Далекий берег
Шрифт:
Ее проводили, словно королеву, к тому месту, где стоял мужчина, как две капли воды похожий на Мильтона, только несколько моложе. Он был в фетровой шляпе и пальто, застегнутом на все пуговицы.
– Мы сделали все необходимые приготовления к вашему прибытию. – Он неприязненно скривил губы. – Возможно, вы нуждаетесь в медицинской помощи?
– Я не нуждаюсь, – ответила Кристина. Он не понравился ей с первого взгляда.
– Я… гм… был младшим братом Мильтона.
– Боюсь, что я не знаю вашего имени. Мильтон никогда не рассказывал о своей семье.
Тонкие губы мужчины вытянулись еще сильнее.
– Это
Кристина едва сдержала улыбку. Слово «затворник» мало подходило или не подходило вообще к Мильтону, из которого энергия била ключом.
– Его женитьба оказалась для нас полнейшим сюрпризом. Он, мягко говоря, был далеко не молодым человеком. И это не очень продуманный шаг с его стороны.
Не были произнесены приличествующие обстоятельствам слова «добро пожаловать», не была выражена скорбь по случаю гибели брата. Явное недружелюбие младшего Барнарда нисколько не удивило Кристину. А его полное безразличие к смерти Мильтона решило дело. Мильтон не хотел, чтобы Сирил получил хотя бы один пенс из его денег, и Кристина сейчас нисколько его за это не осуждала.
– Я не сомневаюсь, что вы вернетесь в свою страну при первой же возможности, – холодно сказал Сирил, когда шофер укрыл пледами им ноги и автомобиль вместе с невостребованными доктором и медицинской сестрой понесся по умытым дождем улицам.
– Нет. Я намерена остаться в Нью-Йорке.
Суставы пальцев Сирила Барнарда побелели, когда он с силой сжал пушистый плед. Он ожидал увидеть молодую девушку, перепуганную и неуверенную в себе, с трудом разговаривающую по-английски. Вместо этого он столкнулся со спокойной уверенностью, которая угрожала опрокинуть все его планы. Он уже подготовил все документы, нисколько не сомневаясь в том, что ему удастся без труда уговорить молодую невестку подписать их и она тут же уедет к себе на родину. В самом деле, к чему ей ломать голову, разбираясь во всяких акциях, облигациях и прочих ценных бумагах? Все деньги были вложены в дело, наличных совсем немного. Он оказал бы ей большую услугу и дал несколько тысяч наличными. Однако заготовленные им фразы, видимо, не сработают.
– Мой брат был не столь богат, как вы, возможно, реши-. ли мисс… миссис… – запнулся Сирил Барнард. Как ему называть ее?
– Графиня, – мило подсказала Кристина. – Мильтон очень гордился моим титулом. Он хотел, чтобы я носила этот титул и после того, как стала его женой.
– Это демократическая страна, мисс… миссис… – проговорил заикаясь Сирил.
– Если мой титул смущает вас, Сирил, можете называть меня миссис Барнард.
Сирил поперхнулся, однако все-таки продолжил свою мысль:
– Мильтон наверняка сказал вам, что он миллионер. Но это лишь на бумаге. Тем не менее я не вижу причин, почему бы мне при сложившихся обстоятельствах не нажать на все педали и не раздобыть наличные деньги персонально для вас. У меня готовы все документы в Гринвуде.
Кристина, справедливо предположив, что Гринвуд – семейная резиденция Барнардов, невозмутимо сказала:
– Не сомневаюсь в этом, Сирил. Я попрошу моих бухгалтеров в самое ближайшее
Сирил вдруг увидел, что миллионы Мильтона безвозвратно уплывают от него, и нервно заерзал. Оставшаяся часть пути прошла в полном молчании. Кристина ощущала поддержку Мильтона и знала, что он испытывает удовлетворение от ее противостояния его младшему брату. А Сирил в этот момент искренне сожалел, что его молодая невестка не утонула вместе с сотнями других пассажиров «Титаника».
Слуги в Гринвуде были не столь жестокосердны, как Сирил. В глазах их стояли слезы, и их отношение от души тронуло Кристину. Желая немедленно связаться с Тео, она спросила у экономки, есть ли у мистера Барнарда секретарь. Лицо у нее вытянулось, когда экономка сказала, что секретарь был, но мистер Барнард-младший уволил его не далее как вчера. Кристина не сомневалась в причине: наверняка секретарь воспротивился планам Сирила заставить ее подписать бумаги.
– Младший брат Мильтона постоянно живет здесь? – спросила Кристина экономку, после того как приняла ванну и была препровождена миловидной горничной в роскошную спальню.
– Нет. Он живет в Бостоне. Мы очень редко его видим.
Горничная стала расчесывать длинные волосы Кристины.
– Я так понимаю, что мой покойный муж не слишком ладил с братом?
Экономка была явно огорошена вопросом Кристины, однако через несколько секунд пришла в себя и хмыкнула. Ей с первого взгляда понравилась новая хозяйка, и если хозяйке нужно знать правду, то она, Эллен Роберте, будет счастлива ей все рассказать.
– Они ненавидели друг друга.
Горничная потупила взор и продолжала старательно расчесывать непокорные волосы. Никто здесь до этой минуты не был столь откровенен с Кристиной. Жизнь в Гринвуде обещала быть очень интересной.
– У вас есть адрес секретаря моего покойного мужа? – спросила Кристина.
Экономка торжествующе извлекла клочок бумаги из кармана. Кристина взяла его и улыбнулась:
– Спасибо. Мне больше ничего не требуется. Попрошу лишь разбудить меня пораньше. В восьмом часу. И моего деверя также. Я не сомневаюсь, что ему нужно будет как можно раньше отправиться в Бостон по своим делам.
– Что бы вы хотели на завтрак, мадам? Мистер Барнард очень любил почки с пряностями.
Кристина невольно содрогнулась.
– Яйцо всмятку, тост, стакан шампанского и апельсиновый сок.
Горничная сделала книксен, а экономка широко улыбнулась. Шампанское, апельсиновый сок, а главное, приказание разбудить этого напыщенного Сирила Барнарда так рано – похоже, новая госпожа заставит с собой считаться. Она раскусила своего деверя и знает, как с ним держаться.
В девять часов утра Кристина приняла у себя адвоката Мильтона, его советника по финансовым делам и секретаря. Адвокат подтвердил, что все состояние Мильтона полностью переходит к ней. Других наследников нет. Советник по финансовым делам согласился остаться в Гринвуде и консультировать ее по всем деловым вопросам. Восстановленный в правах секретарь связался с Теобальдом Голденбергом и договорился о том, что тот примет миссис Мильтон Барнард, которая находилась на «Титанике» вместе с Кристиной де Вилье.