Делирий
Шрифт:
— Я привёл его к вам, экселенц, — сказал Феллер, коротко кланяясь, отступил в сторону, сделал жест рукой. — Вы дали задание, я выполнил. Он ваш.
Фурсенюк посмотрел на Романа.
На мгновение чары, скрывающие истинный облик потомка рептилоидов, растаяли, и Роман впервые в жизни увидел-почувствовал человекоподобную рептилию, умело претворявшуюся человеком.
— Волков, — сказал Кочевник с забавным акцентом, обрушивая на голову Романа ещё один сканирующий, пронизывающий насквозь «луч» ментального локатора.
Роман, готовый к этому, сжался в рисовое
— Как вам удалось его спеленать? — спросил фурсенюк, продолжая держать Романа в фокусе своей мыслеволи. — Он как будто фрустирован, но продолжает что-то прятать. Вы уверены, что это не ловушка? Зачем вы привели его ко мне?
— Он ваш, — повторил Феллер заготовленную фразу тусклым голосом. — Разрешите удалиться.
Фурсенюк бросил на него короткий оценивающий взгляд, качнул головой.
— Ах, вот оно что! Вы у них на крючке! Забавно, я не сразу сообразил. Посмотрите-ка на меня, господин экзор!
Роман поднял голову.
Глаза министра стали совсем чёрными. Мало того, зрачки глаз меняли форму и превращались в крестики. Кочевник разгадал замысел стратегов «Триэн» и готов был обрушить на исполнителя главной роли и всех присутствующих мощнейший ментальный удар.
Включились механизмы просветления, запустили процесс энергетической настройки, резко расширили диапазон восприятия излучений и полей. Время снова послушно замедлило течение.
И всё-таки Фурсенюк начал первым.
— Метакса! — прозвучал его шипящий «змеиный» голос.
В холл выбежали несколько человек, охранники и какие-то люди в монашеских рясах.
— «Сотый»! — мгновенно отреагировала на это Анна, в руке которой вдруг появился пистолет.
Роман набросил на сознание министра чёрную вуаль «засоса», однако ничего не добился. Вуаль разлетелась клочьями дыма, словно разорванная порывом ураганного ветра. А потом Фурсенюк ответил, и сознание Романа вылетело струйкой из головы, окунувшись в пустоту и тишину. Лишь где-то в глубине костей черепа и в позвонках застряла слабенькая мысль: держись, висв, перестройся, ты сможешь отбиться.
Возможно, это была и не мысль, а протянутая ниточка телепатической связи, но именно она и вернула его из небытия.
К тому же ему помогли.
— Фас! — крикнул кто-то. Один из телохранителей Феллера.
И случилось чудо. Блэкзор выхватил откуда-то пистолет с глушителем и. начал стрелять в охранников здания и монахов, каждым выстрелом повергая на пол одного за другим.
«Телохранители» Феллера тоже вступили в бой, они были безоружны, и только высокая выучка триэновского спецназа помогла им остаться в живых. Потому что монахи были вооружены посерьёзней — пистолетами-пулемётами «Ш1-2000», давно заменившими штатные «Калашниковы» у милиции.
Феллер успел выстрелить четырежды, повернул ствол пистолета к боссу.
Фурсенюк оскалился, отвлекаясь на это движение. Его раппорт затронул болевые центры в мозгу магистра, и Феллер закричал.
Роман никогда прежде не слышал,
Шея тонкая, а кричит толстым голосом, всплыли в памяти слова бабушки.
Роман очнулся. Тёмные раппорты были Кочевнику не страшны, он не отбивал их, он питался ими! И тогда Роман собрал протянутые к нему паутинки света в один «букет» (это были энергопотоки Ылтыына, Олега Харитоновича, других людей, сотрудников «Триэн») ивспыхнул, превращаясь в «солнечный протуберанец»!
Этот протуберанец превратился в копьё ментального света и вонзился в голову министра.
— Стоять! — крикнул Роман.
Ылтыын потом с усмешкой уверял, что он добавил ещё одно слово, созвучное со словом «стоять», но Роман этого не помнил.
Фурсенюк отшатнулся, застыл, получив приказ, защититься от которого у него не хватило сил, и. начал быстро трансформироваться, превращаться в рептилоида, каким он и был от рождения. Да, его предками были рептометисы из Южной Африки, которых сами аборигены называли читаури — «детьми Змеи», однако человека в нём было меньше, чем рептилии.
Сдавленно выругался один из «телохранителей» Феллера, точнее — оперативник Ё-группы. Ахнула Анна.
— Стоять! — повторил Роман прыгающими губами. — Ждать приказа!
Глаза Кочевника потускнели, стали узкими, Длинными, щелевидными. Подбородок заострился, губы раздвинулись и тоже стали узкими, лицо приобрело землистый цвет. Он был очень похож на человека, если бы не пропорции головы и туловища. И всё-таки это был нечеловек!
— Быстро программистов! — опомнилась Анна.
Роман подошёл к лежащему на полу холла Арчибальду, свернувшемуся калачиком.
Американский блэкзор был мёртв, пропустив убивающий раппорт босса, которому служил верой и правдой.
В холл ворвалась группа бойцов Ё-спецназа, экипированная не хуже спецназа ФСБ, быстро повязала уцелевших «монахов» и охранников усадьбы.
С ними появился Ылтыын, потом Олег Харитонович и небольшого роста молодой человек с большими, прозрачными, лучащимися умом и жадным интересом глазами. Он сразу подошёл к Кочевнику, взятому на прицел спецназовцами.
— Кто это? — кивнул на него слегка осоловевший Роман.
— Первый психоведич, — проворчал Малахов. — Кодирование Поводыря — его епархия. Хорошо сработал, Роман Евлампиевич. Честно говоря, не верил, что нам удастся справиться с этим монстром.
— Ничего, выйдем ещё на их главного, — пообещал Ылтыын.
— Надо забрать у него В-портал, — вспомнил Роман.
Олег Харитонович отрицательно мотнул головой.
— Заберём — он догадается, что закодирован. С порталом разберёмся позже. А пока уходим отсюда, мы здесь лишние.
Выходя, Роман бросил взгляд на поверженного Феллера, на застывшего в столбняке Поводыря. Жалости к ним он не испытывал. Наоборот, изнутри сквозь удивление и недоверие к свершённому поднялась решимость начать войну с неземными гадами и нелюдями до тех пор, пока окончательно не придёт избавление от тотального дьявольского контроля.