Цвет ночи
Шрифт:
Джеймс хмыкнул и протянул ей меню.
Мэндж раскрыла его, но ничего не видела от волнения. Щеки ее порозовели, глаза сверкали как два угля.
Она не представляла себе, насколько выглядела красивой.
— Знаешь, чему я не перестаю удивляться? — сказал Джеймс. — Твоей природной способности выглядеть потрясающе без особых усилий. Ты слишком хороша для подобного места.
Мэндж удивленно уставилась на него, но Джеймс уже изучал меню. Если ужин начинается с подобных откровений, то что же будет дальше?
Подошел официант и поставил перед ней бокал шампанского.
— Я решил, что нам есть что отпраздновать! — объяснил Джеймс.
— Да? И что же мы празднуем?
— Наше примирение.
— Это не примирение, — строго напомнила Мэндж. — Это деловой ужин.
— И поэтому ты так вежлива?
Взгляд Мэндж стал холодным.
— Кажется, ты хотел этого?
— Я просил, чтобы ты была любезной.
— Я любезна! — Мэндж начинала заводиться.
— Нет. Ты себя ведешь так, словно это скучная вечеринка и ты хочешь скорее улизнуть. Поверь, мне это хорошо знакомо: болтовня ни о чем, вежливые улыбки и прочее.
— Ну, спасибо! — воскликнула пораженная Мэндж. — Ты сам настаивал на деловой обстановке за ужином. Я отношусь к тебе как к партнеру, веду себя, как я привыкла. Таков мой стиль, вот и все. А ты, значит, решил, что можешь обвинять меня в излишней официальности! Ты сам предложил такие условия, я стараюсь их выполнять, а ты еще и предъявляешь претензии.
Мэндж вся пылала от негодования. Она глотнула шампанского, словно это была вода, и резким движением поставила бокал на стол. Ее яростная речь не задела Джеймса ни капельки. Он смотрел на нее даже одобрительно.
— Ну вот так-то лучше, малышка! Теперь я тебя узнаю: такой ты мне всегда нравилась.
— Не нужны мне твои признания! — вспылила Мэндж, злясь уже на себя. — Нечего бередить прошлое. Кажется, договорились вчера — мы друг с другом едва знакомы.
— Ну так давай знакомиться заново и забудем раз и навсегда, что мы были любовниками.
— Понятно. Значит, та сцена с поцелуями была разыграна тобой для начала нового знакомства со мной? — съязвила Мэндж.
Джеймс покачал головой.
— Нет. Я не смог удержаться. Ты предложила плату — я принял предложение. Было не так уж плохо, да?
Мэндж густо покраснела и уткнулась в меню.
— Лучше бы этого не было вовсе, — буркнула она.
— Другая на твоем месте была бы рада так дешево заплатить за починку бойлера! — не унимался Джеймс.
— Если бы я знала, чем мне придется расплачиваться, я бы лучше влезла в холодную ванну.
— Ну брось, дорогая. Ты всегда славилась своей честностью. Посмотри мне в глаза и открыто признайся, что тебе не понравилось.
Мэндж сделала бы это с превеликим удовольствием, но Джеймса провести было невозможно, он сразу уловит фальшь. Кроме того, воспоминания
— При чем здесь это: понравилось мне или нет? Ты все подстроил нарочно. И не признался, кто ты есть на самом деле.
— Ого! Ты хочешь сказать, что тебе доставило бы особое удовольствие целоваться с главой «Моторс компани»?
— Да не в этом дело! Как ты все переворачиваешь! Я не допустила бы подобной ситуации вообще.
— Ты бы не подпустила меня к бойлеру, что ли?
— Конечно нет!
Мэндж чувствовала, что Джеймсу очень нравится с ней препираться. Это явно забавляло его. Конечно, не говорить же о погоде! Ну и пусть! — подумала Мэндж и продолжала:
— Почему ты вообще сам взялся за это, а не нанял слесаря, который все бы вмиг сделал? Ни к чему было затевать всю эту комедию. Только разве что ты хотел подшутить надо мной.
— Ой, Мэндж, тебе не идет такая патетика. Ничего я такого не хотел. Просто позвонил тебе вчера утром, понимая, что мы с тобой неправильно себя вели при первой встрече в усадьбе Грэнтон. Ни тогда в саду, ни тем более по телефону я не мог тебе рассказать о себе. Разве ты бы мне поверила? А я уже все решил о контракте, и надо было тебя поставить в известность. Что я услышал по телефону, ты знаешь лучше меня. Ну, я и не признался, что я вовсе не бедный Питер Солтер. Решил использовать шанс и поговорить с тобой с глазу на глаз.
— Что-то не припомню, чтобы ты пытался мне объяснить хоть что-нибудь по поводу контракта! — перебила, его Мэндж.
— Ну да! Ты накинулась на меня и оказалась такой ершистой, что серьезный разговор был невозможен. Потом я предложил тебе забыть о прошлом, и что же? Тебе взбрело в голову вознаградить меня за мои непосильные труды. Тут я просто обалдел и уже себя не помнил.
Он обалдел! Мэндж потрясло это признание. Для нее тогда весь мир перевернулся, а он просто обалдел. Больше не говоря ни слова, Мэндж в который раз уставилась в меню. Джеймс тоже. Но она не в силах была сосредоточиться. Отложила меню в сторону и посмотрела на Джеймса. Она видела только его руки — те самые руки, которые ласкали, расстегивали ее блузку, гладили, сжимали крепко-крепко...
Мэндж вздохнула и снова отпила шампанского. Но можно ли было думать о еде, когда перед глазами снова возникла сцена их объятий и поцелуев!
К счастью, подошел официант, и Джеймс стал заказывать ужин. За время обсуждения блюд и вин Мэндж пришла в себя.
— Я с интересом тебя выслушала, Джеймс, — сказала Мэндж, когда официант отошел. — Но может, ты мне еще что-нибудь поведаешь?
— А что бы ты хотела услышать?
Джеймс подвинул к ней блюдо с тарталетками. Она взяла одну.