Да, мой лорд
Шрифт:
– Благодарю за честь, мой лорд, уверяю - я оценил.
– Неужели, мой хороший?
– усмехнулся лорд.
– Желаете проверить?
– Если несложно.
– Не сложнее ваших заклинаний, я полагаю.
Люциус и не думал отказываться: восхищение и лесть по-прежнему действовали на сиятельного лорда воодушевляюще.
25 глава
На людях они поддерживали ровные, чуть неприязненные отношения, и на вопросы Лорда Люциус честно отвечал, что его подопечный дерзок, неуважителен и удручающе плохо воспитан. Волдеморт в ответ на жалобы Люциуса только смеялся. Впрочем, общение с лордом явно шло Снейпу на пользу: он перестал сутулиться
Однажды вызов застал его прямо в постели. Люциус ничего не понял, и только, отодвинувшись от любовника, заметил, что тот бледен и кусает губы. Сначала он решил, что сделал что-то не так, но когда Снейп начал лихорадочно собираться, едва двигая рукой, догадался и от испуга разозлился:
– Почему ты молчал?
– Зачем портить удовольствие нам обоим?
– пожал плечами Северус и, кивнув на прощание, сжал в ладони портключ.
Люциус, придя в себя, подскочил на кровати. Если Волдеморт захочет Северуса сейчас, он сразу поймет, что тот был с кем-то еще: слишком мало времени, все будет очевидно… Кинувшись к камину, он вызвал Беллу и потребовал:
– Белл, мне необходимо попасть к вам!
Белла помолчала.
– Люци, Лорд не вызывал тебя. Не думаю, что он обрадуется, если ты явишься: он занят с твоим любезным какими-то секретами. Они закрылись в кабинете…
Этого Люциус уже не мог вынести:
– Белл, мне нужно увидеться с тобой, срочно!
– Вот в чем дело… - Белла задумалась и твердо ответила:
– Нет. Люци, сиди дома и не вздумай появляться здесь. Ты только испортишь все и твоему красавцу попадет вместе с тобой.
– Белл, Лорда надо отвлечь!
– Чем? Снова начнешь раздеваться? Приди в себя! Когда я уходила, они мирно обсуждали зелья. Люци, ты знал, на что идешь, так к чему такие драмы сейчас? Твой любимчик не возражает, тебе он, насколько я поняла, тоже не отказывает - просто корми его получше и давай высыпаться. В общем, на сегодня я закрываю от тебя камины и аппарацию. Удели пока внимание жене. Прощай, братик!
Грязно выругавшись, лорд Малфой, швырнул в камин попавшую под руку вазу, и, вместо того, чтобы последовать совету свояченицы, просто напился.
Поздно ночью, почувствовав, что его раздевают и укладывают в кровать, Люциус открыл глаза и всмотрелся: Северус выглядел усталым и бледным, но никаких признаков недовольства Лорда не наблюдалось. Счастливо вздохнув, Малфой свалился в подушки и заснул тяжелым похмельным сном.
Жизнь продолжалась. Белла злилась, в глаза называя зельевара: «Мистер Снейп - наша новая знаменитость», Крауч-старший не смог стать министром, проиграв на выборах Корнелиусу Фаджу,
Люциус помнил о своем обещании не лезть в жизнь любовника, но все чаще, любуясь, как изгибается и стонет под ним Северус, он ловил себя на мысли: а с Лордом он так же открыт и готов на все? Так же жадно подставляет свое тело под поцелуи? Так же нетерпеливо стонет в предчувствии финала? Так же благодарно обнимает, целуя и перебирая волосы, пока не прекратится дрожь и руки бессильно не упадут? Засыпают ли они рядом? Или Снейп так же спокойно встает, приводит себя в порядок, надевает равнодушную маску и отправляется к нему? Вопросы сводили с ума, и Люциус, не замечая, стал вести себя жестко, даже жестоко, не в силах простить любовнику своего беспокойства. Первый раз Снейп стерпел, но когда Малфой в следующий раз ворвался в него грубо, почти без подготовки, он резко открыл глаза, и, чуть задыхаясь от боли, внимательно посмотрел на лорда. Люциус с ужасом понял, что ему невыносимо хочется ударить, заставить отвернуться, чтобы Снейп не смотрел на него так открыто и понимающе.
– Что же вы остановились, мой лорд? Продолжайте.
Люциус отодвинулся и сел в ногах Снейпа, закрыв лицо руками.
– Прости.
– Могу я узнать, за что меня наказывали?
– поинтересовался Северус, продолжая лежать неподвижно.
– Может быть, мне удастся вымолить прощение? Или мои грехи слишком велики?
– Северус, пожалуйста, перестань…
Люциус ненавидел себя в эту минуту больше, чем Лорда, которому он своими руками уступил сейчас того, кем надеялся владеть безраздельно. И эту ставку вы тоже проиграли, сиятельный лорд. А сколько было надежд и планов!
– Что именно я должен перестать, чтобы ваша светлость перестала беситься? Или вы думаете, я не вижу, что вы меня убить готовы?
– Конечно, ты ни в чем не виноват… Я переоценил себя, а признание собственных ошибок мне всегда тяжело давалось.
– Настолько тяжело, что проще сорваться на мне? Вы ошиблись, ваша светлость: я ваш мальчик для постели, а не мальчик для битья. Прикажете - я мигом уберусь из вашей жизни, желаете - можете даже потренировать Круцио, но вот мстить мне за собственные ошибки таким образом не надо, на это я могу и обидеться.
Северус сел и потянулся за своей мантией, а Люциус все еще не мог заставить себя заговорить.
– Северус, - произнес он наконец, дотрагиваясь до напряженной спины, - прости меня. Я, кажется, схожу с ума.
– А мне кажется - наоборот: все становится на свои места. Вы, наконец пришли в себя и действуете, как истинный лорд. Недаром вы столько лет с ним вместе.
В первый раз, нарушая негласную традицию, они заговорили о Волдеморте в постели. «Уже нет. После постели.»
– Наверное я больше похож на него, чем мне казалось, - согласился Малфой, - но дело не в этом. Пожалуйста, не уходи так…
– Как? Оставив вас неудовлетворенным? Я, кажется, предлагал вам не останавливаться. Впрочем, если хотите - я готов.
Снейп отбросил мантию обратно на стул и лег на спину, приглашающе раздвинув ноги:
– Прошу. Или мне повернуться?
Он был совершенно не возбужден и очень обижен. Люциус погладил острое колено, подвинувшись ближе, взял горячую руку в ладони и склонился, целуя напряженную кисть.