Цитадель

Прикли Нэт

Найл даже не предполагал, что уже через пять дней в середине ночи его разбудит импульс ужаса, пришедший из этого дома.

Он услышал женский вопль — исполненный предсмертного ужаса крик — нервно дернулся и сел в постели. Джарита, после памятного ливня взявшая привычку пристраиваться на ночь в постель правителя, сонно чмокнула, разлепила глаза.

— Вам нужна постель поудобнее, мой господин, — пробормотала она, — тогда вы не будете просыпаться ночью.

Найл только усмехнулся в ответ. Для него, спавшего почти всю жизнь на узком скальном уступе в пещере,

пружинная кровать с поролоновым матрасом казалась столь же сказочным явлением, сколь муравью-листорезу показалось бы рагу из кролика.

— Ты ничего не слышала?

Джарита неразборчиво буркнула, проваливаясь обратно в объятия Морфея. Конечно, нет. Услышав подобный вопль, невозможно остаться безразличным.

Значит, это был ментальный крик, последний, отчаянный всплеск мыслей увидевшего смерть человека. Правитель встал — служанка тут же развалилась на всю постель, — накинул халат.

Только что где-то здесь, рядом, убили женщину — он не сомневался в этом ни на мгновение. Но как определить, где?

Найл прошел по коридору, растворил дверь в комнату Нефтис. Девушка настороженно вскинула голову, но тут же расплылась в довольной улыбке. Она приглашающе откинула край одеяла и грациозно потянулась, изогнувшись всем телом.

— Нефтис, твои стражницы все живы?

— Что? — Наверное, не меньше пяти ударов сердца переваривала она вопрос. На пятом ударе взгляд ее из маняще-сладкого стал холодно-жестким. Она откинула одеяло и выскочила в коридор, едва не сбив правителя с ног. Вернулась примерно через минуту. Немного подумала, поглядывая на Найла, и стала одеваться. Дворец постепенно наполнялся молчаливой суетой. В комнату начальницы стражи одна за другой заглядывали девушки, почтительно кланялись Найлу и отрицательно покачивали головой, обращаясь к Нефтис. Правитель ждал.

— Вы можете меня наказать, мой господин, — подвела наконец итог Нефтис, — но в вашем дворце никто не пострадал. — И с явной обидой добавила: — Даже Джарита.

— Наоборот, Нефтис. Я вижу, ты отлично знаешь свою работу. Извини, что побеспокоил. Спи, я пойду.

— Извините, мой господин, но после вопроса, подобного вашему, начальница охраны уже не имеет права спать и уж тем более отпустить правителя одного. Я пойду с вами.

Найл не стал спорить, он торопился осмотреть улицы вокруг дворца. Предсмертный вопль прозвучал совсем недавно, и скорей всего с той стороны, куда выходят окна его комнаты.

У парадных дверей стоял Меченый — так про себя прозвал Найл паука с рожицей на боку.

— Ты слышал что-нибудь? — спросил у стражника правитель.

Этот паук, обычный боец, не умел разговаривать с людьми, но Найл, уже набравшийся опыта общения с пауками, смог распознать мысленное согласие. Меченый ощутил ментальный крик.

Найл почти бегом бросился вдоль дворца. Улица под его окнами была совершенно пустынной. Зато светилось окно дома напротив. Дома, в котором шел эксперимент. Найл подошел к пауку, охранявшему вход, и сразу ощутил смятение в его сознании. Охранник, несомненно, узнал Посланника Богини.

— Начальника, — потребовал

Найл и вошел в дом. Сзади вскрикнула Нефтис — паук не рискнувший остановить Посланника Богини, довольно грубо пресек попытку девушки пройти следом за господином. Громко ругаясь и потирая ушибленное плечо, она упрямо уселась в песок прямо перед глазами охранника.

Навстречу правителю выбежал на арочных ногах молодой, но довольно крупный паук, и опустился в ритуальном приветствии. В уме его царила сумятица.

— Что у вас тут происходит? — четко и раздельно спросил Найл.

— Исчезли два бойцовых паука, — растерянно подумал паук.

— Дальше, — потребовал правитель.

— Исчезли пятеро людей.

— Дальше.

— Одна из женщин не дышит.

— Покажи.

Паук развернулся и побежал вверх по лестнице. Двери трех комнат были открыты, в одной из них лежала на полу обнаженная девушка с растрепанными волосами. Полуоткрытый рот, бессмысленно вперившийся в потолок взгляд.

— Это не я парализовал ее, — метнул боязливую мысль паук и попятился назад, ощутив ярость Посланника Богини.

— Похоже, ваши подчиненные решили пойти по стопам Скорбо? Вы решили полакомиться доверенными вам людьми?

— Это не так, — пытался оправдаться паук.

— Они парализовали ее, но вынести еще не успели! Вы нарушили Договор!

На лестнице появился Шабр. Он ловко промчался по стене, выдвинул голову в дверной проем, Найл ощутил его злость по отношению к тем неизвестным, которые сорвали эксперимент — первый опыт, разрешенный после долгого перерыва. Еще лучше это «услышал» начальник караула, усыхавший прямо на глазах. Он уже чуял грядущую кару.

— Загляни в ее мысли, Посланник Богини, — внезапно предложил Шабр.

Найл попробовал это сделать… и ничего. Словно заглянул ночью в глубокий колодец.

— Она не парализована, она мертва, — подвел итог Шабр. — Это сделал не паук, мы не имеем привычки без пользы уничтожать пищу.

— Она не первая, — вспомнил Найл, — трое мужчин, выбранных для опыта, тоже были мертвы.

Он послал Шабру картинку с тремя странными парнями и ощущением от прощупывания их сознания.

— Мертвые не могут жить, — отказался поверить паук, но правитель немедленно отправил ему воспоминание о покойнике, бредущем по улице с чужой головой под мышкой.

— Похожее уже было. Мертвые могут жить… Если ими владеет Маг.

Прошло больше полугода с тех пор, как ему пришлось расследовать гибель Скорбо, разгадывать загадки дышащих злобой божков и оживающих покойников, отлавливать лазутчиков Мага. Давненько о нем не было слышно… И вот, похоже, он опять прислал в город своих шпионов.

Не успели появиться, как уже нагадили.

Найл старательно, во всех подробностях, вспомнил внешность трех мужчин, чье сознание он так долго исследовал. Один — с темными прямыми волосами и свежим, еще розовым шрамом на щеке, другой — курчавый, с глубоко утопленными карими глазами и длинным носом, а третий, с виду еще молодой, имеет волосы с проседью и густые брови. Их нужно немедленно найти!