Цикл Молокин 1-3
Шрифт:
Этан лег животом на сани и оружие, которым пользовались кочевники, врезалось ему в ребра, а его пальцы, облаченные в перчатки, вцепились в грубое дерево саней. Шлем, который когда-то принадлежал варвару, неуклюже трясся на его голове, удерживаемый маской для лица и ремнями. Специальные защитные очки предохраняли от замерзания его глазные яблоки.
Десять софолдских воинов тянули сани, надев ремни от этих саней на пояс. Ветер дул им почти прямо в спину, и поэтому они двигались с такой скоростью, что Этан, вцепившийся в задок саней, бежал, не успевая отдышаться.
Собравшись с силами, Этан повернул голову, пытаясь разглядеть мерцание огней в Уонномской башне. Башня стояла на самой южной стороне острова. Она выглядела так таинственно, словно все это происходило во сне.
Но вдали светились другие огни, которых было намного больше, в тысячу раз больше. Они полыхали там, где стоял нескончаемо длинный лагерь варваров. На востоке светилась лента огней, которая терялась за горизонтом.
– Теперь запомните, приятель, если кто-нибудь заговорит с вами, изобразите глухонемого. Позвольте заняться разговорами Гуннару и его рыцарям, - предупредил Септембер. Этан слабо кивнул.
Они договорились, что если будут схвачены, то выдадут себя за одну из тех групп, которые шатаются по опустевшим селениям в надежде отыскать там съестные припасы, а, может быть, утварь или оружие, - в общем все, что можно унести с собой. Они станут рассказывать историю о том, как пробрались в подземный склад, полный всякого добра, например, масла, и просидели там довольно долго, уничтожая запасы отличного “ридли”, которого там еще полно. А теперь они пытаются вернуться обратно в лагерь, пока их исчезновение не было замечено капитаном-зверем.
Как хороший психолог и выдумщик, Этан подобрал сюжет, который показался ему более или менее правдоподобным.
Однако положение было очень опасным. Один неверный жест или слово, сказанное не вовремя, - и они могли оказаться в руках десяти тысяч разъяренных воинов.
– Прибыли. Я ее вижу, - раздался приглушенный голос великана.
Этан поднял голову и сквозь стекла защитных очков разглядел на фоне пятнистого неба черный силуэт. Никаких сомнений не оставалось: это были очертания огромной катапульты. Напряжение нарастало и, замедлив движение при виде гигантской машины, группа продолжила свой путь.
Один из рыцарей, который подошел поближе к саням.
– Внимание! Будьте осторожны. Идет патруль.
Под вой ветра, он подумал, дрожа от волнения, что могли бы они с Гуннаром и другими рыцарями раздолбить лед и, сделав укрытие, переждать там. Он приподнял шлем повыше защитной лицевой маски и потер рукой лоб. Поздно.
Этан услышал голос Гуннара, говорившего на низких тонах с кем-то, кого не было видно. Гуннар объяснял подробности их похода в поисках провизии, рассказывая о том, как им повезло, когда они нашли масло, но не нашли, к сожалению, пищу.
Затем он услышал, как один из варваров спросил, говоря на странном диалекте: “А как насчет вон тех двух? Кто они?”
Он представил, как сейчас
– А-а-а, эти, - спокойно продолжал Гуннар.
– Ну, как вам сказать… Тот карлик очень стыдится своего роста, поэтому он старается не высовываться. Ему никакие средства не помогают, даже погружение в расплавленный свежий металл, а вон тот, другой, пытался летать, прыгая с крыш. Ну и полетел - прямо вниз, став таким вот уродом.
За объяснениями последовала долгая пауза. Затем начальник патруля позволил себе расхохотаться. Но быстро взял себя в руки и посоветовал, уже серьезным тоном:
– Тогда правильнее всего, если вы отправитесь обратно в лагерь; лучше вам это сделать до того, как капитан обнаружит ваше исчезновение, а то ведь он захочет живьем с вас кожу содрать. Если снова будут крушить стены, как это делали вчера, то атака начнется утром. Так что торопитесь…
– И то правда, - согласился Гуннар.
– Мы никогда не простим себе, что упустили такой случай.
После этого еще некоторое время продолжался обмен взаимными любезностями. Но эта часть разговора происходила на таких низких тонах, по-видимому, принятых у кочевников, что Этан ничего не расслышал. Затем они смогли снова двинуться вперед, хотя на этот раз гораздо медленнее. Он поднял голову и увидел, что они вновь оказались одни на ледовом пространстве. Патруль укатил на запад, по заранее намеченному маршруту, и его уже след простыл.
– Все в порядке!
– рявкнул Септембер так неожиданно, что Этан чуть было не выронил веревку, за которую держался. От волнения он перестал замечать окружающее. Септембер тоже выглядел бледно.
– Вы не предполагали, что могут возникнуть такие трудности?
– спросил Этан. Септембер усмехнулся.
– В ту минуту, когда он спросил “о тех двух”, я почувствовал, что сейчас растекусь по льду, как тесто, - признался Этан.
– Мы еще легко отделались, - сказал Септембер.
– Второй такой встречи мне бы не хотелось…
Но встреча с патрульной группой была хорошим предзнаменованием: она означала, что никто больше не встретится на остальном участке пути. Вести бои ночью для кочевников было так же немыслимо, как рыцарям возвратиться обратно в башню.
Все воины, кроме одного, - хранителя гигантской машины - спали глубоким сном, лежа в специальных тентах, расположенных неподалеку, на площадке. Тенты были прочно закреплены на льду и защищали не только от ветра, но и от сотрясений, получаемых в результате отдачи при обстреле стены.
Туповатый охранник, тот самый единственный охранник, который бодрствовал и осматривал окрестности, ни о чем не подозревал. Он, наверное, ломал себе голову над тем, что делает группа воинов в столь поздний час на льду с повозкой, полной бочек.