Дело Бенсона

Ван Дайн Стивен

– Все отлично, – признался Маркхэм. – Но к чему это приводит нас?

– Я бы не стал утверждать, что мы мало продвинулись вперед. – Ванс некоторое время молча курил. – Вы знаете, Маркхэм, я уверен, что этот таинственный пакет был поручительством.

– Вполне возможное объяснение, – согласился Маркхэм.

– И, конечно, ваш рациональный ум подсказал вам, что таинственный пакет и есть та коробочка с драгоценностями, которую миссис Платц видела на столе в гостиной Бенсона.

– Но даже если это так, то я все равно не вижу, что это дает нам. Если бы майор знал, что этот пакет имеет отношение к

данному делу, он не стал бы уговаривать секретаршу хранить молчание.

– Ага! Но если майор знал, что этот пакет к делу не относится, значит, он должен был знать об этом деле что-то еще, не так ли? С другой стороны, раз он умеет определять, что относится к делу, а что не относится, то, я полагаю, он должен знать о деле больше, чем он признает. Не забудьте, что именно он навел нас на след Пфайфа и именно он полностью убежден в невиновности капитана Ликока.

Маркхэм задумался.

– Я начинаю понимать, к чему вы клоните, – сказал он. – Эти драгоценности могут играть в деле важную роль. Придется снова поговорить с майором.

Вскоре после обеда, когда мы курили в комнате отдыха, появился майор Бенсон, и Маркхэм пригласил его подсесть к нам.

– Майор, вы готовы помочь нам пролить свет на тайну убийства вашего брата? – спросил Маркхэм.

Тот внимательно посмотрел на прокурора. Серьезность тона Маркхэма показалась ему необычной.

– Видит Бог, что не по моему желанию на вашем пути возникают препятствия, – отозвался майор. – Я буду рад помочь вам, чем могу. Но есть кое-что, о чем я не могу сейчас говорить. Если бы это касалось одного меня, тогда другое дело.

– Вы кого-то подозреваете? – спросил Ванс.

– Да. Я подслушал разговор Олвина в тот день, который оказался для него последним.

– Вы не должны занимать рыцарское положение, – сказал Маркхэм. – Даже если ваше подозрение необоснованно, все равно до правды путь сократится.

– Но когда я не знаю , я не могу довольствоваться одними догадками, – твердо сказал майор. – Я считаю, что будет лучше, если вы решите эту проблему без меня.

Несмотря на все усилия Маркхэма, майор больше не сказал ни слова и вскоре простился с нами. Маркхэм с огорченным видом посасывал сигару.

– Что, старина, не по зубам орешек? – улыбнулся Ванс.

– Дело не так смешно, как вам кажется, – огрызнулся Маркхэм.

– Мне приходит в голову мысль, что подробности об этом деле знают все, кроме полиции и окружного прокурора.

– Этого бы не случилось, если бы они все не были так скрытны, – засмеялся Ванс. – И самое трогательное в этом деле, что каждый кого-то покрывает. Начала эту кампанию миссис Платц. Она солгала насчет посетителей Бенсона, потому что не хотела замешивать в дело мисс Сент-Клер. Мисс Сент-Клер вообще отказалась давать показания, потому что явно не желала бросить тень на другого. Капитан Ликок лишился голоса в тот момент, как вы высказали подозрение по адресу его невесты. Даже Линдер кого-то покрывает. А теперь еще и майор Бенсон! Ситуация не из лучших. Но, с другой стороны, очень приятно, что все эти милые люди склонны к самопожертвованию.

– Черт возьми! – Маркхэм вскочил на ноги. – Это дело действует мне на нервы. Я отправляюсь спать. Утро вечера мудренее.

– В этой древней мысли есть что-то

поэтическое, – сказал Ванс, когда мы вышли на Мэдисон-авеню. – Конечно же, ум нуждается в отдыхе. Сон даже утоляет боль, но я не уверен, что он является стимулом.

– Тогда сидите и думайте.

– Этим я и собираюсь заняться. Но я буду думать не о деле Бенсона, а о том, чем мне заняться в следующие четыре дня.

Глава 17. Поддельный чек

(Среда, 19 июня, утро)

На следующее утро мы встретились с Маркхэмом в городе и вместе поехали к нему в контору. Мы приехали туда незадолго до девяти часов. Сержант Хэс уже сидел в приемной. Он был взволнован и, когда заговорил, его голос слегка дрожал.

– Как с Ликоком, мистер Маркхэм? Мне кажется, что надо побыстрее взять его. Мы все время следим за ним, он совершил много разных поездок. Вчера утром он пошел в свой банк и полчаса провел в кабинете главного кассира. Оттуда он отправился к юристу и пробыл там час. Затем он снова вернулся в банк и просидел там еще полчаса. Время ленча он провел в «Астор-Грилл», но ничего не ел, а просто сидел за столиком. После двух часов он посетил агента по продаже недвижимости. После его ухода мы узнали, что, начиная с завтрашнего дня, он покидает свою квартиру. Потом он позвонил шестерым своим друзьям и вернулся домой. После обеда мой человек побывал у него дома и узнал, что тот складывает вещи. Мистер Маркхэм, похоже, что он собирается бежать.

Маркхэм нахмурился. Сообщение Хэса взволновало его, но прежде чем он успел ответить, в разговор вмешался Ванс:

– К чему эти волнения, сержант? Ваши люди наблюдают за капитаном. Я уверен, что ему от них не ускользнуть.

Маркхэм бросил быстрый взгляд на Ванса и повернулся к Хэсу.

– Сделаем так. Пока следите за ним, но если он попытается удрать, задержите его.

Сержант мрачно посмотрел на Маркхэма и ушел.

– Кстати, Маркхэм, – сказал Ванс, – пожалуйста, не назначайте свиданий на половину первого сегодня. Одна встреча у вас уже есть. С леди.

Маркхэм положил ручку и удивленно посмотрел на Ванса.

– Какого черта вы еще придумали?

– Я за вас договорился о встрече. Я позвонил ей сегодня утром. Я уверен, что разбудил бедняжку. – Маркхэм покраснел и протестующе поднял руку, но Ванс не дал ему заговорить. – Вы должны просто присутствовать на встрече. Обещаю, что вы об этом не пожалеете. Вы вчера были так расстроены, что я не успел вас предупредить. Мы встречаемся с миссис Паулой Баннинг, так сказать, Элоизой Пфайфа. Я положительно убежден, что она сумеет немного рассеять туман, который вас окружает.

– Но, Ванс! – простонал Маркхэм. – Мне придется уйти… – Он резко замолчал, осознав, насколько бесполезны попытки переубедить Ванса. Больше того, я убежден, что ему совсем не улыбался предстоящий разговор с Паулой Баннинг. Он медленно приходил в себя и когда, наконец, снова заговорил, голос его звучал почти спокойно. – Поскольку вы договорились за меня, я ее приму. Но я бы хотел, чтобы Пфайф не знал об этом. Он в состоянии выкинуть что-либо неожиданное.

– Странно! – пробормотал Ванс. – Я подумал то же самое. Поэтому я позвонил ему вчера вечером и сообщил, что он может вернуться к себе на Лонг-Айленд.