Дама червей
Шрифт:
— Рина! — Кил немного приподнялся и погладил ее по подбородку. — Ведь тогда не было таких лекарств, как сейчас. Мэри больна, это правда. Тяжело больна. Но у нее есть все шансы выкарабкаться. Честное слово, есть.
— Все шансы, — горько повторила Рина. — А если она умрет, на то, стало быть, воля Божья. Как и сама чума — Божья воля.
От этих слов Килу сделалось настолько не по себе, что он выпустил ее и повернулся на другой бок, якобы чтобы стянуть с себя пиджак.
— Мэри останется жить, — твердо сказал он и, вспомнив
— Что это?
— Антиблошиный шампунь.
— Кил…
— Я серьезно. Первой пойдешь в душ или после меня? А еще лучше — подумай об экологии. Не надо тратить лишнюю воду — прими душ с другом.
— Не понимаю, как можно ерничать в такой момент?
— А кто, интересно, играл в компьютерные игры?
Рина встала с кровати и томно потянулась.
— Ладно, иду в душ.
— Отлично. А я постерегу дверь, а то вдруг снова дератизаторы явятся.
— Спасибо.
Рина вошла в ванную и закрыла дверь. Не спеша стягивая с себя одежду, она попыталась разобрать надпись на тюбике, но ничего, кроме слов «Собственность правительства Соединенных Штатов», не поняла. Все остальное — какие-то химические формулы. От одного их вида кожа зачесалась, словно от блошиного укуса.
Да прекрати же! — прикрикнула она на себя, поворачивая кран. Ванная немедленно наполнилась паром.
Сжимая тюбик в ладони, Рина подставила голову под обжигающе горячую воду. До чего же воображение разыгралось! Прямо вся голова чешется.
Да нет же, нет на мне никаких блох, повторяла она, разрывая зубами фольгу и, морщась от отвращения, откинула голову и выдавила из тюбика какую-то белую пасту. Нельзя сказать, чтобы у нее был неприятный запах, да и лекарством особенно не отдавало, хотя Рина не поскупилась: на голове сразу поднялась пенная шапка.
И тут вдруг пальцы у нее так и застыли. Нет у нее никаких блох. И у Мэри тоже не было. Тут что-то другое, на яхте что-то не так. Рина просто кожей ощущала это. Что именно не так, непонятно, но что-то очень скверное. Вот если бы докопаться!
— Эй!
Дверь в ванную распахнулась.
— Кил, я же просила…
— Я уже минут десять стучу, даже беспокоиться начал.
— Я… просто не слышала. Что случилось? — Их разделяла прозрачная шторка. Ей был виден его профиль, она ощущала его присутствие. Теперь, стоит ему приблизиться, всегда так будет.
— Что это, — усмехнулся Кил. — Уж не слышу ли я нотки праведного гнева? Между тем ведь это именно вы, мадам, если не ошибаюсь, первой нарушили тишину и невинный покой ванной комнаты. Но вообще-то можете не волноваться — вашей чести ничто не грозит. Напротив, я пришел защитить ее. Вы забыли взять во что переодеться. Вот я и принес рубашку — так по крайней мере хоть колени прикроете.
— Спасибо, — буркнула Рина и, почувствовав, что он собрался уходить, к собственному удивлению,
— Да?
— Знаешь, мне в этих дератизаторах почудилось что-то странное.
— То есть как это? — У Кила учащенно забилось сердце.
— Нет-нет, я не так выразилась. Точнее будет сказать, что, наоборот, один из них обратил мое внимание на некую странность. Сначала он осмотрел всю каюту и опрыскал какой-то жидкостью. По его словам, это одно из последних, еще не обработанных помещений. Они начали снизу и постепенно поднимались наверх.
— Дальше.
— Что?
— Я говорю, продолжай.
На какой-то момент Рина даже забыла, что стоит под душем. Неудобно разговаривать, не видя его лица, да и слышно было плохо из-за шума воды. Рина отдернула шторку.
— Он сказал, что прежде ни с чем подобным не сталкивался. Крысы есть почти на всех судах, особенно на старых, вроде нашего. А тут не нашлось ни одной, даже в трюме.
— Действительно странно. — У Кила неприятно заныло в животе. Доналд сказал ему то же самое, но от Рины он это скрыл — не хотелось, чтобы его тревога передалась ей. Так что Кил всего лишь пожал плечами: — Может, наши крысы попадали за борт. Или сбились где-нибудь в кучу да попискивают себе потихоньку.
— Возможно.
Кил вдруг улыбнулся. Рина всячески старалась прикрыться шторкой, но ее катастрофически не хватало — ноги были полностью открыты. А о голове уж и говорить не приходится. Она все еще была в пене, отчего глаза сделались еще больше, чем обычно, и появился в них какой-то соблазнительный блеск. Очень соблазнительный. Правда, одна прядь волос сбилась на сторону, и шампунь на нее не попал.
Кил указал ей на это.
— Где?
— Сейчас помогу.
— Нет!
Пытаясь привести в порядок волосы, Рина выпустила шторку.
Кил расхохотался:
— Не валяй дурака. Уверяю тебя, у меня была полная возможность весьма тщательно обследовать все твои прелести.
— Очень смешно.
Кил пожал плечами, снова ухмыльнулся и принялся расстегивать манжеты.
Рина рывком задернула шторку.
— Может, хватит этих игр?
— Не бойся, ничего я тебе не сделаю, — заверил ее Кил.
Да? А зачем в таком случае снимать рубашку? Странно, но даже за шумом воды Рина услышала, как та шлепнулась на пол.
— Кил…
— Но, — продолжал он, словно не слыша, — присоединиться к тебе я намерен. Это ведь не простой шампунь — специальный. И если не пользоваться им как положено, толка не будет.
Теперь Кил стоял прямо у нее за спиной, и хотя Рина упорно отворачивалась, ощущение близости было таким сильным, таким нестерпимо-жгучим, что она готова была сквозь землю провалиться.
— Спасибо, что пустили меня в душ первую, конгрессмен, — сказала она сухо, хотя не так сухо, как хотелось бы. Появилась в голосе какая-то подозрительная хрипота, которая ей очень не понравилась.