Дарт Лонгботтом
Шрифт:
— Авада! — сразу же догадался Грюм. — Вот только она убьёт и крестраж, и носителя.
— Поэтому никакой адекватный тёмный маг не станет прятать часть души в столь ненадёжное место, — пожал плечами Дамблдор. — Хотя крестраж и уберегает сосуд от любых смертельных опасностей, но против Авады вряд ли поможет.
— А если волшебник не дурак и выбрал что-нибудь понадёжнее? — спросил Грюм, предчувствуя проблемы.
— Тогда справиться с крестражем сможет только яд василиска, гоблинский металл, пропитанный всё тем же ядом, ну или заклинание «Инферно
— Вот дела, — крякнул Грюм. — И где ты возьмёшь яд василиска в наше время? Его теперь даже у зельеваров не купишь. Это в индийские колонии надо лететь. Говорят, там местные потомки нагов ещё кое-где разводят этих тварей.
— Меч Гриффиндора пропитан ядом василиска, — спокойно ответил Дамблдор, не став, впрочем, вдаваться в детали. — Если хочешь, можешь посмотреть сегодня, как я расправлюсь с кольцом Волдеморта, заодно и подстрахуешь меня.
— Ещё спрашиваешь! — ощерился Грюм. — Давай сделаем безносому ублюдку первое кровопускание.
— Уже не первое, — хмыкнул Дамблдор, открывая ящик стола, и отмахнулся от вопросов: — Потом как-нибудь расскажу!
Вновь достав шкатулку с перстнем, он подошёл к Распределяющей шляпе, мирно дремавшей на книжной полке, и торжественно произнёс:
— По праву директора Хогвартса приказываю тебе: дай мне меч Годрика Гриффиндора!
Шляпа недовольно приоткрыла один глаз, буркнула что-то матерное в адрес волшебников, которые будят почтенный артефакт на каникулах, но тем не менее выполнила требование Альбуса. Взяв осторожно меч в правую руку, он приказал Грюму:
— Следуй за мной, Аластор.
Вдвоём они вышли из директорской башни и поднялись по движущимся лестницам до седьмого этажа. Затем молча подошли к неприметной двери, за которой располагался Зал проклятий.
— Давно я здесь не был, — ухмыльнулся Грюм каким-то приятным воспоминаниям и, скривив нос, бросил вокруг них очищающие чары.
— К счастью, нынешнему поколению, выросшему в послевоенное время, нет особой нужды отрабатывать проклятья. Немногие ученики хотя бы слышали об этом месте, — проворчал Дамблдор себе под нос. Он быстрыми движениями палочки расчерчивал ритуальный круг.
Уловив вопросительный взгляд Аластора, Альбус пояснил:
— Кусок души Реддла — это ведь, по сути, энергия, верно? Будет замечательно, если она пойдёт на подпитку Хогвартса, а не рассеется в пространстве. Возможно, в замке станет меньше сквозняков. Уже ради того, чтобы облегчить мой артрит, стоило постараться и начертить ритуальный круг.
Грюм застыл, наблюдая, как, повинуясь взмахам палочки Дамблдора, перстень взмыл в воздух над раскрытой шкатулкой и полетел в центр ритуальной звезды.
— Какая всё-таки мерзкая магия у этой штуки! — рыкнул старый мракоборец. Побелевшие пальцы Грюма вцепились в посох. — Это колечко чем только не пыталось меня сейчас соблазнить, чтобы я тебе Аваду в спину пустил, Альбус!
— Я в тебе никогда не
Альбус, переступив черту ритуальной фигуры, поднял меч над головой. Резко размахнувшись, он ударил по перстню, стараясь не задеть камень. Но в этот миг перед его глазами вновь возник образ Арианы, умоляюще протягивающей руки. В итоге меч немного отклонился.
В воздух взвилось бесформенное облако магии, в глубине которого просматривалось уродливое лицо Тёмного Лорда. Раздалось громкое шипение, словно в огромный клубок раздражённых змей кто-то плеснул напалмом. Дамблдора и Грюма расшвыряло в стороны ударной волной, впрочем, границы ритуальной звезды тёмная магия преодолеть не смогла.
Меньше чем через минуту от беснующегося образа Волдеморта не осталось и следа. Дамблдор подошёл, поднял слегка оплавившийся перстень и осторожно выковырял из оправы немного треснувший камень.
— Изучу на досуге, — буркнул он на вопросительный взгляд Грюма. — Возможно, найдётся способ отыскать и остальные крестражи. Всё кончено, Аластор, нам пора возвращаться к нашим делам.
Ловушка, которую создал Волдеморт, потрясла Дамблдора своей циничной практичностью. Ведь если бы не случайный визит Грюма, он бы точно в неё угодил. Слишком велико было искушение пообщаться с сестрой и матерью и по-настоящему попросить у тех прощения. Однако теперь ничто не помешает ему это сделать и успокоить душу. Камень, пусть и получил повреждения, но тем не менее остался цел и по-прежнему ощущался как магический артефакт. А значит, функциональность камня тоже не сильно пострадала.
Поблагодарив Грюма за помощь и отправив того поискать возможность переговорить с Лонгботтомом, Альбус наконец остался один в своей башне. Достав Воскрешающий камень, он сосредоточился и пустил в него немного магии, желая увидеть родных.
Артефакт сработал так же, как было написано в книге сказаний барда Бидля, и вокруг Дамблдора немедленно появились полупрозрачные фигуры мёртвой родни. Великий Светлый волшебник почувствовал, как из источника рекой потекла энергия, но увидев глаза матери, решил, что вытерпит любые неудобства, даже магическое истощение.
Палпатин работал в кабинете верховного волшебника Визенгамота, когда миловидная секретарша сообщила, что к нему хочет попасть Аластор Грюм.
— Пусть войдёт, — разрешил Палпатин, пряча обратно в конверт письмо славянского архимага. Волхв Велимир не стал тянуть резину, а прислал перечень артефактов и книг, которые был готов обменять.
— Привет, Фрэнк. Пора тебе бороду отращивать, как у Альбуса, — с усмешкой поздоровался старый мракоборец. — А то смотришься в этом кресле, как вчерашний стажёр, а не как верховный маг. Слишком молодо ты ещё выглядишь, пузо не отрастил.