Цвет ночи
Шрифт:
— Это еще по какому поводу? — спросила она недоверчиво.
— Тут Энни собралась поделиться со мной своими идеями по поводу интерьеров спален. Хорошо бы ты присутствовала тоже, вдруг там что-то не так? Тогда мы сможем сразу отказаться от нереалистичных проектов.
— Это работа архитектора.
— Знаю, но Джо не смог приехать и просил посмотреть, что там придумала Энни. Он-то как раз и предложил, чтобы ты определила, пойдет это или нет. Вот для этого я тебя и искал.
— Понятно.
Для этого? Значит, не для приглашения на ланч? Мэндж так
— Хорошо. Сейчас я проверю, что там делается на крыше, и спущусь к вам.
— Не задерживайся! — предупредил Джеймс.
Мэндж нашла Джеймса и Энни в одной из старых галерей. Энни выглядела прекрасно, на ней была юбка в цветочек и кружевная короткая блузка. Мэндж опять почувствовала себя неуютно в своих полосатых брюках и рабочей синей рубашке.
Энни была явно не в восторге от того, что Мэндж согласилась сопровождать их по спальням. Джеймс деловито объяснил ей, для чего необходим совет Мэндж.
— Как великолепно, что вы такая практичная! — воскликнула Энни. — Я в этом абсолютно ничего не понимаю! Как только у меня возникает идея, я настолько увлекаюсь художественной стороной, что просто не могу отвлекаться на всякую там электропроводку и трубы.
Энни очень ловко отвела Мэндж роль сантехника и на том успокоилась. Она мило улыбнулась Джеймсу и, взяв его под руку, повела в западное крыло здания. Мэндж поплелась за ними. Она исподлобья наблюдала, как Энни картинно выражает свои восторги в каждой из пустых, обветшалых комнат.
— Вам не кажется, что сейчас появятся привидения? — восклицала Энни. — Я просто дрожу от волнения. Надо скорее вдохнуть жизнь в эти старинные зловещие комнаты!
Мэндж усмехнулась, вспоминая, какой тихой и мирной была жизнь в этом доме при миссис Уисдон. Восторженная девица наконец заметила ее реакцию.
— Мисс Сэнд — удивительная женщина, правда? — обратилась она к Джеймсу. — Хотелось бы мне быть такой невозмутимой.
Джеймс взглянул на Мэндж.
— Да, она удивительная женщина! — подтвердил он.
Мэндж, вся в своих мыслях, не уловила особенной интонации в голосе Джеймса, решив, что эти двое заодно. Думают, наверное, что она — обыкновенная мещанка, без всякой фантазии, романтики, не способная воспринимать красоту и гармонию.
Энни открыла дверь так называемой красной спальни. Раньше она была оклеена красными обоями с золотым тиснением. Теперь краска выцвела, да и сами обои облезли.
— Я вижу интерьер этой комнаты как симфонию голубого и зеленого! — восторженно произнесла Энни.
— А что вы видите, мисс Сэнд? — спросил Джеймс, хитро улыбаясь.
— Сырой потолок, протекающие батареи и расшатанный паркет, — коротко объяснила Мэндж. — Мы должны сначала устранить эти недостатки, а уже потом заниматься симфонией.
Энни торжествующе взглянула на Джеймса: видишь, мол, как Мэндж прозаична, — и пошла в другую комнату. Но тот, думая о своем,
— Я думал, ты лучше разбираешься в садоводстве, чем в строительстве.
— Так оно и есть, — сказала Мэндж, — но не нужно быть великим специалистом, чтобы увидеть все эти недостатки. Необходимость серьезного ремонта настолько очевидна, что эта идея могла бы прийти и в милую головку твоей голубки.
Сказано это было довольно язвительным тоном, но Мэндж не собиралась миндальничать, коль скоро ее призвали высказать свое мнение по вопросам, в которых она действительно разбиралась.
Энни обернулась и увидела, что осталась в одиночестве, тогда как Джеймс беседует с Мэндж, и тут же решила привлечь его внимание. Указывая рукой на другую комнату, Энни громко объявила:
— Думаю, здесь следует устроить ванную комнату, чтобы она была рядом со спальней. И тоже решить ее в голубых и зеленых тонах. Получится морская тема.
— Гм-м, — промычал Джеймс в раздумье. Он повернулся к Мэндж. — А вы что скажете?
— Довольно глупая идея, — ядовито улыбнулась Мэндж. — Первое возражение — это несущая стена, и с ней шутки плохи. Второе: пришлось бы пожертвовать одним из окон, что было бы просто глупо. Третье: дом расположен настолько далеко от моря, что всякие ассоциации выглядят надуманно.
Бедняжка Энни не ожидала такой критики своих фантазий. Она удивленно заморгала, но быстро пришла в себя.
— Ну вы и штучка, мисс Сэнд! Вы загубили мою лучшую идею, — сказала она. — Нельзя же быть такой приземленной. Да вам надо было родиться мужчиной.
— Я думала, меня позвали принять участие в обсуждении проекта и вы готовы отстаивать свои идеи, а не обижаться, как капризная девица.
Мэндж взглянула на Джеймса. Он едва сдерживал хохот, глаза его так и сверкали. Что тут такого смешного?
— Так мы будем продолжать? — Мэндж направилась дальше. — У меня мало времени.
Последняя комната, которую они собирались посмотреть, была отмечена на плане красным: значит, для Джеймса это важно. Мэндж встала у окна, скрестив руки на груди. Энни ходила по комнате и... нет, не говорила, а декламировала:
— Это должна быть чисто мужская комната, все будет подчеркивать характер проживающего здесь человека. Это — ваша личная комната, она должна быть затемненной и интригующей. Здесь великолепно подойдут терракотовые тона и еще ряд оттенков того же ряда. Я вам сейчас покажу. Подождите.
Она отправилась в библиотеку за эскизами. Джеймс подошел к Мэндж.
— Как тебе эта идея с затемненной и интригующей комнатой?
Мэндж осмотрелась. Но теперь, когда Джеймс стоял так близко, она стала хуже соображать и опустила глаза. Джеймс оперся ладонью о подоконник, и Мэндж. как зачарованная смотрела на его пальцы, словно видела эту руку впервые. Вспомнив, что он спросил ее о чем-то, подняла голову, чтобы переспросить. Но забыла. Джеймс так смотрел на нее, что Мэндж не хотелось нарушать молчание, которое позволяло просто глядеть в его бездонные глаза. Так они стояли некоторое время.