Делирий
Шрифт:
Он напрягся, отыскивая мыслесферу любимой.
Сначала пришёл отклик удивления. Юна почуяла его мысленную «руку», но не поверила себе.
Потом он услышал мысленное «ой! ». Покачал частотный диапазон восприятия неслуха — как называли экстрасенсы-традиционалисты способ читать мысли на расстоянии и телепатически общаться.
«Рома?! — послышался полный изумления и недоверия мыслеголос Юны. — Где ты?! »
«Лучше скажи, где ты! »
«Я в кабинете Виктора Шалвовича. От него приехал какой-то Мусагит с мускулистыми парнями, сказал, что он меня ждёт. Но как ты это
«Когда приехал?»
«Рано утром, я ещё спала. Ещё они спрашивали, где ты. Неужели мы с тобой. как телепаты?! »
«Не отвлекайся. Они знают, кто я?»
«Нет, спросили, где мой хахаль». — В мысле-голосе Юны просветилось смущение.
«Они тебе. ничего?»
«Грубили, конечно, хватали за руки. Пообещали сделать больно, если я ничего не скажу».
«Жди, я скоро приеду! »
«Не верю, хотя и слышу! Ты в Москве?»
«Нет, уже еду в Псков, буду через час-полтора. Постарайся продержаться это время. Будут допрашивать — сыграй наивную трусливую девчонку».
«Легко».
«Держись, а когда начнётся допрос — кто бы ни пришёл, вызови меня, я услышу».
«Поняла».
Роман послал девушке мысленный букет полевых цветов, выбрался из канала телепатической связи.
— В Псков? — посмотрел на него Ылтыын понимающе.
Он кивнул.
— Её захватил директор агентства, он работает на какого-то эмиссара АПГ.
Ылтыын тронул машину с места, погнал с неимоверной для такой дороги скоростью.
Проехали Тверь, интуитивно притормаживая перед постами ГИБДД, затем Вышний
Волочёк. Под Новгородом свернули налево, затем ещё раз налево, перед Порховом, и спустя час пятнадцать минут после связи с Юной въехали в Псков.
Сама Юна не вызывала Романа, однако он постоянно «дежурил» в ментале на определённой частоте и чувствовал её переживания. Поэтому когда машина свернула с Ленинградского шоссе на Крестовское, он вздохнул с облегчением.
Девушка позвала его, когда они подъезжали к перекрёстку улицы Гоголя и Октябрьского проспекта. Здесь располагалось пятиэтажное здание, первый этаж которого и полуподвал занимали офисы различных учреждений.
«Рома! Пришёл Виктор Шалвович! »
«Мы уже близко, — отозвался он. — Ни в коем случае не дай им понять, что мы поддерживаем связь! »
«У них какая-то аппаратура! »
«Шприц? Они хотят сделать укол?»
«Там переносной бювет, ампулы. и что-то вроде компьютера».
Роман сжал зубы.
— Быстрее! Они хотят допросить её с помощью химии!
Ылтыын погнал по встречной полосе, проигнорировал бросившегося наперерез инспектора с жезлом и свернул с улицы во двор.
Милиционер ворвался во двор за ними, осмотрелся, кинулся к машине.
— Я его оглушу, — предложил Роман.
— Не стоит. — Ылтыын вылез из «Маруси», показал инспектору какую-то малиновую
книжечку с золотым тиснением. Тот вгляделся, козырнул и побрёл прочь с убитым видом.
Роман вылез следом.
— Что ты ему предъявил?
— Удостоверение повара. Что предлагаешь делать? Был бы здесь Афоня, прислал бы команду, а так нас двое плюс наблюдатель где-нибудь поблизости. Могу вызвать.
— Опоздаем, справимся
Ылтыын внимательно посмотрел на посуровевшее лицо экстрасенса, изобразил полуулыбку.
— Пошли. Ты идёшь впереди, я охраняю тыл. Оружие есть?
— Нет.
— У меня тоже.
— Мы сами — оружие, — вспомнил речи Вохи Роман.
— Тоже верно. Как ты думаешь, они нас ждут?
Роман окунулся в марево энергоинформационных полей, пронизывающих здание.
— Специально меня или тебя — нет, но их там человек десять. Опасных, то есть вооружённых, человек семь.
— Охрана.
— Не только. — Роман услышал-почуял толчок в голову — Юна закричала в кабинете директора, — и без раздумий шагнул к невысокому крылечку со стеклянной дверью, рядом с которой на стене висела табличка: «Агентство «На хуторе». Заработал сканирующий пространство ментальный прожектор. Перед глазами выросли призрачные фонтанчики и сеточки — ауры людей в помещениях офиса.
Дверь оказалась закрытой изнутри.
Роман нашёл ближайшую голову (охранник, вооружён, смотрит телевизор), за секунды разобрался в «устройстве» её «мыслящего аппарата» и беспощадно вонзил в сознание молодого мужчины приказ: «Открой дверь! »
Щёлкнул замок: отпирался он дистанционно.
Роман шагнул в небольшой холл офиса, оборудованный стойкой с телефонами, будкой охраны и столиком для секретарши, которая в данный момент отсутствовала.
Кроме двух охранников в красивой чёрно-синей форме от Юдашкина, в помещении никого не было. Один сгорбился у монитора компьютера, второй с удивлением смотрел на вошедших гостей. Он был тучен, краснолиц, имел рыжие волосы и двойной подбородок.
— Вы куда? — тонким голоском проблеял он, сделал движение навстречу, оглянулся на заскучавшего напарника. — Вовчик, ты чо их впустил?
Вовчик — громадина с лицом Шварценеггера, проснувшегося с бодуна, промолчал. Сознание охранника находилось в глубокой «нирване», куда опустил его Роман.
Рыжеволосый озабоченно просеменил к напарнику, и Роман почти без усилий устроил ему «засос», приказав сесть и не двигаться.
Из холла короткий коридорчик упирался в дверь с номером «1». По-видимому, это и был кабинет директора агентства Сванидзе. Но над дверью торчала кнопка телекамеры, что сужало поле деятельности потенциальных атакующих. Вполне вероятно, что их видели из кабинета.
Роман поймал взгляд Ылтыына, качнул головой: медлить было нельзя.
Перед мысленным полем обзора возникло виртуальное изображение кабинета. В нём находились четверо, не считая Юны. Снова слуха коснулся отчаянный призыв девушки: Ро-о-ома!
Он больше не колебался.
Дверь в кабинет оказалась, к счастью, не запертой. Рывок на себя, шаг в кабинет, удар «не-прогляда» по глазам обернувшегося человека (гитарист Муся!), заставил того схватиться за голову и сесть на корточки.
Оглянулся на вошедших и высокий длинноволосый брюнет с подбритыми висками — Виктор Шалвович Сванидзе, склонившийся над сидящей в кресле Юной, в то время как двое могучих бодигардов возились с какими-то склянками, розетками и проводами, прилаживая их на присосках к телу девушки.