Да здравствует король!
Шрифт:
— Это граф Феллервил из Кастеллануса. Я когда-то устроилась к нему горничной и... ну, обчистила его перед тем, как сбежать. — В её глазах блеснуло веселье.
Фауст тихо хмыкнул, наклонившись ближе:
— Похоже, твои приключения тянутся за тобой, как шлейф. Думаю, нам лучше не испытывать удачу и покинуть это место, пока ещё кто-нибудь тебя не узнал.
Лина кивнула, и они, закончив завтрак, поспешно отправились собираться в путь. Лёгкий снегопад усилился, добавляя к зимнему пейзажу ещё больше белого блеска, словно природа прятала их следы под пушистым покрывалом.
По пути Фауст, всё ещё глядя на исчезающий вдали силуэт "Старого Тополя", задумчиво заговорил:
— Знаешь, Лина, похоже, мои подданные не особо скучают по старому королю. А этот "королевский банк" — какая-то полезная инновация, если верить этим разговорчикам. Я всегда считал Эдмунда посредственным претендентом на трон, а он, кажется, что-то полезное делает.
Лина бросила на него быстрый взгляд, поправляя шерстяной капюшон, чтобы снег не забивался под воротник:
— Пусть строит свои банки и мануфактуры, — сказала она решительно. — Это всё равно в конечном итоге будет твоим. А твой трон, рано или поздно, вернётся к тебе, когда мы с тобой справимся с этими недоумками.
Фауст кивнул, но чувствовал внутреннюю тревогу. Он проклинал себя за то, что так легко поддался убеждению Яраша, позволив себя втянуть в этот план, привыкнув снова играть роль ученика. Теперь его разум неотступно грызли сомнения: "Что если воскресить Марвика Бездушного будет ошибкой?"
Он бросил взгляд на снежный пейзаж вокруг, видя, как снег накрывает поля и редкие леса словно покровом тишины. Было слишком поздно отступать, но эта мысль не давала ему покоя.
— Скажи, Лина, — неожиданно спросил он, прерывая молчание, — тебе не кажется, что этот план... слишком рискованный? Какова вообще польза от этого Марвика? Почему Яраш так уверен, что он будет нам полезен?
Лина пожала плечами и покачала головой:
— Может, потому что Яраш, как и все маги, видит лишь возможности, а не последствия? — Она взглянула на него серьёзно. — Но у нас нет другого выбора. Ты сам дал обещание, и отказаться сейчас... — Она не закончила, но Фауст понимал её намёк.
— Я знаю, — вздохнул он. — Честно говоря, мне не хочется убивать рыцарей и невиновных людей. Марвик... он ведь может быть таким же врагом, как и союзником. А нашему плану нужен союзник, а не очередной безумец с жаждой мести.
Лина усмехнулась, поигрывая поводьями своей лошади:
— Мы уже перешли точку невозврата, мой король. Главное — не показывать сомнений. Как только мы вернём череп, всё станет проще. — Она посмотрела на него, и в её глазах читалась непоколебимая уверенность. — Мы справимся. Ты всегда находил выход из сложных ситуаций.
Фауст кивнул, но сомнения всё ещё оставалось где-то глубоко внутри. Вскоре они достигли очередного поворота, который увел их подальше от людских глаз и суеты королевства, в ещё более заснеженные и опасные земли.
Глава 10. Возвращение верного вассала
Глава 10. Возвращение верного вассала
Снег наконец прекратился, и мягкие лучи зимнего солнца едва
Но их внимание внезапно отвлекли два оборванных путника, выскочивших на дорогу с перекошенными от ужаса лицами. Испуганные и изможденные, они махали руками и кричали:
— Нежить! Нежить! Помогите, ради бога!
Фауст натянул поводья, остановив лошадь, и обернулся к ним:
— Что случилось? Где вы видели нежить?
Но те лишь продолжали выкрикивать бессвязные фразы, отчаянно тыча пальцами в сторону леса. Лина с тревогой нахмурилась и подала знак, чтобы они поехали проверили, что там такое. Свернув с дороги, они направились в указанное направление, держась настороже.
Среди заснеженных деревьев вырисовывалась одинокая фигура. Она приближалась к ним, шатаясь, но двигалась уверенно, не как обычная нежить. Фауст замедлил лошадь, вглядываясь в приближающегося незнакомца. Он ощущал исходящий от него аспект смерти — это было что-то уникальное, не похоже на привычных зомби или упырей.
— Взгляни, — тихо сказал он Лине, показывая на мужчину. — Это не простой мертвец. В нем что-то особенное.
Лина прищурилась, присматриваясь. Незнакомец, наконец, подошёл ближе, обнажая лицо: почти полностью лысый, с густыми усами, лицо его было измождено, но в глазах горела странная ярость. Кольчуга на нем была прорвана в нескольких местах, особенно выделялся большой кровавый след, темный и почерневший, будто останки древнего ранения. Грязь покрывала его одежду и лицо, но в его движениях чувствовалась непоколебимая решимость.
— Мой король! — внезапно закричал он, рухнув на колени перед Фаустом, обнажив голову. — Наконец-то я нашел вас!
Фауст замер, узнавая этот голос, и медленно спешился, его сердце застучало быстрее.
— Игорь? — прошептал он, чувствуя, как в груди поднимается волна давно забытой боли и воспоминаний.
Перед ним действительно стоял Игорь Черровис, младший брат Эдмунда. Когда-то он был одним из немногих дворян, кто сохранил верность Фаусту до последнего. Он открыл ворота родового замка армии лоялистов, когда Фауст вел сопротивление, и отказался подчиниться брату. Его предательство в глазах Эдмунда стоило Игорю жизни.
— Что с тобой случилось, Игорь? — спросил Фауст, стараясь сдержать охватившую его тревогу. — Как ты оказался здесь?
Игорь поднял голову, в его глазах блестели слезы.
— Я... помню только, как мой брат сразил меня. — Он провел рукой по почерневшему следу на кольчуге. — Я видел, как наши стены падали, как его войска ломились внутрь. Я встал на его пути, и он проломил мне грудь копьем. — Игорь вдруг замолк, его голос задрожал. — А потом... тьма. Я очнулся под землей, в полной тишине, и меня переполнила одна мысль — выживи, найди его, помоги своему королю. Я... я должен был служить вам, мой король. Я не знаю, почему, но что-то вело меня, поднимало из мрака.