Дар джинна

Баковец Михаил

– Товарищ Глебов, - произнёс Невнегин, оказавшись со мной наедине в комнате, - я видел, что вы за какие-то пятнадцать-двадцать минут превратили гранату в мощнейший фугас. Увидел, как с виду стандартные винтовки и пулемёты показали результаты, до которых не дотянуться крупнокалиберным пулемётам и противотанковым ружьям. И я хочу... прошу вас сделать с остальным оружием в дивизии то же самое. Это возможно?

– Да.

– Я...

– Но займёт месяц, два или даже дольше, - перебил я его.
– Можете посчитать сами времязатраты с учётом простой

гранаты. На винтовку я потрачу около часа, на пулемёт минут на пятнадцать или двадцать больше. На пушку уйдёт часа три, наверное.

В этот момент отворилась дверь, и в комнату вошёл один из командиров, что присутствовали на демонстрационных стрельбах.

– Товарищ Глебов, это товарищ дивизионный комиссар Маслов, - генерал представил вошедшего.
– Товарищ комиссар, о товарище Глебове я вам уже рассказывал.

– Здравствуйте, так вы учитель самого Мессинга?

– Да. Не верите?
– я посмотрел ему в глаза.

– Сложно не верить после того, чему был свидетелем полчаса назад. И ведь на гипноз такое не спишешь, - покачал он головой, быстро отведя в сторону взгляд. Хе-хе, в гипноз не верит, но списывать его не хочет.

– Оружие где?
– спросил у него генерал.

– Там, - комиссар мотнул головой в сторону двери, - в сенцах. Я рядом поставил на охрану Иванова и своего Терентьева. И там ещё морячки принесли свои противотанковые ружья с патронами. Они-то зачем?

– А это… товарищ Глебов хочет сделать их такими же, как винтовки, из которых наши бойцы только что стреляли. Говорит, тяжёлый танк пробьёт насквозь, как зайца, - сказал Невнегин.

– Да, пробьёт, - кивнул я.
– Если только стрелок попадёт в него. Стрелять можно и с километра, даже дальше - мощи пули хватит на пробитие брони. Но повторюсь - ещё нужно попасть с такого расстояния.

– Пристрелка поменяется, как и на винтовках, которые вы сегодня дали?
– задал важный вопрос комиссар.

– Да, - подтвердил я его догадку, - изменится. Пуля летит в три раза быстрее, отсюда очень высокая настильность. А дальность прямого выстрела возросла в несколько раз.

– Эх, придётся тратить патроны на пристрелку, а их кот наплакал, - тяжело вздохнул он после этих слов.

– Вы ещё обещали защиту, как на вас, для танков, - напомнил мне генерал и выжидательно уставился на меня.
– Успеете всё сделать за ночь? Времени и сил хватит?

– Смотря, какое время отводите под 'ночь'. Если часов до пяти утра, то справлюсь.

– Немцы точно будут позже, - сказал Маслов.

– Но разведка появится раньше. Могут устроить проверку боем, выявить наши пулемёты и орудия, - возразил ему генерал.

– С разведкой мы справимся своими силами. Тем более, такой мощный козырь не стоит ей демонстрировать.

– Тут ты прав, - согласился с ним Невнегин.
– Товарищ Глебов, вам нужна какая-то помощь?

– Нет... стоп, да, нужна. Скажите кому-нибудь сделать три, нет, четыре алюминиевых пластины примерно в две ладони шириной и толщиной в полпальца.

Мои собеседники

переглянулись. Потом генерал поинтересовался:

– Но как?

– Котелки и фляги их этого металла есть?

– Найдём.

– Расплавить их в форме, хоть даже в земляной. Но нужно сделать очень качественно, чтобы не было вкраплений шлака или угля. Мне потом из этих пластин делать защитные амулеты на танки. Желательно с этим поскорее разобраться. Пока я возьмусь за оружие, так что время на переплавку есть.

– Если так, то они будут сделаны, - твёрдо сказал Маслов.
– Что-то ещё? Не стесняйтесь, спрашивайте. Всё, что в наших с товарищем Невнегиным силах, мы сделаем.

– Драгоценные камни нужны.

– Что?!

– Не для себя - для дела, - ответил я, догадавшись, что за мысли забегали в их головах.
– Из камней получаются отличные аккумуляторы магической энергии. Так мне не придётся после боя заполнять их своими силами, которых может и не быть к тому времени. Камни же сами вытянут энергию из окружающего мира.

– Вот даже как оно… - покачал головой комиссар, потом развёл руками.
– Увы, вряд ли мы сможем найти сейчас даже самый маленький камешек. Если отобьёмся от гитлеровцев, сумеем получить передышку, то я направлю в Пинск кого-нибудь, чтобы решить этот вопрос. А пока - увы, - повторил он.

– Отобьёмся, - пообещал я, после чего протянул им две алюминиевых пластинки-амулета.
– Возьмите. Это личная защита, спасёт от взрыва гранаты рядом, от пули и осколков. Думаю, пять-шесть попаданий выдержит.

– Звучит так, что прям...
– покачал головой опять Маслов.
– Фантастично уж очень.

– Бери знай, - генерал первым сцапал амулет.
– Я видел, что это работает. Товарищ Глебов, что дальше с этим делать?

– В карман положите, только не потеряйте. А то будете думать, что защищены и подставитесь, а в итоге - пшик.

– Спасибо, - поблагодарил он и спрятал в карман гимнастёрки мой подарок. Точно так же поступил и комиссар. Через минуту они оставили меня в комнате одного, пообещав, что прямо сейчас отдадут распоряжение насчёт алюминия для моих нужд.

*****

Как предполагал генерал, так и вышло - перед атакой наших позиций немцы сначала выслали разведку. Сразу две их группы сунулись на заросший сырой луг и на ржаное поле на другом фланге. В обеих была техника - лёгкий танк с пулемётом вместо пушки и полугусеничный бронетранспортёр.

Легкий танк легко прополз по лугу, подминая кочки с кустарником, ныряя в канавы и разбрызгивая грязь во все стороны. Благодаря своему весу он пёр вперёд, как трактор, не обращая внимания на трассу, где любая другая техника непременно застряла бы. За ним шли полтора десятка немцев с карабинами в руках.

Их товарищи справа в это время подминали рожь и не сходили с прицела красноармейцев, которые ждали, когда враги приблизятся для уверенного выстрела. К сожалению, боеприпасов было так мало, что хоть сходись в рукопашную и отнимай их у врагов.