Дар халифу
Шрифт:
— Если это не заденет вашего достоинства? Но если боитесь проиграть, я не настаиваю, - добавил Кристиан, наигранно улыбаясь.
— Считаете, я так наивен, чтоб поддаться на ваши провокации?
– поинтересовался Виктор.
— Я не знаю, возможно, - граф поднялся.
– Сколько вам там лет, вы говорили? Восемнадцать?
— Достаточно, чтоб память меня не подводила, как вас, - ответил король, не отступая.
— Если бы я мог удержать в памяти все имена и возраст детей, которых встречаю по жизни, - Кристиан подошел вплотную, умудряясь смотреть
— Главное, чтоб вы помнили имена своих, - Виктор заметил мелькнувший в глазах соперника гнев. Но граф держал себя в руках.
— Ваше Величество, граф, - к ним подошел Гордон. Он видел, что мужчины стоят слишком близко и говорят слишком тихо, чтоб счесть это простой беседой на отвлеченные темы.
— Князь, - Виктор отступил.
— Ну что? Решили, как убить Врага?
– спросил у друга Кристиан.
Оба мужчины поняли, что Николь уже давно нет рядом, но не подали вида, одарив друг друга презрительным взглядом.
Холоу.
Четвертый весенний месяц.
Во дворце все уже знали о том, что страна официально вступила в войну на стороне Вандершира. Часть войск была оставлена для охраны столицы, поскольку Эрик до конца никогда не доверял союзнику.
Виктория получила письмо от мужа вместе с остальными распоряжениями и сообщениями короля. Конечно, Эрик проверил его, чтоб сын не выболтал лишнего, поэтому послание было сухим и сдержанным. Виктория вздохнула, прочитав его и, сложив в несколько раз, спрятала за манжету.
— Плохие новости?
– спросила Эвлин, заметив ее печальный взгляд.
— Нет, все хорошо, - принцесса улыбнулась девушке.
Дети играли у камина новыми игрушками, купленными доброй госпожой. Бенедикт и Вероника что-то увлеченно читали, сидя у окна.
— Откуда вы взяли книгу?
– спросила Виктория.
— В комнате, в башне, - ответила девочка, оторвавшись от чтения.
— В башне?
– принцесса жестом попросила показать ее. Бенедикт поднял тяжелый том и приблизился.
— Вы знаете, что в Холоу не печатают книг уже почти сто лет?
– сказала принцесса, взглянув на плотный переплет из черной кожи.
– Это, должно быть, старая книга, принадлежавшая кому-то из древних королей.
— Это история войн Холоу, - ответил Бенедикт.
– Мы только начали.
— Тут история о белом городе и первой войне, - добавила Вероника.
Принцесса перелистала несколько пожелтевших хрупких листов и прочла заглавие первой истории "Перерождение Лоакинора".
— Единый Бог, откуда тут эта книга?
– прошептала она.
– Если кто-нибудь из прислуги увидит ее, если архиепископ увидит...
Она побледнела и выпустила книгу из рук. Бенедикт закрыл ее и спрятал в сумку, перекинутую через плечо.
— Никто не увидит, не бойтесь, - он взял девушку за руку и улыбнулся.
– Не бойтесь архиепископа. Он не тронет нас.
— Он ужасный человек, - Виктория немного успокоилась,
– Я знаю о нем такие вещи.
— Никто из присутствующих не скажет о книге, - Бенедикт оглядел всех.
Эвлин улыбнулась, кивнув. Дети даже не заметили, что идет оживленный разговор. Куклы интересовали их куда больше.
— Нас никто не видел в башне, а комнату княжич запер, - добавила Вероника.
— Я хочу посмотреть на эту комнату, - принцесса поднялась, придерживая живот.
— Сейчас много слуг, лучше ночью, - предложил Бенедикт.
— Ночью?
– Эвлин покачала головой недоверчиво.
– Не думаю, что княгиня одобрит эту идею.
— В Стоунхолде темнеет очень рано, - улыбнувшись, ответила ей Виктория.
– После ужина прислуга уходит в свое крыло.
— Я не смогу пойти, - вздохнула Вероника.
– Дядя следит за нами.
— Он все еще пишет свои письма?
– поинтересовалась принцесса.
— Да, но ответа еще ни разу не получил, - девочка и не догадывалась, с кем ее опекун ведет переписку.
— В тот день, когда он получит ответ, наша спокойная жизнь окончится, - заметил Бенедикт, помрачнев.
— Разве тебе известно, кому он пишет?
– спросила Вероника.
— У меня есть некоторые соображения, - княжич не стал делиться ими, сменив тему.
После ужина, как и договорились, принцесса и Бенедикт встретились в коридоре возле входа в башню. Эвлин сопровождала княжича, получив разрешение госпожи.
Поднявшись по лестнице в полной темноте, они вышли в верхние покои. Бенедикт шел впереди, прекрасно ориентируясь в темноте. Виктория держала его за руку, полностью доверившись его чутью. Эвлин следовала за ними, опираясь о стену. Возле нужной комнаты они остановились. Бенедикт приложил ладонь к двери, и она вновь вспыхнула холодным голубым светом.
— Входите, - сказал он, открыв ее, и когда дамы попали внутрь, прикрыл и вновь запер.
— Что это за комната?
– спросил он.
На кончиках пальцев княжича загорались маленькие искры и взлетали в воздух, освещая комнату лучше свечей.
— Бенедикт, когда ты успел этому научиться?
– изумленно спросила Эвлин, наблюдая, как крохотные огоньки наполняют комнату, кружась в воздухе.
— Я не учился, - ответил парень, отряхнув ладонь и спрятав руки в карманы. Глаза его озорно сверкнули.
— Вы что не знаете, кто его отец?
– Викторию нисколько не удивляли таланты Бенедикта.
— Знаю, но никогда не видела его, - ответила девушка.
– Он тоже так умеет?
— Как-то раз мы с Виктором изучали темницы под северной башней, - усмехнувшись, произнесла принцесса.
– Там не было пленников и солдат. Мы зашли далеко и заблудились в лабиринте тоннелей. Как потом выяснилось, мы блуждали там почти сутки. Родители, конечно, едва не сошли с ума, разыскивая нас. А нашел нас Велиамор. Я до сих пор помню, как во тьме замелькали мириады таких вот огоньков. Только они были зеленые.