Да будет тень
Шрифт:
К вечеру добрались до подъёма в гору. Появилось отдалённое подобие некогда накатанной дороги, где лесной грунт перемешивался с небольшими камнями. Поехали гораздо быстрее и увереннее, хотя несколько раз объезжали деревья, выросшие посреди дороги. Еще через сорок минут появилась искомая площадка.
– Всё, прибыли, – скомандовал Павел. – мальчики налево, девочки направо. Тут и ночевать будем.
Место остановки действительно походило на описания Дим Димыча. Паша пошёл осмотреть место будущего лагеря.
Площадка, метров сто на сто пятьдесят. Ровная, как из под бульдозера. Одной стороной подходила
На нижнем ярусе было небольшое свободное пространство, небольшая опушка, со следами пребывания человека. Подкошенная трава, костровище, обложенное камнем. Два крючка, вкрученные в деревья, очевидно крепление под гамак. За кустами яма с прикопанным мусором.
Чьё-то укромное место отдыха, где не гадили себе под ноги, но и мусор с собой не уносили. Да и приходили сюда, очевидно, пешком.
Напротив средней площадки, условно через дорогу, Павла заинтересовала полоса деревьев, значительно ниже своих собратьев. Будто выросли они гораздо позже. Прошёлся между деревьями и шагов через тридцать наткнулся на шпалу. Корявую такую, полусгнившую, спревшую шпалу, до сих пор пахнущую креозотом.
– Предположительно узкоколейка. – вспомнились слова Дим Димыча.
– Наверху расположимся, у скалы. Там и света больше и красивше.
– Я палатку ставить и ужин готовить, а добытчик за дровами. – по-хозяйски распорядилась Лера, протягивая Павлу топорик.
Палатка простенькая, китайская, без наворотов. Но раскладывалась сама за счёт специального каркаса. Остаётся только закрепить.
Лера очистила место от веток и мелких камней, быстро справилась с установкой палатки, принесла несколько крупных камней от скалы. Павел натаскал сухих ветвей, выкопал небольшое углубление под будущий костёр, обложил камнями. Запалил костерок. Лера уже что-то отмеряла в котелок из расчёта ужина и завтрака.
– А это нам на кой? – Павел продемонстрировал Лере кусок камня с торчащей из него арматурой. – Ещё один след цивилизации. Надо будет пометки на карте сделать, я вон там ещё шпалу видел.
Павел отбросил ненужную находку как можно дальше, в кусты у самой скалы.
Стук камня о камень, потом железа о железо, тишина и звук падения во что-то вязкое, с тихим, едва различимым – Буль.
Ребята вопросительно посмотрели друг на друга.
– Колодец?
– Да ну нафиг, я там камни собирала. Нет там никаких колодцев.
Не говоря больше ни слова, разведчики пошли к подножью скалы. За кустами, в самой гуще ветвей, в скальном углублении обнаружили бетонное кольцо колодца с решёткой вместо крышки.
Павел принёс топор, вырубил кусты под самый корень, освобождая максимум пространства. Осмотрел решётку.
Ржавая арматура, ржавые петли и столь же ржавый навесной замок.
Посветил
– Посмотрим? – Павел посмотрел на Леру.
Та утвердительно кивнула головой.
Подогнал УАЗ поближе к колодцу. Замок поддался паре ударов обухом топора. Петли заскрипели противным пронзительным визгом и с немалым усилием решётка отворилась. Спускаться решили по стропе, закреплённой к бамперу УАЗа, на ржавый металл скоб надёжи нет. Налобный фонарь, ещё один в карман, и вот уже Павел скрылся в колодце. Осторожный, но недолгий спуск и он уже на дне. Под ногами илистая лужа и тот самый каменюка с арматурой. Осмотрелся. Темно. Горловина колодца в нише под скалой, свет практически не доходит, да и вечер уже на улице. А в лесу, как известно, темнеет раньше. В обе стороны тоннель.
– Что там? – раздалось сверху.
– Не знаю, возможно, тоннель вентиляции. Дим Димыча бы сюда. Спускаться будешь? Возьми еще фонарь с собой.
– Сейчас, не ходи без меня.
Спустилась Лера. Павел закрепил включенный налобный фонарь на одну из ходовых скоб, обозначая выход.
– Туда или туда? – указал парень в оба направления. – Если будут развилки, сразу возвращаемся и вообще, далеко не проходим. Дистанция, пока видим свет фонарика.
– Туда.
Шли, светя фонарями по стенам и по полу. Тоннель сухой, тянет сквозняком, никаких коммуникаций, надписей, обозначений. Стены бетонные, шершавые, серые. Пол тоже. Никаких следов в пыли.
Дошли до места, где тоннель увеличивался и представлял собой квадратную, почти кубическую комнату, с продолжением тоннеля в противоположной стене.
Остановились, осветили стены фонарями. Пусто. Глянули друг на друга. Словно хотели одновременно задать один и тот же вопрос о возвращении.
Вдруг помещение залилось вспышкой яркого света, больно ударившего по глазам. Инстинктивно, Павел постарался прикрыть собой Леру, закрываясь от яркого света рукой.
– Какого х…… . – ему не дали договорить.
Мощный удар под колено, Павел рухнул на пол, и свет погас.
Глава 2 «Русский нерусский»
Когда Павел очнулся, то обнаружил себя лежащим не на полу, а на каком-то приспособлении, напоминающим кресло стоматологического кабинета. Такое кресло в помещении было не единственным, и на беглый взгляд их насчитывалось десятка три-четыре. В креслах, подобно Павлу, располагались люди, кто-то в бессознательном состоянии, а кто-то уже пришёл в себя. Павел попробовал встать, но обнаружил, что он, как и остальные, крепко зафиксирован к креслу ремнями. Узкими ремнями крепились ноги в двух местах, запястья, плечо, а двумя широкими живот и грудная клетка. По левую руку от Павла находилась Лера. В таком же кресле, так же зафиксированная ремнями. К её рукам и ногам тянулись прозрачные трубки, крайне похожие на медицинскую капельницу. Правда никаких штативов с флаконами медикаментов поблизости не было, трубки тянулись прямо из кресла. На лице у Леры была кислородная маска, с парой гофрированных прозрачных шлангов, так же уходящих куда-то в конструкцию кресла. Лера была ещё без сознания.