Дама в красном

Мартон Сандра

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Тревис никогда не был так счастлив. Он сам себе удивлялся.

Даже в начале его брака с Кейд, до того как их отношения начали рушиться, были дни, когда улыбки и веселость превращались в утомительный труд. Иногда ему надо было что-то обдумать, а от одной утренней болтовни Кейд хотелось сбежать на край света.

С Алекс все было по-другому.

Она будила его поцелуями или он ее – без разницы. В любом случае, просыпаясь, он всегда улыбался. Он никогда не завтракал по-настоящему и теперь не собирался, но чашка кофе вместе с Принцессой казалась идеальным

способом начать день. Так же как и конец дня, освященный ее присутствием. Удивительно, как быстро он привык видеть ее, приходя домой. И она всегда была там, несмотря на растущую занятость делами империи, доставшейся ей от отца.

О, да! Он был счастлив. И все об этом знали. Некоторые, такие, как Пит Хаскелл, безжалостно дразнили его.

– Что это с тобой, Бэрон? – не уставал спрашивать Пит. – Ты что, купил несмываемую улыбку?

Тревис покорно соглашался: да, конечно, так и есть.

Он знал, что и Алекс была счастлива, хотя временами ее счастье и омрачалось. Например, в тот раз, когда зазвонил телефон, а она взяла трубку, чтобы не беспокоить его. Он проснулся, услышав ее сонное «алло».

– Кто это? – спросил он, но уже по выражению ее лица можно было понять, что дело неладно.

– Да, – холодно подтвердила она, – номер этот, – и, перебросив телефон ему, откинулась на подушки.

Тревис сел.

– Да? – сказал он. – О, верно… Ага… Конечно… Прекрасно, Эмма. Спасибо за звонок. – Он поставил телефон на ночной столик и потянулся к Алекс, но она отодвинулась, выбираясь из кровати. – Это была Эмма, – пояснил он.

– Несомненно, – ответила Алекс и, надев халат, отправилась в ванную. Когда она вернулась, Тревис лежал, ожидая ее.

– Это моя секретарша.

– Разве я спрашивала? У нас свободная страна, Тревис. И ты не должен…

– Но я объяснил, – он сел. Она поглядела на его загорелую грудь и заигравшие мускулы и отвернулась. – Черт, Алекс, ты что, правда думаешь, что я обманываю тебя?

– Нет.

– Тогда в чем дело?

Алекс схватила щетку и яростно провела по волосам.

– У нас было соглашение, – сказала она спокойно, – не спать ни с кем другим, пока мы вместе. Разве не так?.. А еще я подумала, – добавила она, – знает ли твоя секретарша, кто я такая. – (Тревис пожал плечами и почувствовал, что голова начинает болеть.) – Не похоже на то. Я хочу сказать, по-моему, она удивилась, услышав мой голос.

– Очень может быть, – он откинул одеяло в сторону, спустил ноги на пол и зашагал в ванную. – Я не имею привычки обсуждать свою личную жизнь с секретаршами.

– С кем же ты ее обсуждаешь?

Он высунулся из ванной, все еще обнаженный.

– Слушай, – осторожно сказал он, – я не очень люблю спорить, особенно с утра пораньше. Если тебя что-то не устраивает, почему не сказать прямо?

Алекс заколебалась. Она вообще не любила спорить. Что с ней такое? Она взяла трубку, а секретарша Тревиса была смущена, услышав ее голос. Вроде бы пустяк. В конце концов, приятно знать, что женщины, временами появляющиеся в его жизни, либо не слишком часто проводят у него ночи, либо не чувствуют себя достаточно свободно, чтобы отвечать на телефонные звонки. Вот только она все равно останется одной из бесконечной череды этих безликих женщин. Возможно, она протянула несколько дольше. Возможно, он даже будет слегка огорчен, когда их связь оборвется.

Она шла на это, зная о последствиях, зная, что Тревис не собирается сделать ее частью своей жизни. Он никогда не представлял ее своей семье или людям, с которыми работает. Даже его секретарша не знает о ее существовании.

– Принцесса?

Алекс взглянула в зеркало, улыбнулась своему отражению.

– Извини. Я… я просто… Немного голова болит, только и всего.

Тревис улыбнулся, обнял ее, привлек к себе.

– И у меня, – тихо сказал он. – Зато я знаю прекрасное средство.

– Нет, – ее отказ прозвучал резко, она перевела дыхание и попробовала снова. – Нет, Тревис, правда, все, что мне надо, – это пара таблеток аспирина. – Их глаза в зеркале встретились. – Ладно?

Он не спешил отрывать от нее взгляд, потом пожал плечами и опустил руки.

– Конечно. В любом случае мне надо идти. Эмма сказала, что меня ждут клиенты, – он снова двинулся в сторону ванной, помедлил в двери. – Алекс? Ты не против встретиться в городе и пообедать?

Она кивнула. Они делали так раньше. Она приезжала, оставляла недавно купленный красный автомобильчик в гараже у его конторы и ждала его в холле.

– Во сколько мне приехать?

– Может, около пяти? – он снова кашлянул. – Заходи прямо в контору. Я тебя представлю.

Ее сердце подскочило.

– Ладно, – согласилась она.

Тревис кивнул.

– Ладно, – повторил он, убеждая себя, что все действительно в порядке.

Она оделась так тщательно, как будто должна была присутствовать на собрании правления одной из корпораций, оставленных ей отцом, и приехала так рано, что пришлось покататься вокруг квартала, чтобы убить время.

Входя в лифт и идя по коридору офиса Тревиса, она все время ощущала неистовое биение сердца. Его секретарша Эмма приветствовала ее улыбкой.

– Вы, должно быть, мисс Торп, – она приподнялась и протянула ей руку. – Мистер Бэрон делает срочные звонки. Присаживайтесь.

– Благодарю, – вежливо ответила Алекс.

Она села, взяла журнал и сделала вид, что углубилась в чтение. Оторвавшись на минутку, перехватила любопытный взгляд секретарши. Та покраснела, улыбнулась и стала перекладывать бумаги на столе. В голове у Алекс завертелись вопросы. Узнала ли Эмма ее по голосу? Она знает, как ее зовут, но что это значит? Что говорил Тревис? Что зайдет Александра Торп? Или что? Что он мог сказать? Что они живут вместе? Как можно назвать подобное? Как называют женщину, живущую с мужчиной? «Подружка» звучит довольно глупо, «пассия» – вульгарно, «любовница» – слишком откровенно. «Сожительница»? Чушь. Сожительницу содержат. Тревис ничего такого для нее не делает, да она бы и не позволила: у нее есть собственные деньги. «Сожительница» – старомодное, дурацкое слово.

– Принцесса!..

Алекс вскочила на ноги. Тревис стоял на пороге своего кабинета. Его очевидная радость при виде ее и то, как он произнес ее прозвище, сняли с нее напряжение.

Она улыбнулась и подошла к нему, ругая себя за дурацкие мысли.

– Тревис, – мягко проговорила она.

Улыбаясь, он взял ее руки.

– Извини, Бэрон. Не знал, что ты не один.

Алекс обернулась. Из проема входной двери на нее пялился незнакомый мужчина.

– Пит, – Тревис поморщился. – Пит, я думал, что на этой неделе тебя не будет в офисе.