Даниил Галицкий

Хижняк Антон Федорович

— Сла-а-а-вва-а!

Эхо могучей волной прокатилось по долинам и лесам.

Мстислав оглянулся. К нему подъехали ключник и слуга. Взяв из рук ключника большой сверток, Мстислав развернул аксамит и поднял двумя руками меч с золотой рукоятью.

— Прими от меня подарок, Даниил. Этим мечом я десятки лет рубил врагов, далеко с ним заходил. Возьми сей чистосердечный дар, руби врагов земли Русской. А это, — Мстислав взял из рук слуги второй сверток, — золотой шелом. Да будет слава твоя сиять, яко солнце на небе!

Даниил, приняв

меч и шелом, растерялся и не мог ничего сказать — так он был тронут лаской Мстислава.

— А еще коня тебе дарю. Он быстр как ветер.

Дружинники подвели к Даниилу серого коня. Конь дрожал, нетерпеливо бил копытом, прядал ушами и хватал ноздрями воздух.

— Прими сии дары в знак уважения нашего к храбрости твоей, — промолвил Мстислав.

По рядам воинов пронесся шепот одобрения. Отважный русский богатырь Мстислав, приветствуя Даниила, чтил тем самым доблесть воинов-галичан.

Книга вторая

Глава первая

1

ано утром, пока еще солнце не показывалось из-за леса, Анна выходила на крепостные стены, и дозорные дружинники уже не удивлялись этому. Словно бы не замечая ее, они отходили в сторону, сходили с башни и шагали по стенам, поеживаясь от утреннего холода. Анна оставалась в башне одна.

Сидит она на башенном подоконнике и всматривается в даль. Вокруг, сколько видит глаз, густой стеной стоит лес, а между деревьями вьюном поползла узкая дорога. Дубы и ясени уже обнажились, но лес от этого не стал прозрачным: сколько ни вглядывается Анна, ничего не видит. Шумит густой волынский лес, будто хочет усыпить, убаюкать. В это раннее утро еще спит славный город Владимир, еще не слышно в пригороде кузнечных перезвонов, еще не выходят купцы из своих хором, еще видит сладкие сны звонарь ближней церкви. Морозным выдалось это осеннее утро, но Анне вовсе не холодно; она не заметила даже, как сполз с ее плеч большой бархатный платок; белыми руками оперлась она на железную ограду башни, но руки ее горят, согревают железо, и кажется, что оно становится теплее. Застывшим взглядом впилась она в облачко, плывущее на юг.

Анна не видела, как к ней подошла Светозара.

Светозаре хочется развлечь Анну после вчерашнего. Как кричала, как волновалась Анна — и все из-за какой-то никчемной девчонки, которая не захотела жить в покоях княгини! Много ли дела там? Только убрать Да побежать туда, куда велит княгиня. И хорошо сделала Анна, приказав тиуну отстегать эту наглую девку кнутами

на конюшне. Сегодня привела новую, княгиня останется довольна. Правду сказать, и эта упирается, но это она цену себе набивает, чтобы княгиня добрее к ней была. За эту горничную Анна будет благодарна ей, Светозаре.

Анна оглянулась и увидела Светозару.

— Чего ты так рано встала?

— А я и не спала, княгиня, слышала, как ты ходишь по светлице. Хочу тебя развеселить. Развей свою печаль, не убивайся. Успокоиться тебе надобно, ты так вчера разгневалась…

— Из-за той девки? — быстро спросила Анна.

— Из-за нее. А я тебе подарок приготовила.

— Какой?

— Другую девку привела. И лицом хороша, и проворна. Тебе понравится, ты любишь таких.

Анна схватила Светозару за плечо.

— Спасибо тебе! Я Даниле скажу, как ты меня тут утешала. Он тебя отблагодарит.

— Вот и хорошо. Стоит ли терзать себя из-за какой-то никчемной девки!

— Пойдем, покажи новую.

Они быстро спустились с башни в княжий терем.

Сначала вошли в сенцы, а оттуда — в длинную светлицу, потом перешли в меньшую, миновали еще одну дверь и очутились в широкой, многооконной комнате.

— Посидим, отдохну малость, быстро шли, — повела Анна Светозару к скамье. — Уф! Устала. И по ночам не сплю, и днем не усну, хожу по этим светлицам, не знаю, что делать.

— А что тебе делать? За княгиню все сделают, только скажи.

Анна будто и не слышала этих слов, продолжала:

— Истосковаться можно… А почему та служанка не согласилась?

— Плакала, говорила, что больна. У нее под Галичем муж убит, когда в ночные набеги из крепости ходили.

— А откуда она знает об этом? — недовольно спросила Анна.

— Гонцы рассказали. В ту ночь пятерых убили.

— Ну и что Же? — надула губы Анна. — Но если ее к княгине берут, она не смеет отказываться!

Светозара взяла ее за руки.

— Успокойся, княгиня, ты же сама прогнала ее.

— А как она посмела перечить мне! — топнула ногой Анна.

— В груди, говорит, у нее болит, не может наклониться, — сказала Светозара и, чтобы отвлечь внимание Анны, перевела разговор на другое: — Вот я приведу тебе новую.

— Не может наклониться! Боярыня! — не успокаивалась Анна.

Светозара хотела успокоить ее, но это не удавалось. Вдруг она услыхала стук копыт и закричала:

— Кто-то едет!

Анна прислушалась.

— Верно!.. Беги к окну, Светозара!

Светозара подлетела к окну.

— Гонец! — радостно воскликнула она.

Анна побледнела и еле слышно произнесла:

— Беги, веди его сюда…

Светозара метнулась из светелки. Вскоре она вернулась, за ней осторожно шел гонец. Переступив порог, он склонил голову, вытащил из-под кольчуги пергаментный свиток.

— С добрым днем, княгиня! Князь Данило велел кланяться и сказать, что он жив и здоров.

— Ты сам его видел? Жив? Где он сейчас?