэффициент полезности и причины «условности». Для Каадам Два коэффициент был на удивление высок, а в причинах, по которым планету отнесли в категорию условно пригодных, значилась аббревиатура «ПВОС». Из космоса она смотрелась удивительно красиво: изумрудный шар с белыми полярными шапками, пронизанный блестящими прожилками водных артерий, украшенный серо-коричневыми пятнами каменистых пустынь и окруженный голубоватой оболочкой атмосферы. Она кружила по эллиптической орбите вокруг звезды класса G, размерами немногим больше Солнца, с давних времен принятого у человечества за эталон.

Ладимир приказал Пловцу опуститься к поверхности, но посадку не совершать, затем велел привести пленника в шлюзовой отсек и сам направился туда же.

В шлюзовой собрались все члены команды. Софи стояла

в сторонке и с замиранием сердца следила за действиями пиратов. Происходящее было для нее волнующим и слегка пугающим.

Капитан посмотрел на Къюга и приказал приготовить скафандр.

Виталь достал ИС-3 и проверил его.

– Сколько кислорода в баллонах? – спросил Лад.

– Часов на пять.

– Сделай на два и отключи фильтр.

– Понял, – кивнул Виталь.

Темнокожий пират затравленным взглядом, смотрел, как из баллонов выпускают воздух. Зорин сверился с показаниями датчиков и кивнул капитану, показывая, что задание выполнено.

– Надевай, – велел тот Къюгу.

– Сам лезь в это дерьмо…

От удара Каменева пират согнулся пополам. Ладимир взял его за ворот и толкнул в руки штурмовика и его напарника.

– Засуньте его в скафандр, – приказал он.

Къюг пытался сопротивляться, но несколько сильных ударов утихомирили его. Рудольф бил жестко и эффективно, пресекая любые попытки темнокожего пирата вырваться. Тот ругался и угрожал, обещая порезать Лада и всю его команду на куски. Штурмовик навалился на него, прижимая к полу, а Зорин и Болтун натягивали на Къюга скафандр. Закончив, они рывком подняли его на ноги.

– Хочешь выбросить меня в космос и оставить подыхать, ублюдок? Пристрелить – кишка тонка? Тогда прикажи своим псам это сделать, они у тебя послушные!

– Я уже говорил, что не буду тебя убивать, – спокойно сказал Ладимир, подойдя ближе к пирату. – Пловец, мы уже над поверхностью?

– Да, в сотне метров.

– Садись.

– Понял. Пошел на посадку.

Ладимир посмотрел на своих людей:

– Как только коснемся поверхности, выбросьте его из корабля.

Болтун и Виталь потащили пленника к шлюзу.

– Пловец, когда Къюг окажется снаружи, взлетай. – Каменев посмотрел на темнокожего пирата: – Если не хочешь сгореть под дюзами, постарайся отбежать от корабля подальше.

Сказав это, капитан направился обратно в рубку, Софи пошла за ним.

– Лад, – негромко, словно опасаясь, что кто-то ее услышит, произнесла девушка, – а что ты собираешься с ним делать?

Глаза ее блестели искорками любопытства и волнения.

– Я собираюсь его напугать, – ответил Каменев. Они быстро дошли до рубки, и Ладимир занял капитанское кресло. – Пловец, как дела?

– Жду, когда он уйдет на достаточное расстояние, чтобы не спалить.

– Хорошо, – сказал капитан. – Дай изображение и соедини меня с ним.

На экранах появилась быстро удаляющаяся планета, а в динамиках раздался голос Къюга, бормочущего ругательства. В рубку вошел Виталь, за ним следом появился Болтун, потом Георгий… Ладимир оглянулся и увидел, что в рубке собралась вся команда. Гораций, привычно лежавший возле кокона Пловца, поднялся, удивленный таким количеством людей, и решил пройти обнюхать каждого.

В рубке раздавался голос пирата, сыплющего живописные ругательства.