Дебют
Шрифт:
Я принялся рассматривать карту, раскрашенную в несколько цветов, с надписями, написанными от руки, по-немецки. Немецкого языка я не знаю, но, чтобы понять, о чем идет речь, много ума не нужно. Например — вверху карты, серым цветом отмечена территория моего княжества Финляндского, Архангельской и Олонецких губерний, а еще части Вологодской, а потом дальше — до Уральских гор, прописано «Das grosse Finnland». Как я понимаю — «Великая Финляндия» охватывает территории, где проживают потомки финно-угров? Но тогда было бы логичным примкнуть к ним еще и Венгрию, ныне входившую в Австро-Венгерскую империю.
Grosses Polen отчего-то охватывает
А это что за географическая новость? «Grosses Rumanien», то есть, Великая Румыния, отхватившая нашу Бессарабию и часть Новороссии? Странно, что румыны, считающие себя потомками древних римлян, не претендуют на Италию, или хотя бы на Рим. А это у нас что такое? «Das Krimkhanat»? Если на территории Крыма, стало быть, Крымское ханство. А почему не часть Османской империи? И, почему, в таком случае, нет Астраханского ханства, Сибирского и Казанского. Упущение, господа европейцы. Историю надо учить. А кроме «Великой Финляндии» можно бы и Великую Биармию сотворить, она бы половину Сибири заняла. Или биармины не считаются финно-уграми?
А мне-то что-нибудь оставили? Вон, надпись «Russische Republik». Судя по всему, монархию, то есть, меня, собираются ликвидировать, а Российская республика займет территорию, соответствующую Московской и Владимирским губерниям. Не густо. Могли бы хоть Тверь с Рязанью, да Тулу оставить. Как же мы без пряников с самоварами, да без рязанских грибков?
Так, а что с Сибирью и Дальним Востоком? А там у нас «Die nordamerikanischen Vereinigten Staaten mit» и «Japan». Ишь, не забыли про США и Японию, но выделили им то, до чего сами не доберутся.
Причём, Норвегии среди заговорщиков я не обнаружил. Не подвёл норвежский король Хокон VII.
В общем и целом, картина складывается. Но пусть еще и Фраучи прокомментирует.
— Артур Христианович, как я понял, великие державы — в кавычках, собираются создать на территории Российской империи марионеточные государства, но управлять ими планируют сами?
— Так точно, ваше величество, вы совершенно правы, — кивнул полковник Фраучи. — Российская империя поделена на сферы влияния, но на территории нашего государства будут созданы либо протектораты европейских стран, либо карликовые республики, но все с управлением извне.
— А как станут выглядеть сферы в реальности? — поинтересовался я.
— Великая Польша, которая займет наши земли до Смоленска, будет под управлением Германии и Австро-Венгрии. Великая Финляндия — под протекторатом Великобритании. Насколько нам стало известно, англичане уделяют особое внимание Кольскому полуострову.
Я хмыкнул про себя. Ещё бы не уделять Кольскому полуострову внимание. Тут же столько элементов таблицы Менделеева, что на всю Европу хватит, да ещё и останется.
— Еще Великобритания считает зоной своих жизненных интересов Закавказье, особенно Бакинские нефтяные промыслы, — продолжил Артузов. — Соответственно, англичане хотят взять под контроль нашу часть Каспийского моря, а также Волгу. Но по поводу Волги они ещё не до конца определились с немцами.
— Борис Михайлович, вы не помните, сколько немцев проживает в Поволжье? — обратился я к Шапошникову.
— За всех немцев я сказать не могу, но мужчин, в возрасте от двадцати одного года и до сорока пяти — то есть, призывного возраста, насчитывается около семидесяти тысяч, — осторожно отозвался начальник Генерального штаба.
Если мужчин призывного возраста семьдесят тысяч, то можно умножить это количество на четыре, а то и на пять. Ладно, пусть на четыре. Значит, более трехсот тысяч поволжских немцев? Хм… Нет, их должно быть больше, тысяч пятьсот, если не семьсот. Потенциальные союзники Германии? Бред несу. Нет, кто-то и станет союзником, но не все. Депортировать немцев я точно не стану. Хотя… Посмотрим, как станут складываться обстоятельства.
— А кто станет сюзереном Крымского ханства? — поинтересовался я. — Османская империя?
— Османская империя станет считаться союзником великих держав только символически. Ее задача отвлечь внимание России от западных границ, оттянуть на себя часть наших сил. Османской империи пообещали отдать все Закавказье, но в реальности — это только пустые обещания. Турки должны измучить себя войной, чтобы ослабнуть и стать добычей Австро-Венгрии и Франции. По нашим сведениям, Крым и ханство войдет в зону ответственности Австро-Венгрии, а вот Новороссийская губерния — это уже зона Франции. Французы очень хотят получить себе Одессу и Николаев. Они же станут покровителями Великой Румынии.
В моем прошлом Румыния стала союзником фашисткой Германии. А в Первую мировую она была на чьей стороне?
— Картина невеселая, — хмыкнул я, отодвигая от себя карту. Спросил: — Артур Христианович, а кто инициатор подобного раздела, удалось установить?
— Такое впечатление, ваше величество, что конкретного инициатора нет, а есть коллективный труд. Но Франция, Великобритания, Австро-Венгрия и Германия — это главные идеологи. В их фарватере станут идти и остальные европейские государства, а ещё США, Япония и Турция.
Что ж, тоже ничего нового. В армии Наполеона этнических французов насчитывалось только четверть, а остальные — поляки, немцы, испанцы и прочие европейцы. И «коллективный Запад», являющийся нашим врагом появился не вчера. Вспомним ту ненависть, что питал Запад к Византийской империи, а потом и к нам, как к преемнику Византии.
Что ж, данные, полученные военной разведкой подтверждают, что идея императора о том, что Запад, забыв про свои склоки набросится на нас, не паранойя, а вполне себе здравая мысль. Жаль только, что у Фраучи нет иных сведений, что более для нас важны — планов нашего противника. Время и место нападения. Примерная численность армий вторжения.
— Есть ещё кое-что, — сообщил Шапошников. — Полковник Фраучи не решается вам озвучить эти сведения, потому что они получены лишь из одного источника.
И здесь Фраучи прав. Для получения объективной информации необходимо, как минимум, два источника. Но если есть один, то и его используем, но критически осмысляем. Однако, мне есть с чем сравнивать. В моей голове тоже немало фактов содержится.
— Прошу вас, Артур Христианович, — мягко сказал я и попросил.— —Изложите, а потом мы все вместе решим — стоит ли верить этой информации.