Да, мой лорд
Шрифт:
– Почту за честь, ваша светлость. Скажите, ваш друг специализируется на беременных?
Вопрос удивил Люциуса.
– Насколько я знаю - нет. А почему вы так решили?
– Эти зелья очень специфичны и применяются только в случае беременности, а он постоянно готовит их в двойном экземпляре, вот я и подумал, что, может быть он наблюдает кого-то еще.
– Может быть, - задумчиво протянул Люциус, - может быть…
Наконец, похоже, зелье Лорда удалось, и Северусу дали несколько дней отдыха, но он продолжал регулярно исчезать, беспокоя Люциуса.
В начале девятого месяца Нарси была слаба, но не беспомощна.
– Не может быть! Ваша светлость, я так рад! Как чувствует себя будущая мама?
Люциус проводил целителя к супруге, и медик остался доволен состоянием Нарциссы и ребенка. Было решено не ждать естественных родов, и целитель назначил срок операции. За две следующие недели Люциус похудел и извелся от беспокойства, и от того, что приходилось притворяться уверенным и сильным, ему было только страшнее. Снейп же, напротив, вдруг стал общительным и едким, и с удовольствием обменивался с Нарциссой колкостями и упреками, вызывая возмущение целителя Блейза и благодарные взгляды леди. Нарси казалась спокойней их обоих, но однажды ночью Люциус слышал, как она плачет, тихонько, чтобы не быть никем услышаной. С этого дня Люциус вернулся в спальню жены и проводил там каждую ночь, обнимая, успокаивая, обещая, что все будет хорошо. В первый же день он ожидал скандала и был готов просить и извиняться, но Снейп промолчал тогда. Молчал он и дальше. Жизнь в Малфой-Меноре словно затаилась, это мучило, и Люциус был почти счастлив, когда остался один день до родов. Накануне Снейп пропал надолго, и Люциус уже почти смирился с тем, что он может не вернуться. Появился Северус ближе к ночи, как раз, когда Малфои собрались идти спать. Порывшись в кармане, он протянул Нарциссе флакончик золотистого зелья.
– Удачи, наша прекрасная леди. Выпейте утром.
Нарцисса задумчиво смотрела на пузырек. Феликс Фелицис напоминал юность, лето, медовый месяц…
– Спасибо, Северус. Удача нам пригодится. Спокойной ночи.
Она вышла, оставив их вдвоем.
– Северус…
Они ведь так и не поговорили с тех пор, как Люциус сменил спальни: Снейп не избегал его, он просто стал ночевать у себя.
– Иди спать, Люци, завтра будет тяжелый день.
Внезапно шагнув вперед, Снейп притянул Малфоя к себе и поцеловал жадным, долгим поцелуем. От неожиданности Люциус даже не сразу ответил, но потом вцепился в мантию Северуса, притягивая его как можно ближе.
– Северус!
– руки отказывались разжиматься, и Люциусу пришлось заставить себя отпустить любовника (а любовника ли, или уже нет?).
– Не исчезай, хорошо? Пообещай мне.
– Хорошо, Люци, обещаю, что дам тебе возможность прогнать меня самому.
Снейп грустно улыбнулся и вышел, не слушая возражений Люциуса. Лорд сделал шаг ему вслед, оглянулся на дверь за которой скрылась Нарцисса, постоял, закрыв глаза, и глубоко вздохнул…
Лорд Малфой отправился в свою супружескую спальню, на лице его играла спокойная улыбка, а во рту стоял противный привкус крови, сочащейся из прикушенной изнутри губы.
Нарцисса отказалась ехать в Мунго, и это не показалось никому необычным: женщины древних родов предпочитали рожать под защитой фамильных стен. Утром Люциус поцеловал совершенно спокойную на вид супругу, почувствовав, что она вся дрожит, и подал
– Воля ваша, коллеги, но это вряд ли возможно: при подобной реакции на зелья пациентка умрет от аллергии, если даже переживет заклятия, на что при такой слабости надеяться бессмысленно.
Заткнули его одновременно: Снейп и Блейз синхронно оглянулись на сидящего в кресле Люциуса и хором приказали:
– Замолчите!
Заметив лорда, целитель смутился и замолк, а профессор встревоженно предложил:
– Может быть, Блейзу лучше остаться с его светлостью? Что-то он очень бледен…
– Его светлость бледен от рождения.
– заявил Снейп.
– Не стоит так беспокоиться. К тому же, вам понадобится каждая палочка, а с его светлостью побуду я. Думаю, мистер Блейз прекрасно разберется в тех зельях, которые я вам предоставил. Номер четыре - от аллергии, Блейз.
Целитель кивнул:
– Я помню, не беспокойтесь.
– Идемте, господа.
Медики удалились, оставив Люциуса на попечение Снейпа. Тот сел в кресло, мрачно глядя на кружащего по гостиной лорда.
– Люци, все будет хорошо.
Малфой не ответил, не в силах остановиться и успокоиться, он все крепче сжимал трость, не чувствуя боли. Внезапно Люциус наткнулся на что-то мягкое и обнаружил, что Снейп стоит рядом, держа его за плечи. Трость вынули из руки лорда и заклинание исцелило изодранную зубами змеи ладонь.
– Люци, я все понимаю, но если ты не успокоишься, я обездвижу тебя, пока ты ничего себе не сломал. Нарцисса ведь выпила Феликс?
Люциус кивнул.
– Значит все сложится удачно. Подумай лучше, как ты назовешь своего сына.
Снейп усадил Малфоя в кресло, не отпуская руки и продолжая говорить.
– Драко!
– заявил лорд.
– Почему Драко?
– изумился Снейп.
– Всегда любил драконов. А необычные имена в нашем роду - традиция.
– Бедный мальчик!
– притворно вздохнул Северус, - как он будет учиться в школе?
– Ну, я же учился.
– Ты всегда был сиятельным и вполне соответствовал своему имени… Ты сумеешь воспитать из него дракона?
– Уж ты-то точно сумеешь!
Снейп вглянул на него удивленно и замолчал, почти обнимая Люциуса. Оба думали о том, что происходит сейчас в спальне. Оба желали сил Нарциссе и ребенку. Оба не знали, что будет дальше.
* * *
Бледный и всклокоченный Блейз протиснулся в гостиную и сообщил:
– Ваша светлость - сын. Прекрасный здоровый мальчик.
– Нарцисса?
– спросил Снейп.
– С леди все хорошо.
Люциус все никак не мог уместить в голове: сын? У него - сын?
– Люци, иди к ним.
– мягко подтолкнул его Снейп.
Малфой послушно поднялся и вышел вслед за Блейзом, продолжая пробовать на вкус: сын… сын… сын?
В спальне взгляд его упал на кровать, где в подушках лежала бледная Нарцисса: вокруг закрытых глаз и рта - синеватые тени, испарина, страдальчески сведенные брови.