Да или нет?

Уинтерз Ребекка

– Это не имеет значения.

Монах открыл дверцу машины и почти вынудил ее сесть. Когда она устроилась, он захлопнул дверцу и сказал:

– Я выполнял указания отца Амброзия. Просто представьте, что это он давал вам интервью. Бог простит эту ложь.

Фрэн уехала не обернувшись, ее лицо пылало. Но когда она заворачивала за угол, то не смогла удержаться и не взглянуть в зеркало. Но монах уже ушел.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Тетя

Мод! Каким был мой отец?

– Откуда я знаю? Твоя мать встречалась с разными мужчинами. Все, что я могу сказать, – его не было рядом с ней, когда ты родился.

– Она умерла из-за меня?

– Нет. Перестань спрашивать и заканчивай мыть тарелки. Пора спать, я очень устала. Мы идем на службу завтра.

– Какую службу?

– Церковную.

– Я не люблю церковь. Там страшно.

– Тебе и необязательно любить церковь.

– Почему?

– Потому что любовь и долг – это разные вещи. И долг лучше, потому что он укрепляет характер.

– Какой характер?

– Это когда ты делаешь то, что тебе не хочется делать.

– Но почему нам нужно делать это?

– Почему? Потому что Бог велел делать это.

– Какой Бог?

– Разве ты не знаешь?

– Я знаю, кто такая Мария.

– Кто же?

– Она мама Иисуса. Он был счастливчиком, потому что мог видеть ее все время.

– Кто рассказал тебе это?

– Пьер. Я бы хотел увидеть мою маму.

– Это невозможно – и прекрати этот бесполезный разговор.

Воспоминания заставили Андре резко вздрогнуть. Его кожа блестела от пота. Он посмотрел на часы. Было четыре тридцать утра.

Андре поднялся с кушетки в скудно обставленной комнате, предназначавшейся для гостей монастыря. Налив холодной воды в таз, он ополоснул лицо, потом запустил руки в волосы.

В первый раз в жизни он подумал, что никогда не скучал по отцу, только по матери. Как странно. Но еще страннее и горше было молчание тети Мод. Все эти годы она растила его и не сказала ни слова.

Но после долгих разговоров с отцом он начал понимать, какую боль причинял тете, не оценив ее жертвы по отношению к нему.

Андре не был рад, услышав ее признания. Но теперь горевать слишком поздно. Он не мог пойти к тете и сказать, как ему жаль, что он не понял ее. Говорят ведь люди, что счастье в неведении!

Хотя до ее признания его жизнь не была особенно счастливой, но он жил комфортно. У него не возникало вопросов, нужно ли ему заниматься образованием или продолжать свой авантюристский стиль жизни, который ему так нравился.

Но теперь вдруг он оказался пришвартованным к неизвестному берегу, ничейной земле, лежащей так далеко от родного дома, как если бы это была другая планета.

Если до признания тети Мод

он не знал, кем является на самом деле, то после встречи с отцом он вообще утратил все жизненные ориентиры. Он был полной противоположностью отцу.

Андре вытер лицо полотенцем. Бриться не хотелось. Он сделает это перед встречей с мисс Мэллори в девять. Он прочтет гранки и вызовет такси, чтобы ехать в аэропорт.

Не имеет значения, как братья относятся к нему. Он чужой здесь. Пора уезжать.

Андре решил отправиться в Лос-Анджелес и записаться на грузовой корабль, направлявшийся на Аляску. Там он никогда не бывал. Новые впечатления – это то, что ему нужно. Он снова увидит море.

Поскольку у него не было никаких дел, он решил присоединиться к братьям в саду. Они начинали работу в пять. Три-четыре часа тяжелой работы заставят время пройти быстрее. В том настроении, в котором он находился, книга ему бы не помогла. Лучше заняться физическим трудом. Так он не будет думать.

Во время своих экзотических путешествий Андре встретил много интересных, загадочных женщин. У него завязались романы с некоторыми из них. Но пребывание в монастыре рядом с умирающим отцом было для него самым необычным периодом его жизни.

Кроме тех длинных морских путешествий, когда его окружали только матросы, это было и самым долгим периодом в его жизни, когда он не испытывал ни малейшего интереса к женщинам. А то, что мисс Мэллори не выходила у него из головы, он объяснял тем, что она была связана с его отцом, и еще тем, что она вернется закончить интервью.

Четырьмя часами позже она вошла в лавку с толстой папкой под мышкой. Андре разозлился, обнаружив, что прислушивается к ее шагам. Еще меньше его обрадовал участившийся пульс, когда она вошла в комнату.

Он слишком долго находился вместе с людьми, давшими обет безбрачия.

Она не была самой красивой женщиной, он встречал красивее. Но в ней было что-то, что выделяло ее среди остальных. Даже здесь, в монастырских стенах, она, казалось, излучала радость земного мира.

– Доброе утро!

Ее голос, чуть хрипловатый, проникал в самую душу.

– Здравствуйте, мисс Мэллори. Проходите и покажите мне статью, – он отодвинул несколько банок меда, чтобы освободить место.

Она открыла папку, потом повернулась к нему.

– Как вы видите, это цветная фотография отца Амброзия. Ею начинается статья. Мы получили ее в архивах католической церкви. Снимок сделан около двадцати лет назад. Отец Амброзии был очень красивым мужчиной даже в монашеском облачении. Вы были так добры, оказав помощь в написании статьи. Я вставила оригинал в рамку и преподношу его в дар монастырю. Это мой… это способ журнала отблагодарить вас.