CTRL+S
Шрифт:
В последний раз, когда он обращал на это внимание, его мать работала на пасеке, и он с трудом мог представить, за что могли уволить оттуда. Лучше уж и не спрашивать.
Элла встала, неуверенно покачиваясь, и неодобрительным взглядом обвела их квартиру.
– Но Иисус знает, что нам нужны деньги. – Грудь ее резко вздымалась в учащенном дыхании после недавнего слезного марафона. Она печально взглянула на теперь уже пустую бутылку. – Я должна поспать. Мы всегда можем начать с утра новую жизнь.
Тео слыхал это от нее и прежде – фактически это был ее девиз.
Она указательным пальцем игриво поддела его подбородок – жест из его детства, который раньше веселил его, но сейчас вызвал
– Наверное, мне нужно будет вернуться в Заповедник. Меня восстановят, если я попрошусь. – Взгляд ее стал задумчивым. – Я любила это место. Там так тихо. Спокойно. Я нашла там новую себя. Человека, который мне по-настоящему нравился.
Тео выжал из себя улыбку.
– Думаю, это хорошая идея. А теперь иди спать. Я сам тут все приберу. – Она недовольно засопела, но спорить не стала.
Элла наклонилась и поцеловала его в макушку, неловким движением взъерошив ему волосы.
– Что бы я без тебя делала?
– Спокойной ночи, мама.
Тео снова натужно улыбнулся. Он уже давно задумывался, удастся ли ему когда-нибудь сбежать из этого дома, и отчаянно тосковал по независимости, которой наслаждались его друзья в университете.
Она погрозила ему пальцем, но ничего не сказала, а развернулась и, спотыкаясь, направилась в свою спальню. Тео подождал, пока она уйдет, а потом резко откинулся на спинку дивана, так что заскрипели пружины. Глубоко вздохнув, он окинул взглядом оставленный Эллой беспорядок и подумал: «Когда это я успел стать в этой семье ответственным за все?»
Глава четвертая
– Я уже говорила: это пустая трата времени, – поморщилась Клемми, небрежно махнув рукой для выразительности.
– Пустая трата времени?! – Тео резко остановился, не веря сворим ушам. – Это же «Аваста»!
– А я уже составил о ней мнение, и моя оценка – два пальца, – как бы между прочим заметил Милтон.
Тео в ужасе уставился на него. У Милтона был свой успешный канал, где он размещал обзоры игр из СПЕЙСа. У этого канала набралось три миллиона подписчиков, число которых продолжало расти, так что он уже зарабатывал на этом приличные деньги. Он вел его под именем Кайю Киллера, используя свой старый геймерский ник. Аватар его выглядел круто и меньше всего был похож на него в реальной жизни. Зеркальные темные очки, ретро-пиджаки с угловатыми подплечниками чрезвычайно броских цветов, от которых рябило в глазах, и яркая индивидуальность с выдающимися личными качествами – о том, кто скрывается за этим образом Кайю Киллера, знали только самые близкие его друзья. Его фаны восхищались колоритным и грубоватым стилем его альтер эго, и с мнением его считалось очень много людей, хотя тем, кто близко знал его, было трудно в это поверить.
– К тому же сейчас лето, – продолжала Клемми. – Мы могли бы заняться чем-нибудь другим.
Слово сорвалось с языка Тео само собой, и он только потом понял, как неуместно оно прозвучало:
– Например?
Бакстер с раздражением наколол на штырь для сбора мусора три биопластиковые бутылки, валявшиеся у него под ногами.
– Например, не заниматься этими дурацкими общественными работами.
Он неодобрительно взглянул в сторону еще десятка таких же мелких правонарушителей, подростков и почти тридцатилетних, которые, склонив головы и слушая музыку из наушников, убирали территорию в районе Сент-Данстан-ин-де-Ист. Красивый участок вокруг увитой плющом старинной заброшенной церкви превратился в воронку, куда ветром стягивало мусор со всего Ист-Энда.
– Вы только посмотрите на это дерьмо.
Повальное увлечение разлагающимся биопластиком привело к обратному воздействию на окружающую среду,
Бакстер сердито хмурился, снимая наколотые бутылки и складывая их в пластиковый пакет, висевший у него на поясе. А потом он вдруг несколько раз сильно чихнул; глаза его наполнились слезами, и ему пришлось утереть рукавом внезапно ставший мокрым нос.
– Заразиться еще не хватало, – высокомерным тоном заметил Милтон.
– Это сенная лихорадка, балда. – Он снова вытер нос, разглядывая вьющиеся по стенам растения. – Нужно было идти убирать на реку, – пробормотал он, следя за угрюмым мужчиной в сером комбинезоне, который наблюдал за работой остальных одиннадцати сборщиков мусора. На спине у него красовалась надпись «Лондонский департамент общественных работ».
Тео попытался вновь вернуться к начатому разговору:
– Я понимаю, но я думал об этом всю прошлую ночь…
Клемми удивленно подняла бровь:
– Ты всю ночь не спал и думал про то, как играть в эту дурацкую игру? У тебя что, не нашлось занятия получше? Какое-то хобби? Фильм? Порнушка, в конце концов?
Когда его приятели разъехались из Лондона, Тео нашел им замену в играх. Он имел возможность сбежать от действительности всего на эти драгоценные три часа в день, и поэтому у него почти не оставалось времени на какие-то другие занятия. Мысли его метались между его собственными гнетущими повседневными обязанностями и пониманием, что жизнь его могла бы стать намного лучше, если бы он был с Клемми, однако он думал, что сейчас не самое подходящее время поднимать этот вопрос.
Тео вздохнул.
– Послушайте, мы целую неделю работали над тем, как дойти до конца уровня. И если мы будем действовать сообща, то сможем легко одолеть этого трейсиона.
Милтон тащился позади группы и слушал его рассуждения вполуха.
– Тео, эта версия «Авасты» особенно не отличается от всех остальных. Они во многом очень схожи. Ну кому сейчас интересно шататься по враждебным джунглям?
– Ты что, серьезно?
Тео внимательно смотрел на друзей, переводя требовательный вопрошающий взгляд с одного на другого.
Бакстер только пожал плечами и быстрой серией ударов наколол на штырь две банки из-под пива и три пластиковые упаковки. Клемми и Милтон словно и не слышали его. Их риги работали в режиме дополненной реальности, и в данный момент они перескакивали между разными мультимедийными стримами.
Клемми, как и ее ровесники из предыдущих поколений, создала большую социальную сеть из друзей, с которыми у нее было много общих интересов, но с которыми она при этом не хотела встречаться вживую. В колледже все они уже поняли, что люди любят вещи обычные и понятные, а при ее внешности – коротко стриженные волосы, кончики которых выкрашены в фиолетовый цвет, плюс симпатичный (по крайней мере, с точки зрения Тео) пирсинг в носу, похожий на кнопку, – да еще и в сочетании с порывистым агрессивным характером, который многими воспринимался как режим стервы, парни из числа ее сокурсников особо теплых чувств к ней не испытывали.