Делегат
Шрифт:
Прекрасно вижу, как пули отрывают конечности, вспарывают грудные клетки и ломают кости. Внутрь пулемёта я загрузил триста патронов, и они улетают всего за пять секунд. Мог бы и больше, но боекомплект не бесконечный, к тому же, нужно было обкатать её в деле.
— Ну всё, сейчас пойдёт потеха! — орёт седой сапёр из группы Спартанцев.
Первые взрывы сотрясают склон холма. Разрываются мины, брызги огня и льда сливаются в адском водовороте. Монстры визжат от боли, катаясь по земле в предсмертных конвульсиях. Те, до кого не достали осколки, остервенело рвутся сквозь заграждения
От адского шабаша перехватывает дыхание. Я ощущаю дрожь предвкушения, а мой автомат, пришедший на смену тяжеловесному пулемёту, помогает отправить немало тварей в когтистые лапы Смерти.
Слева от меня застыл Хамсин — спутник Фариса. Он, будто с цепи сорвался, верещит нечеловеческим голосом, поливая из оружия вражеские ряды.
Разъярённый рёв монстров. Лавина меха и когтей. Целься и дави на спусковой крючок, целься и дави… Одна за другой падают твари, превращая склон в сплошное месиво из горячей требухи и стекающей вниз крови.
Только сейчас вниз начинают ковылять высокие скособоченные раалгорны. Явно уступают в скорости своим собратья. Шкура у них оказывается потрясающей прочности. Даже эскадиевые пули вязнут в ней. Лишь плазма, пущенная нашим транспортом да одиночным мехом, способна достать до жизненно-важных органов. Фокусируя огонь на одном, потом на втором, мы выводим великанов из строя.
Неподалёку транспорт Сынов Свободы гудит, как рассерженный рой, разнося группу целей на клочки из орудийных стволов. Горячие гильзы, сыпятся сплошным потоком. Одна падает за шиворот стоящему слишком близко Макко, но тот почти не ощущает ожога из-за адреналина. Лук в его руках хлопает тетивой каждую секунду.
Стремительный язык плазмы вышибает кому-то мозги — прилетело от Хуана. Он целится опять, бормоча ругательства в адрес матери чудовищ.
Поток целей давно должен был бы ослабеть, ведь мы насчитали около полусотни, но они всё прут и прут. Голос Фариса в ухе подтверждает мою догадку:
— К ним подошло подкрепление. В склоне имелось ущелье. Готовьтесь. Сейчас давление усилится.
Он оказывается прав, и за край гребня переваливают сразу десятки новых силуэтов. Минное поле израсходовано, поэтому новым врагам удаётся с меньшим риском для жизни нестись под горку. Их встречает рокот пулемётов и всевозможные атакующие способности наших Квазов, но этого мало.
— Альфа, ваш выход, — командует Одиссей. — Гарм, ты нам нужен.
К моему удивлению рыжебородый громила, превращаясь на ходу, занимает место во главе группы бойцов ближнего боя. С оглушительным рыком он встречает ораву тварей размашистым ударом когтистой лапы. Вижу Тая, сносящего с плеч голову одного из грулов. Замечаю, как Мишутка сминает череп соседнему.
Передний края врагов приблизился настолько, что я могу в деталях рассмотреть каждого убитого мной.
Давление на группу Альфа нарастает, и тот крылатый зверь Фариса с жутковатой грацией резко пикирует пикирует с небес на стаю монстров. На бреющем полёте он проходит прямо поперёк склона. В раскрытой пасти, полной острейших клыков, начинает нарастать рокочущий рёв.
Мощный
Фарис на спине этого монстра похож на всадника Апокалипсиса. Он что-то кричит и размахивает огненным копьём, посылая раскалённые снаряды в одиночные цели. Его крылатый союзник снова набирает высоту, готовясь к очередной атаке. Я вижу, как алое зарево отражается в глазах араба, а жар огненного дыхания чувствуется даже здесь, внизу. Это грандиозное и устрашающее зрелище.
Замечаю Ехидну, связавшую боем парочку врагов. Её хвост перфорирует глазницы одного грула, пока костяное сверло ввинчивается через подбородок в череп другого.
В отдалении от неё индус Алокеш сияет, как маяк. Его тело испускает ослепительные волны света. Он собирает яркие лучи в плотный сгусток над головой размером с баскетбольный мяч, а затем выстреливает им в дальнюю группу быстрой, как пуля вспышкой.
Несколько целей сгорает дотла, остальные воют от боли, насквозь прожжённые в груди или брюхе. Тем временем Монарх Света выбрасывает ладони вперёд и выпускает мощный разряд энергии. Твари ослеплены, жалобно скулят, тычась мордами в сугробы, пока их почти безнаказанно дорезают.
Когда мне кажется, что я окончательно оглох от шума, сражение прекращается. Поле боя напоминает смесь скотобойни и места преступления, где орудовала дюжина маньяков.
Измочаленные, сожжённые и взорванные тела повсюду. Вонь стоит такая, что мне с моим обонянием приходится заблокировать доступ воздуха извне и включить рециркуляцию. Слово берёт Никос:
— Группа Дельта на вас дозор и охранение. Остальные, у вас 90 секунд, чтобы собрать трофеи. Кто не успеет, останется здесь, когда придёт подкрепление. Гарм, Егерь, Ехидна, Шелкопряд, Фарис, вы идёте внутрь. Если Испытание рассчитано на 10 человек, за вами: Алокеш, Медичи, Кайпора, Кастер и Тай.
Полторы минуты слишком мало, чтобы собрать всю аркану, когда обе стороны кряжа завалены сияющими ростками. Тут попробуй разберись вначале, где твоё, а где — чужое. Глайдами я ношусь под Спуртом туда-сюда, пытаясь дотянуться до каждой тушки. К концу отведённого срока, успеваю поднять трофеев на 82 тысячи. Уверен, ещё столь ко же, если не больше, осталось лежать, ожидая своего часа.
Транспорт шустро преодолевает крутой склон и паркуется кольцо у входа в тёмный тоннель.
— Дальше всё зависит от вас, — спокойно произносит Одиссей. — Мы будем держаться, сколько сможем, а потом начнём отступать на юг. Постараемся, дать вам хотя бы пару часов. Удачи.
Времени рассусоливать нет. Киваю на прощание своим и ныряю в проход.
Наша пятёрка первой забегает внутрь. Товарищи мне достались, конечно, так себе, что Гарм, что Ехидна, но по крайней мере Шелкопряд тоже здесь. Есть кому прикрыть спину. Надеюсь, всё же, сюда сможет войти десятка, и тогда вместе с Таем будет совсем спокойно.