Дамнар. Неведение

Якунина Марина

Коренной житель Атиозеса, увидев, что самый старший оружие убрал, обрадовался, закружился, и танцуя, говоря что-то на своём языке, приблизился к Леди Руаcил, периодически кланяясь, передал ей букет.

Леди, улыбнувшись, принимая дар. Слегка склонила голову, позволив поцеловать себе руку, чем привела хорнда в бурный восторг, который стал весьма заметен всем присутствующим.

– Может его какой-нибудь тряпкой хоть обмотать? – брезгливо пробормотал Сет, чувствую крайнюю неловкость от близости к матери полностью обнажённого мужика, если не посчитать «одеждой» густую шерсть на козлиных ногах.

– Не

будь ханжой, – парировал Отец, сразу потерявший к хорнду интерес.

Леди Руаcил тем временем мягко передала букет Селфису, аккуратно прикоснулась пальцами к вискам обомлевшего хорнда. На несколько минут они замерли. Когда она убрала руки, хорнд в двойным восторгом продолжил свои танцы перед ней, а она с оживлением обратилась к присутствующим:

– Этот мир очень похож на наш. Его населяют люди, и разные виды никсов. Чудовища встречаются редко. Леса обширны, есть несколько удобных островов. Всем хватит места, – в голосе Леди слышались нотки облегчения.

– Только если не считать чудовищами всех вышеперечисленных и нас с вами, – пробурчал Наследник.

Леди, как обычно, проигнорировала его реплику и продолжила:

– Нам пора в путь. Необходимо выслать приглашения, собраться и начать расчищать место. Окончательно договоримся о порядке на нашем берегу чуть позже.

Леди Руаcил’авара умолкла, взяла под локоть сына и замерла в ожидании, смотря в сторону озера.

Сет нарочито сделал вид, что не понял, или не услышал. Исключительно ради интереса, попросит открыть проход, или нет? И тут же получил заметный пинок локтем в бок от Отца.

Наследник Итернитаса поджал губы, нахмурился, но меч всё же убрал в ножны. Затем открыл руки навстречу энергетическим потокам. Привычная магия заструилась сквозь него, заполняя всё тело и разум, от пальцев ног к рукам. Пространство между мирами сжималось, сокращало дорогу, которую не пройти обычным шагом, не перелететь на простых крыльях. Когда юниверсумы достаточно приблизились, образовав тоннель, в толще двух миров открылась брешь, которую он аккуратно растянул для удобного прохода пары. Проверив прочность портала, сотканного из границ иных миров, убедившись в её безопасности, отсутствия случайных, попавших в ловушку композитума существ, театрально поклонился и молча сделал приглашающий жест.

Леди Руаcил снова слегка улыбнулась, поклонилась отцу и хорнду, и покинула мир под руку с сыном, не удостоив Наследника даже мимолётным взглядом.

Как только эльфы скрылись в портале, Сет тут же получил подзатыльник от отца.

У князя уже давно чесались руки накостылять отпрыску за его несдержанность, но подобные разбирательства он предпочитал проводить с глазу на глаз. Сын превосходил силой всех присутствующих вместе взятых, чем вызывал гордость и зависть самого князя, но холодной головы Наследнику ой как не хватало. Когда Сет только появился на пороге Интернитаса после длительного пути, вместе со своим щенком, князь заметил, что несмотря на все достоинства и горячность, разум сына слишком человечен для замка Проклятых. Пришлось идти на крайние меры, иначе во время войны огромный потенциал был бы растрачен попусту. И подобную силу лучше держать в узде. И в союзниках.

– Что за цирк ты устроил? С чего такие переживания? Ты ведь не врал мне тогда? Ты вошёл в воды Озера Вейриегеланг? – Князь не сомневался

в том, что сын выполнил тот старый приказ. Он неоднократно уже успел убедиться в преданности сына как воина, так и, проверки ради, палача. Но тоска и боль в глазах Сета, когда речь шла о погибающем мире и его обитателях, вновь заставили усомниться в том, что чудесное озеро сработало так, как нужно.

Сет распрямился, раздражённо дёрнув головой, но оплеуху будто бы не заметил.

– Если бы я тебе тогда наврал, я бы выглядел получше, чем сейчас. Чувствую, мне ещё сильнее это аукнется, – Сет, ощущая дурное послевкусие от состоявшегося ранее разговора, и настойчиво зовущие обратно в Итернитас нити, продолжал огрызаться. Как только эльфы скрылись в портале, он почувствовал весомое моральное облегчение. Вода в озере рядом была уже полностью спокойна и потихоньку остывала.

Отец, обречённо вздохнув, положил сыну руку на плечо:

– Я беспокоюсь о тебе, – тон Князя значительно смягчился, он действительно успел привязаться к сыну за несколько лет и проникнуться к нему симпатией. Порой тот заставлял его вспомнить о человеческих эмоциях, что, с одной стороны злило, с другой – притягивало необъяснимым образом. – Ты недостаточно твёрд, и озеро, похоже, не помогло отделить от тебя лишнее.

Сет вывернулся из-под руки Князя, не желая примиряться, чувствуя некоторое смущение. Факт того, что страшное чудо свершилось – был. Только вот Сет сам не был уверен, что всё прошло так, как хотел отец. Ему было достаточно абсолютного подчинения сына во время озвучивания Приказа. Он никогда не спрашивал, как именно происходило действие, а наследник не стремился делиться переживаниями.

– Я убиваю по твоему приказу. Не ощущаю после этого сочувствие. Разве не сожаление о поступках, совершённых по твоей воле, должны были отделить от меня его воды? – в отсутствие Леди и Селфиса контролировать себя удавалось не в пример лучше. Речь Сета смогла стать отрешённо бесцветной.

– В любом случае тебе нужны союзники, – Князь несколько приободрился, услышав лёд в голосе сына. Попытался примириться, но слова всё равно приобретали назидательный тон: – Клятвы прочны, но их можно обойти. Стрела, пущенная без цели, наугад, всё равно остаётся стрелой. Нам нужно заключить более прочный, кровный союз.

– Нет, даже и не проси, – отрешённость как ветром сдуло. Взгляд из безразличного вновь стал упрямым. – Особенно после того как мне стало известно, каким образом деторождению способствует твой жрец, – при упоминании об этом Сет скривился не в силах преодолеть отвращение к Личу.

– И всё же когда-нибудь тебе придётся принять правление и сделать то, что ты обязан. Знаю, что ты зол на меня и мать за многое. Но это не повод ставить крест на своей жизни, – Князь ничто не мог поделать с отношением сына к ритуалу, и какими-то остатками памяти о человеческой душе понимал, что Сет по-своему прав. Другой вопрос, что это отношение никак не увязывалось с ожидаемым эффектам от вод озера Вейриегеланг.

Сет молчал, зная, что разговор снова заведёт в никуда, периодически поглядывал на всё ещё танцующего представителя Атиозеса. В действиях этого рогатого никса Сету чудился какой-то подвох. Но он никак не мог определить причину своего беспокойства. Очень уж мешал Интернитас, настойчиво зовущий его назад.