Dantalion
Шрифт:
— Я, вероятно, спятила, но Айзен… Я как будто только сейчас ощутила его одиночество. Казалось бы, ты один из самых приближённых к нему людей, но даже ты его предал. И что же, ты надеешься, что мне удастся то, что не получилось у Тауры?
— Нет, тебе это не удастся. Эту задачу я теперь беру в свои руки. Но ты просто можешь попытаться выжить. Иначе вся твоя жизнь ушла бы коту под хвост, погибни ты так скоро после своего возвращения.
— Спасибо…большое, — Тоши благодарно улыбнулась.
— Ну
— Но… Банкай Данталиона поглощает личность! Я не собираюсь тебя поглощать! — запротестовала синигами.
«Почему нет?», — завибрировал голос Данталиона. Под ногами Тоши вновь почувствовала водную рябь, Данталион вверх тормашками висел в алом пространстве напротив Тоши.
«Мне никогда не помешает личность уровня Капитана, и тебе не помешает потренироваться перед…»
— Я отказываюсь поглощать Айзена, — отрезала Тоши, вернув занпакто в обычную форму. Данталион зло сощурил глаза.
— Глупая девчонка, он убьет тебя.
— Я и так уже была мертва. А сейчас я твоя хозяйка, и будь любезен слушаться меня.
— Я тень, низвергнутая в ад. Я не часть души, что подчиняется синигами. Меня, как занпакто, создал один безумный шаман-синигами.
— Значит, ты…
— Верно, я нечисть, — голос Дантилиона вновь завибрировал искажёнными помехами, занпакто впился в плечи Тоши когтями, а его лицо нависло скалящейся улыбкой на безликой тени. — И возвращаться в ад не собираюсь из-за твоей прыти. У нас была сделка.
— Неудивительно, что тебя привлек Айзен, — усмехнулась Орикава. — И кто же тогда боится смерти больше, ты или Таура?
— Ты не думаешь, что должна мне? После того, как я продлил твою жизнь на сорок лет? Твоя очередь подарить мне Айзена Соуске.
— Я тебя об этом не просила, значит, ничего тебе не должна, — синигами пожала плечами и взмахнула катаной, рассеяв тени Данталиона, и напротив неё вновь стоял Гин.
— Нет, я не буду использовать на тебе Банкай, и ни на ком-либо еще. Никогда. Я отказываюсь от подобной силы на данном этапе жизни.
«Иначе меня просто сотрут из этого тела в порошок».
Гин удивленно скривил лицо, наклонив голову, и пожал плечами.
— Что же, дело хозяйское. Но смотри сама. Айзен-сама приказал привести тебя к нему, как только ты очнешься. Уж извиняй, но сделать вид, что я тебя не видел не получится. Понимаешь же, к чему я клоню?
«Настало время нашей встречи».
— Так что это может быть наша последняя встреча. Есть ли ещё кто-нибудь, с кем бы ты хотела попрощаться, перед тем как я отведу тебя на собственную казнь?
— Ненавижу прощания, предпочитаю уходить по-английски, так есть вероятность того, что я все-таки ещё вернусь.
Тоши вложила занпакто в ножны и уверенно кивнула.
— Веди меня.
Стража
— Айзен-сама, не поверите, кого я привел к вам в гости.
Ичимару насмешливо откинул голову, обернувшись к Тоши, что тяжелым взглядом устремилась к постаменту трона, на котором восседал Владыка Лас Ночеса с неизменной тёплой улыбкой поприветствовал Орикаву:
— Рад видеть тебя, Тоши, твоё долгое пребывание в коме породило сомнение в моём сердце о том, что ты можешь очнуться.
На что синигами едва подавила вырвавшееся «ха», вместо «да». Кажется, этот разговор, что поставит точку в её истории, продлится слишком долго. Сбежать она не успела, а значит, придётся взглянуть смерти в лицо.
— Странно слышать подобное беспокойство о мёртвой душе, что погибла сорок лет назад, — парировала Орикава.
По телу прошёлся игольчатый поток реяцу, что заставил сжаться. Айзен едва скривил усмешку.
— Гин, оставь нас.
Ичимару, словно не сразу поняв, нахмурился, но, пожав плечами, направился на выход. Проходя мимо Тоши, он подбадривающе дотронулся до её плеча, на что она улыбнулась краешком губ. Как только тронный зал опустел, Тоши услышала резкий свист сюнпо, Айзен переместился за её спину и, обняв со спины, провел рукой от живота выше, направляясь к шее и прошептал на ухо:
— Я действительно больше не чувствую Тауры, а, значит, все-таки ты сумела захватить полный контроль над телом. Полагаю, не без помощи Данталиона.
— Вы рады или расстроены такой новости? — на удивление спокойно спросила Тоши.
— Ни то и ни другое.
— Вы убили женщину, что занимала хоть какое-то, но всё же место в вашем сердце, неужели вы ничего не чувствуете?
— Я убил её не один раз.
Айзен повернул Тоши к себе и властно поднял её лицо за подбородок, сверкнув проницательным взглядом, что, казалось, смотрел в самую душу.
— Занпакто. Данталион, он уже выходил с тобой на связь?
«Хочешь получить мой занпакто под свой контроль?».
— Интересно, в конце своей жизни она так же сильно любила вас, как и ненавидела?
— Тоши, ты, правда, хочешь поговорить о женщине, что убила тебя?
— Она меня не убивала, я сама подставилась под меч. Да и к тому же, я сейчас стою в целости и сохранности, вызывая у вас неутолимое любопытство и злость от того, что вы не знаете, на что ещё может быть способен Данталион. Я отвечу, если вы ответите мне. Вы больше любили или ненавидели Тауру?
Устало вздохнув от лишних вопросов, Соуске ласково провёл по щеке Тоши.