Да будет тень
Шрифт:
Павел осмотрел себя. Точнее, то, что позволяла осмотреть с его положения относительно свободная голова и шея. Ни маски, ни трубок на нём уже не было. На руках отчётливые следы проткнутых вен.
Беглый осмотр помещения никакой ясности в происходящее не внёс. Последнее, что помнил Павел, это свет, удар, боль в колене и темнота. Кстати, боли в колене не было. Это позволило предположить, что с момента последних событий прошло достаточно времени, что бы колено зажило. Помещение полностью металлическое, то есть абсолютно. Пол, стены, потолок всё из металла, никакого намёка на отделочные материалы. Окон нет, свет приглушённый, воздух спёртый.
Между рядами кресел ходят несколько девушек. Все темнокожие. Не смуглые, а прям темнокожие,
Девушки освобождают людей от медицинских систем и масок, ставят какую-то инъекцию в шею. Странные медики с абсолютно безучастными лицами. Не переживаний, не состраданий, только спешка, будто опаздывают куда-то.
Одна из девушек подошла к Лере. Извлекла из вен иглы, сняла маску. Каким-то фонариком ткнула в шею. Почему фонариком? Да потому, что инъектор, серы цилиндр, светился с одной стороны как обыкновенный фонарь. Возможно способ обеззараживания места укола.
В сознание Лера не пришла. Девушка приподняла Лере веко, посветила инъектором в зрачок, а затем надавила ей большим пальцем в носогубную складку. Лера тут же мотнула головой и стала приходить в себя.
С полной отречённостью от реальности, Лера крутила головой по сторонам, стараясь сообразить, что происходит. Наконец остановила свой взгляд, осознав, что смотрит на Павла.
– Пашка, это мы где?
– В душе не чаю.
В этот момент в помещение вошла пара десятков вооружённых парней. Таких же чёрненьких. На многих из них были чёрные костюмы с элементами накладной брони, на некоторых чёрные шлемы с непрозрачным забралом. Парни, что в шлемах, встали по обеим сторонам от входа, сразу взяв оружие наизготовку. Остальные стали отстёгивать очнувшихся и выставлять в две шеренги в коридор, между рядами кресел. Короткие реплики, что временами военные отряжали в адрес поднимающимся, не имели никакого смысла для Павла. По его ощущениям, это была какая-то тарабарщина Равшана с Джумшутом. Но действовали военные быстро и слажено. Грубо, но без лишнего насилия. Да и казалось, что язык тыр-быр-мыр понимают все кроме Павла и Леры.
Вот отстегнули Павла и пихнули в образующийся строй. Через минуту, туда же угодила и Валерия.
– Что за язык?
– Да сама не понимаю, смесь какая-то. Тут и испанские слова, и английские, и что-то арабское проскакивает, и китайское.
– И не одного русского.
Один из военных крикнул что-то в адрес говоривших, положа руку на оружие. Без всякого переводчика было понятно, что разговорчики в строю до добра не доведут.
Ну, вот вроде всех построили. Старший военный осмотрел нелепый строй по головам, сказал что-то резкое и напутствующее, указав оружием направление движения. Строй повернул направо и медленно побрёл в сторону выхода. Повинуясь общему движению, пошли и Лера с Павлом.
Строй повели по длинному металлическому коридору. Всюду сновали чёрные люди. Все в похожей униформе, отличающейся, в основном, только по цвету.
Павел заметил какие-то надписи на стенах над дверными проёмами. Прочесть надписи оказалось невозможно. В основном, тексты состояли из латинских букв, но встречались и элементы арабской вязи и явно буквы кириллицы. Такие как «ф» и «ю». Хотя, может это вообще буквы греческого алфавита.
Процессия дошла до широкого открытого дверного проёма. Трапециевидный проём был явно оборудован сдвижными в стену дверями, так как никаких распахнутых створок не было. Что интересно, более длинное основание трапеции располагалось сверху, сужая проём в нижней части.
За проёмом ещё одно металлическое помещение, узкое и длинное, с рядом сидений вдоль стен.
Военные завели людей, усадили и велели пристегнуться. Глядя, что делают соседи, Павел и Лера проделали то же самое, по-прежнему не понимая, что происходит, и где они оказались.
– Летим? – прошептала Лера.
– Или падаем. – так же, еле слышно, отозвался Павел.
Спустя какое-то время, нутро металлического пространства начало наполняться звуками. Звуки приходили снаружи. Металл щёлкал, потрескивал, иногда поскрипывал. От стен начало раздаваться тепло.
Через пару минут стоны металла стихли и снаружи пришли еле слышные отголоски завывающего ветра. Снова появилась ясность ориентации в пространстве, вверху верх, внизу низ. Ещё минут десять не покидало ощущение полёта, явно направленного вниз, потом помещение выровнялось и резко снизило скорость, будто лифт достиг первого этажа. Пару раз качнулось, обрело твёрдую опору. Дверь с шипением скользнула вверх, в проём проник приятный вечерний свет и свежий воздух.
Солдаты отстегнулись, скомандовали что-то, явно указывая на то, что и пассажиром пора освобождаться от ремней, следовать на выход.
Народ, не дожидаясь отдельных предложений, поспешил выполнять распоряжение.
На улице людей встречали такие же вооружённые негритята. Они громко смеялись, тыкали в людей пальцами, выстраивая их в один ряд.
Уже в строю Павел оглянулся посмотреть на транспорт, доставивший их в новое, непонятное место. Недоумению Павла не было предела. Позади них стояло нечто, напоминающее небольшую подводную лодку, без надстройки, но с Х-образными короткими крыльями чуть позади центра корпуса. На крыльях были подвижные двигатели, возможно реактивные. Под корпусом, по всей его длине, под углом к земле, располагались немалого размера шестигранные пластины, состоящие из мелких шестигранных сот, излучающих синеватое свечение.
– Дожили до светлых времён, как в кино. – подумал Павел.
Строй пленных, Павел был абсолютно уверен, что они находятся в плену, был выстроен на внушительных размерах площади. Точнее говоря, это была огромного размера, вычищенная от мусора и выровненная территория, окружённая по периметру какими-то металлическими зданиями. Этот бредово-футуристический антураж, всем своим видом говорил о том, что здания эти, не что иное, как корпуса огромных космических кораблей.
По факту так оно и было. Четыре корпуса космических гигантов располагались квадратом, формируя собой и мощные стены, и жилые помещения одновременно. Места, где космические корабли примыкали друг к другу, были наглухо заварены толстыми листами металла. В двух кораблях, расположенных на противоположных сторонах периметра, в центральной их части, были организованы внушительного размера арки с воротами. Внутри этого «средневекового замка», на вычищенной территории, располагались посадочные площадки, места парковки какого-то транспорта и пара строений, внешне напоминающих складские ангары.
Перед строем появился очередной темнокожий, очевидно какой-то главнюк. Важно продефилировал вдоль пленных туда и обратно, рассматривая серую массу людей, подошёл к одному из пилотов подводной лодки. Началась оживлённая беседа с громкими репликами и жестикуляцией. Люди явно спорили, пытаясь договориться. Накал страстей то разгорался, то угасал.
Наконец переговоры пилота и главнюка завершились, и последний продемонстрировал своим бойцам жест, подняв руку с выставленным вверх указательным пальцем, описав несколько круговых движений. Переговорщики разошлись, а к строю подлетели какие-то платформы.