Цветы и воды

Мухлынин Андрей Александрович

Я постучал костяшками пальцев по стеклу. Парень встрепенулся, медленно отложил книгу с колен, осторожно подошёл к окну и открыл его. Я улыбнулся настолько доброжелательно, насколько смог, и махнул рукой.

— Привет, Азамат.

Некромант поперхнулся, попятился назад к книгам и стал торопливо заталкивать их ногами под кровать.

Я как-то пообещал Азамату, что оторву ему голову, если еще раз застану за занятиями тёмной магией.

Наконец он собрался с силами и вернулся к окну.

— Здрасьте.

Зачем вы сюда забрались? — пробормотал он, глянув вниз в поисках приставленной лестницы.

— Ну! Забираться — это неинтересно. Просто, если у тебя есть уверенность в себе и немного магии, пространство становится не так уж важно.

Он смотрел на меня как на сумасшедшего.

— У меня к тебе предложение, Азамат, — продолжил я. — Мне нужна, скажем так, помощь некроманта.

— Тогда вам лучше обратиться к дяде, — ответил парень. — У него опыта побольше, чем у меня.

— Возможно, но… Пойми правильно, твой дядя — рохля. А мне нужен кто-то энергичный и решительный. Вроде тебя.

Азамат задумался. Он находился как раз в том возрасте, когда человек ещё не настолько взрослый, как ему кажется. Примерно в этом же возрасте людей начинает неудержимо тянуть к приключениям. Правда, повзрослев, многие из них рады, что так и не нашли эти самые приключения. Но Азамат этого пока не знал.

— Ты можешь остаться и учить теорию дальше, — подначивал я. — А можешь пойти со мной и применить знания на практике. Если не боишься, конечно.

— Слушайте, я видел вас всего два раза в жизни. Каждый из этих двух раз что-то вокруг грохотало, разлеталось на куски и взрывалось. И вот вы стучитесь ночью в окно и предлагаете мне ввязаться в какую-то авантюру! А если я откажусь?! То что вы сделаете? — с вызовом спросил он. — Нарисуете у меня на воротах волшебный знак, и завтра ко мне завалятся тринадцать гномов, собирающихся вернуть похищенные драконом сокровища? Нет?

— Ты видишь у меня остроконечную шляпу? Ты так и не ответил на моё предложение.

— Пожалуй… нет, — Азамат закрыл окно и задёрнул занавески. Через несколько секунд свет в его комнате погас.

Собака вышла из конуры и сидела под окном, не спуская с меня глаз. Чтобы поговорить с Азаматом, мне пришлось снять с себя заклятие, и теперь я рисковал быть покусанным и побитым за проникновение в чужой дом. Оценив расстояние от окна до забора, я встал на подоконник и прыгнул вперёд. У очкариков часто бывают проблемы с глазомером, и я, вылетев за пределы двора, едва не впечатался носом в ворота через дорогу.

— Осторожнее, — посоветовал мне Таро.

— Поздно, — фыркнул я, вставая и отряхиваясь.

— Ну как, он согласился?

Я прислонился спиной к забору и пожал плечами.

— Сейчас увидим.

Не прошло и пары минут, как во дворе хлопнула дверь, послышались быстрые шаги, калитка

в железных воротах открылась, и на улицу выскочил Азамат.

— Эй! — крикнул он. — Я согласен! Где вы?

— Не ори. У тебя за спиной, — тихо ответил я.

Он повернулся и торопливо поправил на себе лёгкую куртку. Я кивнул на шинигами.

— Это Таро. Он с нами. Пошли.

— А куда мы идём? — спросил Азамат, с опаской поглядывая на него. Он, как и любой некромант на его месте, чувствовал что-то, недоступное мне.

— Ловить злых духов.

Азамат удивлённо выгнул бровь, но ничего не сказал, и молча следовал за нами до тех пор, пока Таро не остановился, найдя достаточно укромное место.

— Здесь, — коротко произнёс он. — Нужно начертить на земле печать. Затем, когда некромант почувствует близость духа, он должен будет активировать ловушку. Она притянет духа и задержит его на некоторое время.

Я повернулся к Азамату.

— Ты прихватил с собой мел?

Он поднял руки и шагнул назад.

— Постойте-постойте! Вы же не собираетесь на самом деле поймать какого-нибудь злого духа? Это слишком опасно! Это может закончиться чёрт знает чем!

Он смотрел то на меня, то на Таро, надеясь, видимо, что всё это окажется шуткой.

— Я выйду из физического мира, чтобы помочь ему, — сказал шинигами, после чего сразу же исчез. Азамат уставился на то место, где только что стоял Таро, а потом замотал головой и заговорил, как мне сначала показалось, сам с собой:

— Нет. Нет, не буду. Мне плевать, я ухожу! — он вдруг замер, вжал голову в плечи и, медленно повернувшись ко мне, спросил: — Скажите, вы вообще знаете, с кем имеете дело?

Я кивнул.

— Что-то я сомневаюсь, — пробормотал Азамат себе под нос. — Прощайте.

Он действительно собирался уходить. Мне не оставалось ничего, кроме как применить приём, подмеченный в одной книжке:

— Я думал, что ты мужчина, Азамат, — сурово сказал я. — А ты ещё ребёнок.

Он мог послать меня и уйти. Но Азамат не читал той книги. Поэтому всё пошло по моему плану.

Он застыл на месте и до хруста в костях сжал кулаки.

— Хорошо, — сказал Азамат. — Я сделаю это.

Он наклонил голову, будто слушая что-то, недоступное мне. Затем некромант достал из кармана завёрнутый в ткань мелок, встал на колени и принялся чертить на земле круги, квадраты и какие-то комбинации букв, цифр и неизвестных мне знаков. Все свои действия он сопровождал диалогом с невидимым Таро, то и дело сверяясь у него: правильно ли нарисована печать.

Покончив с ней, он положил руки на границу внешнего круга и начал неразборчиво петь что-то вроде мантры. Сначала тихо и сбивчиво, потом, запомнив слова, увереннее и громче, раскачиваясь при этом из стороны в сторону.