Цвет прошлого

Чеширский Кот

Взяв наугад увесистый фолиант в ярко–красном кожаном переплете, я с интересом полистал его. Прежде эта книга мне почему–то на глаза не попадалась. В ней довольно подробно излагались принципы строения щитов. Конечно, большая часть сведений была для меня, простого Радужного, не являющегося Мастером, бесполезна, но кое–что все же могло пригодиться. Если бы я был Мастером…

В школе при гильдии нас учили, что ничто не дается даром, а потому у всего есть цена. Так нам пытались объяснить, почему, становясь Мастером, Радужные лишаются способности видеть некоторые Подлинные цвета. Именно

из–за этого я не хотел быть Мастером, когда учился в гильдии.

И что с того, что мне было доступно больше цветов, чем другим. Терять то, к чему ты привык с рождения, и что стало частью твоей жизни, всегда больно. В этом я уже давно убедился. После же стать Мастером — означало для меня верную гибель, потому что ни одна из гильдий не смирилась бы с существованием мятежного одиночки, равного Высшим. И вряд ли смерть была бы быстрой, ведь надо помнить, что обвинение в измене с меня никто не снимал.

Развивать эту мысль дальше я не захотел и, поставив на полку книгу, взял другую, посвященную созданию различных кристаллов со смесями цветов. Несмотря на невзрачную обложку, она оказалась настолько любопытной, что Люцертоле пришлось окликать меня дважды.

— Что скажешь? — неохотно отвлекся я от чтения. — Разобрался?

— Можно и так сказать, — на удивление сердито проворчал он.

Повернувшись, я увидел, как он с угрюмым лицом направился к столу и позвонил в колокольчик. Не успел затихнуть мелодичный звук, а слуга уже пришел на зов господина. Что–то шепотом сказав ему, Люцертола вернулся ко мне.

— Уверен, что у тебя на языке вертится немало вопросов. Если так, то оставь мою библиотеку в покое и садись. Нам есть о чем поговорить.

Стоило мне сесть в кресло, как рядом со мной немедленно оказалась девочка, нипочем не пожелавшая уходить в соседнюю комнату. Она примостилась на краешке подлокотника и тут же задремала. Люцертола недовольно посмотрел на своенравную гостью, но у него хватило благоразумия промолчать.

— Итак, ты хотел знать, что это такое, — заговорил он. — Вот тебе мой ответ. Ничего хорошего, — сделав паузу, друг покосился на девочку. — Я никогда прежде не встречал подобного. Кое–что напоминает конструкцию оков, но те в десятки раз проще. Кстати, снять ошейник мы не сможем даже вдвоем, похоже, что они использовали все сорок цветов.

В общем–то, я был готов к чему–то подобному, не могли же неведомые Мастера любезно не использовать серый, раз мы с Люцертолой им не владеем. С другой стороны, если используются все цвета…

— А то, что используются все цвета, — словно прочел мои мысли Люцертола, — меня, откровенно говоря, пугает. Потому что я не представляю, кто эта девчонка, чтобы прилагать громадные усилия, создавая столь редкую вещь, как ее ошейник. Можешь мне поверить, над ним работали не меньше трех Высших.

— Ладно, это не твои проблемы. Я ее притащил, я и буду с ней разбираться. Лучше скажи, что тебе удалось понять про него. Ну, кроме того, что он странный, диковинный и прочее, прочее, прочее…

— Однажды, мне довелось побывать на псарне, где держат Гончих, — начал издалека Люцертола. — Нельзя сказать, что я смог хорошо их разглядеть, но кое–что все же заметил. Ошейники

Гончих отчасти похожи на этот, но лишь отчасти. Здесь он, судя по всему, выполняет еще какие–то задачи, мне не ясные. Учитывая, что подобные ошейники делают только для редких созданий, я боюсь даже подумать, на что способна твоя спутница.

Он, наконец, замолчал, поднялся и отошел к шкафам, с задумчивым видом ища какую–то книгу. Вот только при этом Люцертола бросил такой взгляд на девочку, что у меня появились кое–какие подозрения. Мешок, в котором у меня лежал кинжал, стоял возле моих ног, поэтому мне не составило труда без лишнего шума вытащить из него оружие.

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и повернувшийся Люцертола застыл, словно увидел там привидение. Не разбираясь в чем дело, я мгновенно вскочил и метнулся в сторону, сжимая в руке кинжал.

— Не дергайся щенок, если не хочешь умереть! — злорадно проговорил один из вошедших.

Обернувшись, я понял, что, увы, он прав.

Трое незваных гостей стояли в дверях, и на их одежде радостно сверкали оскалившиеся змеи — Знаки синей гильдии. И хотя вслед за этими тремя вбегали все новые и новые люди, меня они мало волновали. С обычными воинами, пусть даже снаряженными гильдией, мы с Люцертолой возможно справились бы. По крайней мере, у нас был бы реальный шанс. Но эти трое перечеркнули все надежды.

По бокам стояли двое Мастеров, первый — незнакомый мне, а второй — тот самый, что гнался за мной утром. Он весьма нехорошо улыбался, а в руках у него нервно подрагивал тонкий шнур, свитый из черного, фиолетового и коричневого Подлинных цветов и именуемый Рассекателем. Простому Радужному с ним не справиться, даже с помощью кинжала. В центре же с равнодушным видом стоял Высший Мастер, глава синей гильдии. Самый ненавистный для меня человек, смерти которого я желал более всего на свете.

Наверное, что–то отразилось у меня на лице, потому что кончик Рассекателя метнулся в мою сторону и замер, не дотянувшись всего лишь на ладонь.

— Прелестно, — ни к кому не обращаясь, произнес глава. — Просто замечательно! Вся компания в сборе.

Девочка, до того затаившаяся в кресле, метнулась ко мне, услышав его голос, но от первого Мастера к ней немедленно скользнул шнур Рассекателя и обвился вокруг ее ног. Высший махнул рукой и, повинуясь приказу, двое воинов поволокли девчонку к нему, то и дело оглядываясь на меня и Люцертолу. Впрочем, учитывая исходящее от их доспехов мерцание, они могли не опасаться простейших цветных атак, а на большее мы не были способны. Я, как простой Радужный, а Люцертола потому, что владел лишь довольно мирными и малоподходящими для драки цветами.

Девочка брыкалась и вырывалась изо всех сил, но двое крепких воинов без труда справились с ней. Не прошло и пары секунд, как ее подтащили к Высшему. Напоследок она бросила на меня отчаянный молящий взгляд, и я шагнул было вперед, сжав кинжал, но кончик Рассекателя, замерший перед лицом, тут же охладил мой пыл.

— Вот ты где пряталась, наше сокровище, — сказал глава, с довольным видом глядя на пленницу. — От меня не убежишь. Особенно с этим безмозглым лордом, недобитком Кустодиенов.