Цвет ночи
Шрифт:
— Мэнди... Малышка... Моя девочка... — шептал Джеймс, покрывая поцелуями ее лицо и шею. Он потянул ее к дивану и усадил к себе на колени. Они неистово целовались, нарастающая страсть готова была сокрушить обоих.
Джеймс стал расстегивать ее блузку, и Мэндж помогала ему — только бы скорее ощутить на обнаженном теле его руки и обжигающие поцелуи. И вот подрагивающие от возбуждения пальцы коснулись ее груди. Мэндж застонала. Только он может так ласкать ее, и пусть это длится вечность!
Мэндж наклонила голову к Джеймсу и коснулась губами его лба, рта, сначала верхней, потом нижней губы. Она дразнила его, пока наконец
Оторвавшись от Джеймса и переводя дыхание, Мэндж сказала тихо:
— Ты хотел, кажется, пораньше лечь спать? — Голос ее дрогнул, потому что Джеймс отодвинул ее немного назад и, держа за плечи, любовался ее телом. Он провел ладонью по ее груди, животу и улыбнулся.
— Конечно, было бы разумно сделать именно так, — ответил он. — Но я что-то не способен на разумные поступки. А ты?
При этом он нежно дотронулся пальцами до розовых сосков. Мэндж почти вскрикнула.
— Нет, сейчас мне ни до чего, кроме...
Джеймс поднялся, держа Мэндж на руках, и, снова целуя ее, сказал:
— А знаешь, мы ведь никогда не занимались любовью в спальне, на кровати.
— Разве? — удивилась Мэндж. Она едва понимала, что говорит. Голова кружилась, и все плыло перед глазами.
Джеймс опустил ее на кровать. Секунда — и она оказалась полностью раздетой.
— Конечно, дорогая. Я помню каждый раз, когда мы любили друг друга в нашем лесу!
— Правда?
Мэндж расстегивала его рубашку, помогала ему снять ее. Джеймс разделся, обнял ее за талию, целовал плечи и шею. Мэндж с упоением ласкала его крепкое мускулистое тело.
— Ты помнишь, как нам было хорошо? — шептал Джеймс. — Помнишь?
Замирая под его поцелуями, дрожа всем телом от возбуждения, Мэндж могла только бормотать: «Да... да... да...» На самом деле ей не хотелось сейчас вспоминать прошлое, а напротив, остро ощущать настоящее.
Стоя рядом с ней на коленях, Джеймс медленно провел ладонями по ее телу от плеч до подрагивающих от нетерпения бедер. Он не спешил, жадно смотря на извивающееся под его ласками тело, слушая стоны и видя умоляющий взгляд. Его мускулы напряглись, он сдерживал себя из последних сил, но хотел продлить каждое мгновение этой желанной ночи.
Джеймс наклонился к Мэндж и поцеловал ее в пересохшие губы. Она придержала его голову.
— Джеймс... не мучай меня... пожалуйста! — пролепетала она.
Горячие руки скользили по его спине. Потом Мэндж с усилием притянула его к себе.
— Сейчас, любимая... подожди... Я хочу... — Но он не смог договорить.
Сжимая ее крепко, Джеймс целовал ее живот, влажную кожу между бедрами.
— Боже... Джеймс... — почти кричала она.
Мэндж ласкала его волосы, прижимая к себе голову. Казалось, она сейчас умрет от вожделения. Если он не возьмет ее сию секунду, она просто погибнет, сгорит... Но Джеймс продолжал игру Его губы и язык терзали ее грудь, но как это было сладостно...
— Еще... еще... — просила Мэндж.
Она металась по подушке, пальцы судорожно вцепились в простыню. Мэндж зажмурилась и полностью отдалась безумным ощущениям. Джеймс впился поцелуем в ее рот, и в этот момент тела их слились воедино.
Мэндж вскрикнула радостно и облегченно. Но и здесь Джеймс явно не спешил. Она приняла этот ритм от медленных, томительных движений к сокрушительному экстазу. Казалось, это могло протянуться вечность. После минуты наивысшего
Джеймс очнулся первый и, приподнявшись, коснулся губами виска Мэндж, потом щеки.
— Что с тобой? — прошептал он, почувствовав, что они влажные. Слезы катились из ее глаз.
Мэндж не смогла ничего объяснить и улыбнулась ему, Конечно же, это были слезы радости. Она снова с единственным любимым человеком, о котором даже не разрешала себе мечтать столько лет. Джеймс вытер ладонью ее слезы.
— Знаю, любимая. — И поцеловал ее.
Джеймс лег на спину и потянул Мэндж к себе. Теперь она была сверху, положив голову ему на плечо. Почему же она так долго сопротивлялась своему счастью? Ведь они с Джеймсом одно целое. Вот сейчас она слышит, как бьется его сердце, а ее стучит в унисон. Удар в удар. Ей так уютно и тепло. У него на груди. Сильная рука нежно поглаживает ее спину. Она чувствует его дыхание, и он шепчет:
— Мэнди...
— Что? — Она подняла голову.
— Ничего. Просто... Мэнди... — ответил он и прижал ее крепче к себе. Скоро она заснула.
Она проснулась от поцелуя. Джеймс стоял рядом, полностью одетый. Только начало рассветать.
— Внизу ждет машина, — сказал он. Мэндж потянулась и посмотрела на него довольно кокетливо. — Не смотри на меня так, а то я никогда не уеду во Франкфурт.
Мэндж вспомнила, что он уезжает. Улыбка исчезла с ее лица.
— Как бы мне хотелось, чтобы ты не уезжал.
— Поехали вместе. — Джеймс сел рядом, и Мэндж обняла его за шею. — Я серьезно. Поехали со мной, малышка.
— Не могу, — сказала она грустно, стараясь не поддаться искушению, — У меня с собой ничего нет.
— Мы купим все, что нужно, — настаивал Джеймс.
— Паспорт купить нельзя. Но дело даже не в этом. Я не могу все бросить и укатить с тобой. Нас, кажется, поджимают сроки по контракту.
— Понимаю, — улыбнулся Джеймс. — У нас даже не было возможности поговорить, а мне нужно так много сказать тебе. А теперь недели две меня не будет. Я бы отложил поездку, но мы так долго готовились к этому. Я не могу всех подвести.
Мэндж ласково потрепала его по щеке.
— Конечно, не можешь. Мы поговорим, когда ты вернешься. Ты же знаешь, где меня найти.
— Знаю, знаю. — Он поцелован ее и нехотя поднялся. — Я лучше пойду, а то... Ну, в общем, скоро придет Флора. Ей надо забрать кое-какие бумаги. Она тебя подбросит до стоянки. Но у тебя еще есть время поспать часок-другой.
Джеймс погладил ее по голове и ушел, Мэндж откинулась на подушки и потянулась. Она уже давно не чувствовала себя такой удовлетворенной и успокоенной. Она вспомнила бурную ночь, и душа ее наполнилась счастьем. Думая о Джеймсе, Мэндж задремала, но ее разбудил телефонный звонок. Первой мыслью было — Джеймс звонит из машины. Кто еще может звонить в такую рань? Ей отчаянно захотелось услышать его голос. Она схватила какой-то халат и побежала в ту комнату, где надрывался телефон. Но звонки прекратились. Спать уже не хотелось. Она подошла к письменному столу, на котором высилась кипа бумаг, но тут взгляд ее упал на записку, лежавшую сверху. Там было что-то о Грэнтоне — она увидела название. Что? Отложив в сторону пару конвертов, она стала читать заинтересовавшую ее бумагу, и постепенно ощущение счастья покинуло ее.