Дана и Бродяга
Шрифт:
– Хорошенькая девушка?
– Это академический интерес?
– Значит, хорошенькая.
– Ну, так как?
– Действительно против всяких правил. Завтра... в смысле, сегодня. В половине восьмого. Жду твою артистку на поле возле «Квантов». Опоздает - сама будет виновата.
– Эта не опоздает...
– Увидим.
– Увидим!
Стас на прощание торопливо пожал отцу руку и пошел себе в сторону больницы.
Глава 17
На
Неожиданно провожать Дану отправилась вся компания. Даже Джет, которого ночью зачем-то вызвал инспектор Гус и отпустил только на рассвете.
Пилоты «Квантов» протестировали свои машины, но до старта еще оставалось время, и далеко не все решили провести его в кабинах.
Они стояли темной стаей в тени, кто-то курил, кто-то что-то весело рассказывал, размахивая руками.
Джет остановил кар на почтительном расстоянии от темных громадин «Квантов». Издалека их размеры не так впечатляли...
– Может, мы зря...
– нерешительно спросила Дана.
Но в этот момент от группы пилотов отделились двое, и совершенно явно направились к ним.
– Вот видишь, - подбодрил Джет.
– Нас ждали.
– Я передумала. Я прилечу сюда на гастроли в следующем сезоне. Вы придете на мое шоу?
– Конечно.
– Джет кивнул. Мелисса тоже.
– А ты, Саат-саа? Ради такого случая выйдешь из пустыни?
– А разве я дал повод сомневаться?
– Кто вас, пустынников, знает... и вы, Алекс?
– Обожаю цирк.
– А я в детстве его ненавидела. Вот просто терпеть не могла.
Подошли пилоты. Один из них, как можно было догадаться, оказался адмиралом Гнединым. Второй - молодым человеком лет двадцати. Симпатичный шатен с неопределенно-скучающим выражением лица. Так скучает опытный вояка, получивший смехотворное задание, и желающий подчеркнуть, что задачка - не по рангу. На столь молодом лице выражение смотрелось комично. Дана не удержалась и скопировала его.
Мелисса сжала губы, чтобы не рассмеяться.
Стас быстро представил своих спутников. Адмирал пожал протянутые руки. Повернулся к Дане:
– Познакомьтесь. Это лейтенант Романцев. Полетите с ним.
– И где?
– спросил лейтенант лениво.
– Что?
– Ваш багаж. Сувениры там, шляпки, сумочки...
– А! Вы об этом... что-то грузовичок опаздывает.
– Дана с любопытством рассматривала аккуратно подстриженные ноготки на правой руке.
– Должен был быть пять минут назад, а его все нет и нет...
– Должен вас предупредить, что если грузовичок задержится, вы рискуете оставить свое барах... имущество на Руте.
– Я этого просто не переживу. Учтите, я упаду в обморок, и вам придется меня откачивать!
– Не обещаю, что буду церемониться...
–
– Ровного полета!
Дана повернулась к провожающим. Она улыбалась, в глазах отражался космос. Сделала нерешительный шаг вперед, словно хотела еще что-то сказать или сделать. Но Романцев уже торопил, она лишь махнула рукой.
Мгновение прощанья было коротким. И вот Дана уже спешит по взлетному полю вслед за офицерами космофлота. Страничка жизни под названием «Рута» неудержимо опускалась, закрывая недавно еще отчетливо видимый текст...
– Пристегнитесь.
– Буркнул лейтенант.
– Уже.
Пилотская кабина «Кванта» была просторной. Огоньки контрольных систем сами наводили на мысль о космосе - таинственно мерцали с приборных панелей, как звезды с ночного неба. На Руте говорят - наэса. Одно из немногих слов, которые она выучила.
И это притом, что управление, скорей всего, происходит в виртуальном режиме. Невольно зауважаешь лейтенанта Романцева, который понимает значение каждого огонечка и видит смысл в каждой шкале.
Кресло показалось ей великоватым, но ведь оно и рассчитано на взрослого мужчину, а не на такое недоразумение, как она. Целых сто пятьдесят два сантиметра роста - шутка ли. Зато ремни легли удобно и, пристегнувшись, она чувствовала себя вполне комфортно.
– Три минуты до старта. Полет до швартовочной станции продлится около сорока минут...
– ...температура за бортом двадцать восемь градусов по Цельсию. Уважаемые пассажиры, вас обслуживает опытный экипаж во главе с капитаном Романцевым...
Она понимала, что пилота дразнить не стоит, но почему-то не могла остановиться.
– Во время полета будьте любезны молчать, девушка. Вы на борту военного корабля.
– Уже можно начинать?
– Что?
– Молчать.
– Да. Меня по вашей милости и так уже извозчиком зовут...
Наверное, это обидно. Нет, это однозначно должно быть обидно для офицера, который только вчера принял участие в планетарной операции. Возить какую-то дамочку... которая еще и ехидничает. И ничего нельзя сделать, чтобы ее заткнуть - дамочка тебе не подчиняется...
Дана замолчала, рассматривая сквозь лобовое стекло взлетное поле и мутный силуэт города у горизонта. Она твердо решила не мешать Романцеву во время полета.
Машина мягко стронулась, выруливая на полосу. Интересно, почему место второго пилота свободно? И почему нет стрелка, это же боевая операция...
Пока поднимались сюда, лейтенант скупо делился информацией о других помещениях катера. Кабина стрелка там точно была.
Спросить? Или уже считается, что мы в полете?
Дана все-таки промолчала. Вопрос был продиктован голым любопытством, а такие вопросы, заданные под руку, неизменно нервируют специалистов, кем бы специалисты ни были. Офицерами ли космофлота или артистами цирка.