Декабристы
Шрифт:
Почта до Сибири шла месяцами, на ее пути было немало самых невероятных препятствий, нередко письма терялись или приходили с большими опозданиями. Так, Мария отправила девять писем матери Сергея Волконского уже после смерти старой придворной дамы. В другом случае в продолжение трех месяцев к Марии шли письма от сестер с поцелуями, адресованными ее новорожденной дочери, которой уже не было в живых. Письма задерживались и по другим причинам: их читали комендант, иркутский генерал-губернатор, внимательнейшим образом их просматривали в Третьем отделении.
В Петровском заточении в 1832 году Мария родила
В конце 1835 года объявляется царский указ — 10 отбывших каторгу декабристов переводятся напоселение, в их числе и Сергей Волконский. В 1836 году его семья поселяется в восемнадцати верстах от Иркутска в селе Урике; император уважил просьбу старой княгини и сократил срок каторжных работ Волконского. В Урике в то время находился на поселении старый друг Сергея Волконского — Михаил Лунин.
И снова потянулись долгие, мучительно медленные годы. И хотя Мария сохранила прежнюю энергию и жизнелюбие, все же и она значительно переменилась.
В одном из писем сестре Елене она писала: «Совсем утратила живость своего характера, в этом отношении вы бы меня не узнали. В венах моих уже нет эликсира бодрости. Часто впадаю в апатию; единственное, что еще могу сказать в свою пользу, — это то, что всякое испытание переношу с упрямым терпением, остальное все мне безразлично, были бы только здоровыми дети мои».
Через какое-то время Мария добивается разрешения на поселение в Иркутске, чтобы сын Михаил мог учиться в местной гимназии. Сначала Волконскому разрешают посещать свою семью два раза в неделю, а спустя несколько месяцев и ему разрешили проживание в городе. Там они прожили еще… 19 лет и дождались манифеста об амнистии, который подписал в день своей коронации 26 августа 1856 года новый император России Александр П. По его распоряжению манифест о помиловании доставил в Сибирь Михаил Волконский, сын декабриста, который в то время находился в Москве.
А на балу во дворце по случаю коронации новый император делает эффектный жест. Заметив среди гостей молодую Елену Сергеевну Волконскую, дочь декабриста, он идет к ней. Гости расступаются на его пути, низко кланяются, с любопытством и раболепием наблюдают, что будет. Александр II остановился перед молодой девушкой и, приняв, так сказать, ее реверанс, сказал с улыбкой:
— Я счастлив, что могу вернуть Вашего отца из заточения. И рад, что направил брата Вашего с этой вестью.
В ту ночь, когда небо Москвы полыхало разноцветными огнями фейерверка и улицы ее сияли иллюминацией в честь нового императора, Михаил Волконский отправился в Сибирь — по тому же пути, по которому 29 лет тому назад его мать, Мария Волконская, ехала в своей карете.
Михаил спешил, ехал почти без остановок днем и ночью. По пути он сворачивал в села, где жили декабристы, показывал им и читал манифест.
С большими трудностями Михаил Волконский перебрался через Ангару и добрался до Иркутска. По знакомым улицам он спешит к дому отца и долго стучит в ворота.
— Кто
— Отец! Я привез помилование, — ответил возбужденно Михаил.
В ту ночь в доме Волконских никто не спал. Отец и сын немедленно отправились будить всех друзей, чтобы обрадовать их давно ожидаемой, выстраданной вестью… Но к сожалению, она пришла слишком поздно. Из 121 члена Тайного общества, осужденных судом, в живых остались немногие. К 1856 году 13 декабристов жили в Западной и 21 в Восточной Сибири.
Сибирскую каторгу пережили 8 из 11 жен декабристов, последовавших за мужьями в Сибирь, в том числе и Мария Волконская. После амнистии вместе с Сергеем Волконским она жила в селе Воронки Черниговской губернии. Там они провели последние дни своей жизни — Мария умерла 10 августа 1863 года, а через два года закрыл глаза и ее престарелый супруг.
«Много было поэзии в нашей жизни…»
Под русским именем Прасковья многие юды жила одна незаурядная француженка. Это — Полина Гебль, родившаяся в Лотарингии, недалеко от Нанси. Отец ее — Жорж Гебль — был скромным французским офицером, полковником наполеоновской армии. Ей было всего четыре года, когда он взял ее с собой в военный лагерь у Булонского леса. Водил ее к Наполеону, показывал палатку императора, его простую, солдатскую кровать, маленький столик. В палатке висели серый сюртук и треугольная шляпа Наполеона…
Когда Полине было девять лет, она второй раз увидела императора. Отец ее был убит. Она встретила Наполеона в окрестностях города Нанси, когда тот собирался сесть в карету. Полина решительно подошла к нему и сказала, что осталась сиротой, просила о помощи.
Она помнила и о другой тяжелой утрате — прощании с родным дядей.
— Я не знаю, вернусь ли домой. Только бог знает это, — говорил с горечью дядя. Он отправлялся в поход в далекую Россию. — Мы идем воевать с самыми лучшими солдатами в мире. Русские воины никогда не отступают.
Ее дядя не вернулся домой. Он сложил голову в сражении при Бородине.
Полине было 14 лет, когда она увидела русских казаков в Сен-Мишеле. Навсегда запомнила месяц и число — 14 декабря 1814 года. Полина была с подружками. Она смотрела на русских солдат и с улыбкой говорила:
— Выйду замуж только за русского.
— Что за странная фантазия! — дивились подружки. — Где ты найдешь русского?
Прошло некоторое время, и Полина поступила на работу в парижский дом мод «Моно». В 1823 году она решила испытать судьбу и приняла предложение дома мод «Дюманси» стать главной продавщицей в представительном магазине фирмы в Москве, на Кузнецком мосту.
Полина молода, красива и обворожительна, прекрасно воспитана. Магазин «Дюманси» в Москве посещают богатые и знатные люди. Сюда нередко заглядывал за покупками и поручик Кавалергардского полка Иван Александрович Анненков — способный офицер, единственный сын богатой и властной аристократки. Ему 23 года, французским языком владеет так же, как и родным. У него мягкая и даже несколько сентиментальная душа. Он влюбляется в Полину, умоляет согласиться на тайное венчание, так как знает, что мать ни за что не даст согласия на брак. Для нее это неравный брак.