Дар памяти
Шрифт:
Жаркое солнце меня не пугает, а, скорее, наоборот - чем теплее, тем лучше. Разгоряченный воздух успокаивает и расслабляет. Благо я могу себе позволить ничего не делать и спать, сколько захочу. Как оказалось, сейчас мне кроме сна и еды пока больше ничего и не хочется, организм сам управляет мной, я управляю лишь разумом.
Когда мы с мамой гуляем на детской площадке, я часто представляю себе море, пальмы, дикий пляж и прочие красоты современной цивилизации. Думая о прохладном соленом море с его разнообразными обитателями, меня и впрямь, как будто обдувает ветерком, хотя сейчас у нас почти плюс сорок, а ветра нет совсем. А еще я часто вспоминаю свои прошлые жизни. Сколько же всего мне удалось узнать, увидеть,
В одной из прежних жизней, к примеру, я была юристом. Не сказать, что очень известным и успешным, но все же не безымянным. Я жила в Америке, и в начале своей карьеры работала с гражданскими делами, а потом и с уголовными. Среди моих клиентов были и преступники и невиновные. Интереснее защищать, конечно же, злодеев, потому что это довольно тяжело, и приходится разбираться во всех подробностях и тонкостях их дел. Невинные, оклеветанные клиенты были менее интересными, но сладкое ощущение победы в суде, когда приводишь все доказательства, и заставляешь обвинителей поверить в честность своего подопечного, дороже любых денег.
Помню, в один из пасмурных дней октября в моем офисе раздался звонок, и грубый мужской голос представился агентом Джона Форварда - рок певца, знаменитого своими скандальными выходками. Этот музыкант славился взбалмошным характером, но быстрой отходчивостью. После своих дебошей он старался исправить положение любыми способами. Однажды Джон запустил микрофон в толпу фанатов на концерте, и разбил одному из них лицо. Извинившись, и пригласив раненного после выступления на свою вечеринку, Форвард смог загладить свою вину. Джон дал ему автограф, позволил сделать фото на память, и попросил не подавать на него в суд. Довольный поклонник с радостью согласился. Он, наверное, был готов еще раз подставить свое лицо под тяжелый микрофон кумира за шанс провести весь вечер рядом с суперзвездой.
Как-то раз в ночном клубе Форвард устроил драку с персоналом, который отказался его обсуживать. Рокер крепко выпил и стал вести себя буйно. Плюнув в бокал виски, который принес ему официант, Форвард потребовал заменить напиток. Официант, много лет проработавший в клубе, не раз сталкивался со звездным хамством, но это окончательно вывело его из себя. Он заявил Джону, что отказывается его обслуживать, пока тот не принесет ему публичные извинения. Рокер громко рассмеялся в ответ и толкнул официанта, спросив того, знает ли он, с кем разговаривает. Судя по всему, статус звезды совершенно не волновал служащего заведения, поэтому без колебаний он вновь попросил Форварда извиниться. Взбешенный хамством прислуги, рокер ударил официанта. Сделав несколько глотков из бутылки с ромом, любимец миллионов принялся избивать служащего клуба. Через пару минут в дело вмешалась охрана, и Форварда выдворили на улицу. На следующее утро кричащие заголовки таблоидов сообщали жителям Америки о вызывающем ночном поведении популярного музыканта. В клубе были папарацци, которые сняли все происходящее на свои камеры. В тот же день Джон Форвард отправил бутылку шампанского и корзину фруктов тому официанту, приложив записку с извинениями.
Долгое время рокеру-скандалисту удавалось выходить сухим из воды, но на этот раз его все же решили наказать. Судя по звонку в мой офис его агента, на Форварда собирались подать в суд. Помощника звезды звали Пол Гриффин, и он просил меня назначить время для встречи со своим подопечным. В этот раз рокер попал в аварию на своей машине, разбив три чужих автомобиля.
– Вы должны знать, что Джон Форвард - суперзвезда, и любой скандал ему только на руку, - раздалось в трубке.
– Но, не смотря на это, ремонт разбитых машин влетит моему клиенту в копеечку. В результате нам нужно, чтобы сумма морального ущерба пострадавшим была минимальной. Знаете сами, как простой народ любит наживаться на знаменитостях. Джон выбрал вас, потому что за последние несколько лет вы не проиграли ни одного дела. Мы надеемся, что вы сделаете для нас все возможное. Мы платим.
С этими словами Пол Гриффин продиктовал мне свой номер и повесил трубку. Спустя несколько часов в моем кабинете уже сидел Джон Форвард, с взглядом полным безразличия к происходящему. Периодически он улыбался мне и строил глазки, наверное, думая при этом, что он очень обаятельный. Разговор вел агент Гриффин, от которого у меня бежали мурашки по телу. От него веяло каким-то холодом. Его суровый взгляд, как мне показалось, говорил о том, что он не любит людей. Я обратила внимание на его руки - обручального кольца не было, детей, по всей видимости, тоже. Если бы я увидела этого человека в толпе, я бы подумала скорее, что он банковский клерк или начальник службы охраны, но никак не помощник взбалмошной рок-звезды.
– Надеюсь, мы друг друга поняли, - сурово спросил Пол Гриффин.
– На судебном процессе будут журналисты, и мы должны быть точно уверены, что не ударим в грязь лицом. Никаких исправительных работ или тюремного заключения. После окончания суда Джон должен отправиться домой. Не в камеру, слышите?
– Понимаю, мистер Гриффин, - улыбнулась я.
– Я постараюсь сделать все, что в моих силах.
Через три недели состоялось слушание по делу Джона Форварда. В зале заседания была куча репортеров. То и дело присутствующих ослепляли вспышки фотокамер. На улице у здания суда шумела толпа фанатов. Они принесли с собой транспаранты и плакаты с изображением своего кумира, пели его песни и кричали, что любят Форварда. Одна пожилая дама в розовых брюках, держащая на поводке белого пуделя, притащила мегафон и в рупор сообщала всем присутствующим, что хочет иметь детей от Джона. Длился этот цирк не долго - к даме подошли полицейские и забрали громкоговоритель.
– Джон Форвард, вы обвиняетесь в порче чужого имущества, в управлении автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, и сопротивлении при задержании, - раздался голос судьи.
– Вы признаете свою вину?
– Да, Ваша честь.
Сам процесс длился около трех часов - довольно долго. Сторона обвинения была не согласна со стороной защиты и настаивала на более суровом наказании. Адвокат, представляющий интересы истцов, был умен и довольно цепок. После вынесения вердикта, как ни странно, обе стороны остались довольны. Форварда обязали оплатить ремонт разбитых автомобилей и выплатить каждому из трех потерпевших по три тысячи долларов морального вреда. После заседания рокер уехал в клуб, отмечать победу, а я отправилась в офис.
– Джен Эйрин? Снова здравствуйте, - ко мне подошел тот самый цепкий обвинитель, который на суде был моим оппонентом. Он ослабил галстук, а его волосы были слегка растрепаны. Я успела отметить, что эта небрежность ему очень даже шла.
– Вы не торопитесь? Разрешите поздравить вас с успешным окончанием дела.
– Спасибо, Даррен! Наверное, вас тоже можно поздравить. Наши клиенты оказались на редкость сговорчивыми и не стали подавать апелляцию.
– В вашей практике это ведь не редкость. Честно говоря, я давно наблюдаю за вами, и хочу отметить, что вы - настоящий профессионал. За последнее время вы не проиграли ни одного дела.