Дар Дерзкий
Шрифт:
Рубиновые колечки готовности одно за другим опоясали длинное стальное тельце излучателя. Ярко-зеленый луч вспыхнул неожиданно и беззвучно, прочертя четкую линию в темном небе. Следуя его руке, луч описал короткую дугу, коснулся грубого навершия массивной каменной боковицы городских ворот. Толпа затаила дыхание, не было слышно ни единого звука, кроме шипения перегретого камня. Мгновением позже шпиль медленно завалился, рушась и звонко ударяясь о выступы скальной стены. Его падение вызвало ощутимую дрожь земли.
Если Дар собирался поразить воображение зрителей и добиться их максимального внимания,
Дар поднял руку, добиваясь тишины. И когда голоса смолкли, а все присутствующие скрестили на нем свои взоры, он сказал поочередно на трех языках:
– Я буду говорить с элитарами Саудраком, Док-Атором и Куаргиром!
Затем повернулся к воротам:
– Котнор и Барних, слышите меня?
– Да, Древний, – раздались со стены голоса старейшин Горна.
– Приготовьте место для нашей беседы!
Глава 7
Клятва элитаров
Небольшая площадь Горна быстро заполнялась.
Слух о необычном происшествии быстро разнесся, отрывая горных трудяг от работы и поднимая наружу. Скоро входы в подземные мастерские стали исторгать тангров, будто жерла вулканов – лаву. Шли покрытые каменной пылью рудокопы, изрывшие скалы своими извилистыми ходами, выступали каменщики и древоделы, укрепляющие пробитые штреки, выходили на свет углекопы, еще более грязные и черные, за ними тянулись маленькие печники, хозяева подземного огня, затем плавщики металлов, да рослые кузнецы, что ковали знаменитые голубые клинки, венчая своим трудом работу всех остальных. Кого было мало здесь – так это воинов. Число защитников Горна строго ограничивалось условиями мира Хуурадана и б'Рвана, а кто решится перечить двум этим кланам?!
Воины трех элитаров встали тесными группами у своих дромов, яростно глядя вокруг. С приходом ремесленных сразу стало тесно, шумно. Агрессивность и вражда воинов кх'Отрии, Хуурадана и а'Зардата просто потонула в этом множестве чужих латниров. Хорошо отстаивать клановые святыни у себя дома – но если вокруг полно иноплеменной кости, вещи перестают быть простыми и ясными.
Чужаки-дромаруги не вызывали беспокойства горнцев – рынок оружия и металла вечно собирал тут разношерстную публику. Работяги лишь искали взглядами того, кто назвался Древним. А значит чует в себе силу свершить старые пророчества Каменных Скрижалей – собрать тангров в Империю, бросая вызов летучим демонам-гонклардам. Кому, как не горнским йарбам, это было по душе! Два слова реяли в воздухе, удивленно шептались сотнями губ: «Древний» и «Империя»…
Командир крепости Котнор был скор и деятелен. Четверная стража уже разгоняла толпу у дверей уртана, пропуская внутрь хозяев, гостей, и ни латниром больше. Элитары прошли безмолвные и хмурые, как зимние деревья. Факелы коридора бросали колеблющийся свет, озаряя пестроту присутствовавших здесь расцветок кости. Чудно глазу тангра было видеть их всех в одном месте.
Оказавшись в том же зале, где он обедал с Котнором, Тутросом и Барнихом всего каких-то девять дней
Степенно расселись за широким столом. Лица элитаров были такие же каменные, как эти стены вокруг. Но Дар знал, насколько взвинчены сейчас они присутствием друг друга. Ноздри шевелились на их лицах как живые, будто чуяли близкий смрад. Ну конечно, им не нравился отбив, что они улавливали друг от друга. А стреляющие по сторонам пламенные взгляды выдавали, что цнбр кланов кипела в их крови, подогретая взаимной ненавистью. Но Дар любовался ими – могучими воинами, лучшими из всех какие только можно здесь найти!
Их отаруги были разведены в отдельные группы. Сжиться вместе им еще предстояло, а пока это заклятые враги. От взаимной беспощадной резни удерживало только то, что их командиры – неслыханное дело! – сели за общий стол договариваться с Древним… Ну, может, еще потому, что каждый видел у Дара тот страшный «живой огонь», а перед дверями уртана недвижно замер этот маленький стальной дром, так привлекающий взгляды кузнецов…
– Благодарю гостеприимный город кузнецов за помощь. Но моя беседа сегодня для хозяев трех отрядов. – Дар поднялся, обводя всех испытующим взглядом. – Я никому не отдаю предпочтения. И потому спрашиваю – на каком языке мы будем вести переговоры?
– Говори на любом, – небрежно взмахнул рукой Куаргир. – Я пойму тебя.
– Говори на хуурадане, этот язык понятен а'зарду, – сухо бросил Док-Атор. – Когда-то мы были одним корнем!
Саудрак хмуро смолчал. Языки, в отличие от шиташа, не были его сильной стороной.
– Отлично, – кивнул Дар. – Теперь расскажите, зачем пожаловали сюда?
– Совет Хоргурда отклонил решение Ху-махо, – тут же громыхнул Саудрак. – Я пришел вернуть тебя в клан. Хуурадан сожалеет обо всем, что произошло. Но дружба важнее обид – и дружба моего клана с тобой!
– Я ценю дружбу Хуурадана, благородный Саудрак! – наклонил голову Дар, – и не намерен ею бросаться. Значит твоя цель – чтобы я вернулся с тобой?
– О-рах! – Хуураданец расправил широкие плечи и с вызовом посмотрел на остальных.
– Что насчет тебя, Док-Атор?
А'зард чуть промолчал, глядя в стол, желваки играли на его скулах. После вскинул голову, упершись взглядом прямо в глаза Дара:
– Я бывал твоим врагом и скрещивал свое оружие с твоим! – воскликнул он, выпрямляя спину. – Того требовали интересы а'Зардата. Ты был замечен при разграблении Изир-Дора, и стал объектом мести для любого из моих воинов. Однако все мысли о тебе изменились после призыва Зордаора.
– Махо Зордаор жив?! – не смог сдержать восклицания Дар.
– Выжил. – Скупо кивнул Док-Атор. – Помощь в Изир-Дор пришла быстро, и хуураданцы не смогли завершить убийство Царакклана. Дверь травы не сгорела. Живая Атсинбирг вылечила своего махо.
– Хуурадан не собирался убивать ваш Царакклан!.. – начал Саудрак, но Дар остановил его движением руки.
Взгляд сощурившихся глаз Док-Атора стал ядовитым.
– А, вы просто случайно закидали его кислым огнем! И сорвали латнир с махо Изир-Дора!