Делай Красиво
Шрифт:
Дальше шел краткий экскурс для новичков по правилам нахождения в городе. В целом ничего необычного. Не буянить, не драться, не толкать сомнительный товар. Торговля осуществляется внутренней валютой, которую можно обменять на эйб в любом банке города.
Хорошо, что я успел «распродать» все сапоги заранее, а то сейчас бы попал впросак.
В остальном правила сводились к простому: для гостя любое нарушение, даже косвенное, равно изгнанию. И катись куда хочешь, обратно в город тебя уже никогда не пустят.
Еще нам выдали книжечки с полным сводом
И на этом все. Мы просто вышли из здания, и я тут же чуть было не попал под колеса пролетевшего мимо автомобиля. От неожиданности я даже замер, разглядывая место, в которое попал.
Дома в пять-шесть этажей, кирпич, камень, мрамор — выглядели фундаментально, массивно и надежно. Минимум украшений, голая практичность и функционал. Тут были асфальтированные дороги, тротуары, на перекрестках постовые управляли движением людей и транспорта.
Воздух сухой, застойный, ветра нет, поэтому все запахи казались въевшимися, вечными. Настолько стойкими, что их можно было ложкой есть. Выхлопные газы, бензин, краска… К ним добавлялись запахи горячего асфальта и бетонной пыли.
Город гремел, молотил, бил и выл. Такое ощущение, будто бы мы оказались в центре огромной стройки, но при этом вокруг никто ничего не строил.
Глянул вверх. Серая пелена казалась особенно близкой. Благодаря зрению спирита я смог разглядеть мелкую сетку, натянутую между крышами домов для защиты от летунов. Только сейчас заметил, что все здания в городе были как под копирку одной высоты.
— Рейн, — окликнула меня Сильда. — Благодарю за сопровождение и приятную компанию. К сожалению, на данный момент меня ждут важные дела, но уверена, мы еще встретимся. Сектор… Будь осторожен, здоровяк, лорд Айзек очень трепетно относится к выполнению поручений.
Подъехал пузатый автомобиль, чем-то напоминающий карету. Пузатый и ярко-оранжевый, он при этом походил одновременно еще и на тыкву. Девушка села, видимо, в такси, и уехала. Вот и все, одной головной болью меньше.
Нила с Сектором вопросительно посмотрели на меня, я же понял, что не имею ни малейшего понятия, что делать дальше. Посмотрел на Яркого.
— А, да, — словно опомнился он и тут же прижал шляпу к груди. — Сердечно благодарю вас, что спасли мне жизнь и вывели в целости и сохранности. Не ментально, но хотя бы физически. И прежде чем я пойду искать себе нового психотерапевта, позвольте отблагодарить вас как следует. Ужин за мой счет, я знаю прекрасное место, где подают достойную пищу и при этом всех точно пустят. Надо только зайти в банк и снять немного наличности со счета.
— Босс, тревога! — с нотками паники в голосе произнес Четверг. — У нас большие проблемы. Что-то явно не так. Статистически однозначно, что так быть не должно.
— Что не так?
— Мы уже тридцать минут в новом городе, а ты до сих пор не в тюрьме. О-о-очень подозрительно.
Глава 20
Пушистый
Прайм состоит из четырех частей или общественных слоев. Первые два, это продвинутая в технологическом плане Республика и магическое Королевство. Прайм, это город сам по себе, с небольшой территорией вокруг. Изначально он был крепостью на границе Республики, у них с Королевством была война лет сто назад.
Но потом все утихло, началась торговля, дипломатия, и Прайм вроде как стал местом для всего этого. Перевалочным пунктом. Потом уже и свалка подтянулась, и пошло-поехало. В общем, город отделился и стал самостоятельным, управляется советом фракций. И помимо фракций Королевства и Республики есть еще и Прайм-фракция.
Это коренные жители города, родившиеся здесь. И вроде как они бывшие республиканцы и должны быть заодно, но нет. Они наоборот ненавидят вообще всех, потому что понаехали и чего-то требуют, порядки свои устанавливают. А терпят их в своем расчудесном городе лишь потому, что без этих двух фракций и город никому не нужен. Вот и живут праймовцы с рождения в этаком когнитивном диссонансе, бедолаги.
Есть еще четвертая «фракция», слой общества, часть города, можно называть как хочешь. Свалка. Да, гордые жители свободных земель, дистриктов и городов, бароны и лорды, матерые ремесленники из Омеги. Здесь они все называются одним словом. Свалка. Без разбору, все одинаковы.
Здесь их не гнобят, не унижают и не выгоняют, потому что чернорабочие везде нужны. Но и отношение к ним соответствующее. Чуть-чуть, на ступенечку выше безмозглых мутантов, но до комнатного кактуса пока не дотягивают.
Поэтому, когда Яркий говорил, что знает место, где нас всех пустят, он подразумевал место, куда пускают мусорщиков. Мусорщики — это мы, если что.
— Качались, развивались, Древний Ужас Четверг даровал тебе свое благословение, оружие, навыки, а в итоге… Мусорщики недоделанные. У нас даже ступени нет, только незавершенная стадия. Столько сил, чтобы снова оказаться на самом дне.
Так вот, под ворчание Древнего Ужаса Четверга я попивал пиво в тесном полутемном баре. Но ворчание меня не особо заботило, потому что над баром была гостиница, в которой Яркий снял нам номера. И я уже успел помыться под нормальным душем, с нормальным напором и теплой водой.
Так что одним ухом я слушал Яркого, рассказывающего про Прайм, другим — Четверга, стонущего о нашей судьбинушке незавидной.
— Ты хотя бы знаешь, что такое стадия, что за ступень и чем они отличаются? — спросил я ИИ.
— Нет, но звучало все равно обидно. Как будто бы нас здесь даже ребенок побьет.
В чем-то он прав, в чем-то нет. За время, проведенное в свободных землях, я решил, что мой уже восьмой ранг — чуть ли не предел развития местных. По крайней мере среди всех, о ком я слышал, Зиндай был примерно такого же уровня, и лорд Айзек — десятка. Вроде как все лорды десятки.