Даймон
Шрифт:
Днём ещё ничего, а вечером, как сумерки сгустятся, и подходить страшно.
Под одним из комиссаров, который в будёновке и шинели, Хорст и стоял. Тоже при полном параде — повязка с «крылышками» на рукаве, военная куртка, только не чёрная, чекистская, а камуфляжная, в жёлтых пятнах. «Поплавка» на груди нет — не положено. Его только те десантники носят, кто в настоящем десанте служил, армейском.
Вот и первая польза от «помойки». Разъяснили!
Увидел Хорст Алёшу, улыбнулся, шагнул вперёд. Бывший демократ Лебедев тоже вежливость соблюл, уголками губ дёрнул.
Пора! Что говаривал
— Привет, Алексей! Ты как в целом?
— Полный восторг, Игорь! Смеюсь и плачу. Выходит, я — самый главный провокатор? Что у вас на сайте написано, а? «Драку затеял активист так называемого „демократического движения“, известный своими провокационными выступлениями…» Чего только фотографию не повесили? Прислать?
— Б-блин! Реально? Ну, это точно без меня. Я слышал, что тебя твои же либерасты…
— Ага. Куды хрестьянину податься? Я не знал, что вам Суржиков информацию подкидывает.
— Фу ты! Сегодня же исправим, обещаю. Сам понимаешь, Алексей, дураков реально много.
— Откуда же умным взяться, Игорь, если людям по ушам звуками разной частоты лупить? СИС — первый шаг в дом Хи-Хи!
— А-а… О чем ты?!
— СИС — состояние изменённого сознания. Наступает вследствие того, что мозг начинает работать на частоте, равной разности двух поданных частот. На левое ухо одна, на правое — совсем другая. Бинауральный ритм, если по-умному. А музыка, всякие «Ad astra» Яна Хайза — для маскировки и лучшего усвоения. Кто это изобрёл? Доктор Менгеле?
— Не Менгеле… Мы с Женей не хотел тебя в больницу отвозить. Не помогли бы тебе там, зелёнкой бы помазали — и ментов кликнули. В СИС мы тебя не вводили, разве что очень ненадолго. Это считается реально безопасным… Слушай, Алексей, может, ты лучше с Профессором поговоришь?
Дорожка 15 — «Песня про маршала Тито»
Авторы и исполнители неизвестны.
(2`26)
«Друже Тито — наше знамение». Типичный культ личности — с хором и распевами. Но слушается приятно.
Каменная арка, по бокам коринфские колонны, сбоку надпись — повреждённая, несколько букв осталась. Кладка приметная, римская, первых веков нашей эра. Слева и справа — деревья в густой тёмной листве…
Отвёл Алексей взгляд от фотографии, вновь на Профессора посмотрел. Кивнул:
— Это я понял. А чего не понял, в Сети нашёл. «Pain Control» и «Cable Car Ride» — медицинские программы, институт Монро разработал, в Штатах который. Боль снимают, нервы успокаивают. Сейчас их на дисках продают. Комплект — шестнадцать штук, безопасность гарантирована.
Теперь и Профессор кивнул, одобрительно весьма.
— Сами нашли? Вы, Алексей, молодец. Да, вполне безопасно, но действие весьма поверхностное. Поэтому и советовал к врачу обратиться. Значит, вы не бинаурального ритма испугались?
Когда я человеком беседуешь, в глаза смотреть не стоит. Взгляд — точка в разговоре. Не станешь же все время точки ставить! Поэтому лучше
Эту нехитрую премудрость Алексей, конечно, знал. Поэтому и на фотографии, что в комнате развешаны, посматривал. Жильё — отражение человека, а тут, считай, родство душ. Что ни фото, то древние развалины. Как историку удержаться?
…Там арка, а на этой дом целый в четыре этажа. То есть, не целый, только стена. Окна огромные, по бокам — колонны, тоже коринфские. Где же это? Не Херсонес, конечно, не Ольвия. И, кажется, не Рим. Спросить?
— Нет, не испугался. Просто… Зачем это нужно, Профессор? В Сети говорят, что некоторые программы с бинауральным ритмом, предназначены для путешествия в… в другие миры. Роберт Монро даже книжки об этом писал.
Профессора Алёша решил так и называть — Профессором, не по имени-отчеству. Если Хорсту-Игорю, позволено, то, может, ему тоже?
Попробовал — получилось. Профессор не возражал, принял, как должное.
Беседовали они в той же комнате, большой, с фотографиями, где и познакомились. Один на один — у Игоря важные дела оказались, Женя к матери поехала. Алёша не то, чтобы расстроился, но…
Пока они к Профессору на Красношкольную добирались, Хорст рассказал по секрету: Профессор с женой давно в разводе, Женя у матери живёт, но у отца бывает чуть не каждый день. Не секрет это, конечно, но усугублять не стоит.
Алёша, которому слово «усугублять» в исполнении Хорста Die Fahne Hoch, чрезвычайно понравилось, твёрдо обещал. Не будет, даже пытаться не станет.
Итак, Жени не дома случилось. А ведь именно она все затеяла: с музыкой, с картинками, с напитком из дерева гинкго двулопастного.
И вообще, почему бы не пообщаться, если повод есть?
— Писал Монро книжки, — Профессор дёрнул губами, пружинисто встал, повёл плечами. — У меня где-то…
К Профессорской внешности Алёша уже успел присмотреться. И выводы сделать. Крепкий дядька, несмотря на годы, энергичный, расслабляться себе не даёт. Лицо вполне кастовое, со слесарем не спутаешь, даже если очки снять. Вот только бородка… Ерунда как будто, но без неё Женин папа на обычного профессора бы походил, а с нею — действительно Профессор. Не кличка даже, не прозвище, а тайное имя, не для посторонних.
— Сейчас!
Вышел Профессор, Алёшу наедине с фотографиями оставил. Можно снова изучать. Видел он такую арку! Не вживую, конечно, но видел. То ли, в учебнике, то ли в кино. Арка, кажется, на улице стоит, там туристский маршрут проложен…
— Эфес, — Профессор, оказывается, уже вернулся и даже успел сообразить, куда гость смотрит. — Безобразная реставрация, залили бетоном — и все. Погубили памятник! Кносс на Крите, впрочем, ещё хуже, смотреть не на что… Вот!
«Вот» — это книжка. Прежде чем в руки взять, Алёша не удержался, завистливо вздохнул. «Смотреть не на что!» Эфес, Кносс… Он бы не отказался! Ладно, что там с книжкой? Ничего особенного, обложка мягкая, буквы цветные. R. A. Monroe «Ultimate Journey». Это как? «Окончательное путешествие»? Куда, простите?