Делегат
Шрифт:
Спурт разгоняет восприятие в десятки раз.
Вливаю полторы тысячи арканы в Усиленный выстрел.
— Три.
Секунды для ускоренного разума тянутся, как патока.
— Два.
Успеваю приникнуть к прицелу, поймав в перекрестье лупоглазую морду врага.
— Один.
Активирую Дуплет и одновременно Управляемую пулю.
Вокруг меня звучит слитное стаккато выстрелов, но моё внимание отдано только выбранным целям.
Прежде
Благодаря Когнитивной многопоточности первая часть сознания управляет реальной пулей, а вторая — её аркановым клоном. Разделить пару боеприпасов непросто, ведь двойник хочет мчать вслед за своим прототипом. Однако я силой вырываю его из слипстрима [4] и перенаправляю к иной мишени.
4
Слипстрим — разрежённое пространство за быстродвижущимся объектом.
Экспансивные Бутоны почти синхронно пробивают шкуру чудовищ промеж глаз и фрагментируются на осколки, взбалтывая содержимое чужой черепной коробки. Замедленные туши начинают падать в снег, словно марионетки, которым обрезали нити.
Меня выдёргивает из полёта пуль, и уже своими глазами я смотрю на далёкую возвышенность. Она чиста. Ни одного силуэта.
— Окей, это было неплохо, — констатирует Ваншот. — Как ты это сделал? Был же один выстрел.
— Всё просто. Я поставил ножик на пути пули и разрезал её на две части.
Женщина из Лика Смерти прыскает.
— Очень смешно, амиго, — морщится испанец.
— Чисто, — говорю я в офицерский канал, — можно приступать к подготовке банкета.
Транспорт позади приходит в движение, подбираясь поближе и формируя баррикаду собственными бортами. Из него торопливо высыпают люди и начинают установку минного заграждения. Один из Пульсаров призывает свой боевой мех и выбирает позицию для удобной стрельбы. Внедорожники и БТРы, ощетинившись спаренными пулемётами, кассетными ракетами и плазменными пушками, готовы выступить орудием беспощадного жнеца.
В идеале бы установить это всё с обратной стороны, прямо на склоне, тогда врагу придётся атаковать нас в горку, что даст небольшое тактическое преимущество. Однако там наши приготовления сразу засекут, поэтому работаем с тем, что имеем.
Приглушённый скрип снега, щелчки предохранителей, звяканье ножен о броню. Тишина… обманчивая, грозящая в любую секунду взорваться криками ярости и боли.
По связи один за другим звучат подтверждения о готовности.
— Бета, поздоровайтесь с ними и сразу обратно, — слышу голос Одиссея. — В бой не ввязываться.
— За мной, — бросаю я, спеша вверх по склону. — Огонь по моей команде. У вас будет пять секунд, после чего рвём когти. Кто последний, тот лох.
— Вот это я понимаю, мотивация, — скалится Ваншот.
Даже осознавая умом, что мины настроены на распознавание целей свой-чужой, всё равно чувствую некоторое напряжение,
Мы застываем на гребне, даю своим секунду-вторую отдышаться, после чего ловлю в прицел ближайшую застывшую на месте фигуру и негромко бросаю:
— Огонь.
Успеваю под Спуртом опустошить весь магазин. Каждая из пяти пуль находит свою цель. Те валятся наземь бездыханные, и спокойствие долины исчезает в мгновение ока. Пелену тишины я не врубал намеренно, чтобы привлечь внимание охраны. Задача выполнена. Взгляды всех тварей поднимаются на нас, и они сразу срываются с места.
— Бежим! — ору я, дёргая на себя вошедшего в раж Рамиро.
Не дожидаясь остальных, прыгаю на склон и включаю Глайд, скользя по взрыхлённому снегу, словно по катку. За миг пролетаю то, расстояние, которое остальным приходится преодолевать, прикладывая значительные усилия. Когда я уже стою с винтовкой у переднего края машин, мои снайперы ещё на полпути вниз по склону. Все, кроме Тореадора, тот мчится, телепортируясь короткими рывками по 5–7 метров и обгоняет остальных.
В ожидании врага сканирую край гребня. Первая же перевалившая за него уродина получает пулю в глазницу, и сразу исчезает.
— Живее, живее! — подбадриваю я ребят, прикрывая их побег.
Краем глаза цепляю, как в стороне Фарис вскидывает над головой кулак, сияющий алым. Прямо перед ним темноту разрезает огромный провал портала с багряной каймой. Из него, покачиваясь и продавливая почву, вылезает уродливое массивное существо. Вытянутая чешуйчатая туша размером с танк, только чуть уже в плечах. Треугольная деформированная морда издаёт визгливый рёв, от которого вздрагивают люди. Размашистые крылья охвачены огнём — ближайший снег мгновенно тает.
— Ну, здравствуй, Неджем, — улыбается мужчина. — Засиделась в стойле? Сейчас разомнёмся!
«Конфетка» — автоматически переводит мне гаджет. Неджем, по-арабски значит «конфетка». Он ненормальный.
Пока какая-то часть меня охреневает, иная делает себе пометку: так вот почему, у него класс «Драгун Пирры». А я-то думал…
Идрис запрыгивает чудовищу на хребет, и то свечой взмывает ввысь на мощных крыльях.
Мне приходится переключиться обратно на угрозу спереди. Твари всей оравой перевалили за край гряды и сейчас на полном ходу мчат на нас, завывая и хрипя от бешенства.
Вокруг меня стучат турели пулемётов, плазма выжигает плоть вместе со снегом, кассетные ракеты, шипя, падают посреди вражеской группы. Под рокот взрывов, мясо испаряется с костей. Винтовка давно заброшена за спину, а в моих руках покоится громоздкий корпус пулемёта. «Ревущий ураган» полностью соответствует своему названию. Когда он начинает стрелять, кажется, что где-то заработал перфоратор.
Отдача такая, что мои руки едва не виляют в сторону. В эту секунду я отчётливо понимаю, что пора бы повысить Силу и Мощность до ступени B. О прицельной стрельбе речи даже не идёт. Я просто направляю ствол примерно в сторону врага и надеюсь, что скорострельность и большой боезапас сделают своё дело.