Цифромагия. Исполнитель
Шрифт:
В том помещении, где находилась вирт-капсула с погруженным в игру Матвеем, колдовал над мониторами высокий человек, голая голова которого была покрыта татуировками, а глаза пылали красным огнем. Он следил за передвижениями персонажа Климова и не позволял — Алена не могла сказать, с помощью магии или хакерских навыков — администраторам «Калдт Гитт» отключить сервер. Именно он создал портал из игры в реальный мир, когда сердце босса Мглистых топей оказалось в руках Матвея.
Вытащенный из виртуала артефакт тут же забрал Мирон. Брутус хотел было помочь Климову быстрее прийти в себя, но тут у ведьмы начался очередной
Как только Матвей покинул игру, человек с красными глазами выключил компьютеры и вслед за Брутусом поднялся к ведьме — насколько поняла Алена, им предстояло преобразовать сердце Великого белого знахаря таким образом, чтобы оно обрело нужную силу в реальном мире. Девушка хотела остаться с Матвеем, но Мирон не позволил, сказав, что она может понадобиться.
Борьба за жизнь ведьмы продолжалась почти сутки. Брутус и красноглазый чародей превратили сердце босса в огромное подобие амебы с пятью щупальцами, тело которой было покрыто светящимися пентаграммами. Она парила в двух метрах над полом, излучая тепло и… силу. Как только Алена приблизилась к ней, вся усталость почти мгновенно сошла на нет. Ослабел и страх от происходящего. Но самое главное — успокоилась ведьма. Она прекратила кричать и биться, впав в транс. После этого, подчиняясь магии Брутуса, амеба обвила ведьму отростками и стала высасывать пожиравшее ее проклятие. Рогатый целитель и безволосый чародей по очереди читали заклинания, направляя силу измененного сердца в нужное русло. Это отнимало огромное количество сил и у того, и у другого. Оба выглядели так, словно боролись с осязаемым и могучим соперником. Красноглазый тяжело дышал и обливался потом, Брутус рычал и скрипел зубами. Несколько раз Мирон давал им отпить из большого желтого сосуда.
Про Алену словно забыли. За все время, пока ведьму избавляли от проклятия, девушка не получила ни одного приказания. Однако она так и не решилась покинуть покои и ждала, забившись в угол.
Так протекали часы. Амеба уменьшалась, силы Брутуса и красноглазого мага таяли, но те не могли позволить себе отступить и довели дело до конца. Когда Алене позволили уйти в ее каморку, ведьма крепко спала — и сон ее продлился больше двух дней. Девушка в это время выполняла обязанности обычной прислуги: убиралась, готовила Мирону, Брутусу и лысому чародею.
Потом ведьма пришла в себя. Рогатый целитель обследовал ее при помощи магии и сказал, что все получилось, однако на восстановление сил уйдет немало времени. Ведьма и сама это чувствовала, а потому еще три дня провела в постели. Алена же была при ней в качестве сиделки и не могла не отмечать, как быстро та выздоравливала. Хозяйка убежища была довольна и решила наградить девушку — позволить ей увидеться с Матвеем.
Услышав все это, Климов вздохнул, не выпуская Алену из объятий. Несколько секунд он сидел молча, собираясь с духом. Потом, наконец, решился спросить о том, что тревожило больше всего:
— Скажи, пожалуйста… Они… не обижали тебя? Не унижали? Ведьма, Мирон, Брутус… Никто не сделал тебе… ничего плохого?
— Не волнуйся, — Алена подняла голову, посмотрела на Матвея и улыбнулась уголками губ. — Все хорошо, насколько это возможно. Да, мне трудно, я выматываюсь, иной раз даже на пару минут некогда присесть. Но со мной обращаются нормально, как… как с домработницей.
Алена отстранилась и обвела палату полным сочувствия и боли взглядом. Покачала головой.
— Почему тебя держат здесь? — шепотом, из-за подступающих слез, спросила она. — Неужели они не могут найти хоть немного лучшее место?
Матвей поджал губы. Объяснять не хотелось, но и оставлять вопрос любимой без ответа он не мог.
— Ты ведь помнишь, что говорила ведьма, когда только похитила нас? Она считает, что ненависть к этому месту поможет мне лучше справляться с заданиями. И возможно, она права, — немного подумав, добавил он.
Видя, что Алена готова снова заплакать, Климов заговорил как можно тверже:
— За меня не волнуйся. Тут не так плохо, как кажется на первый взгляд. Скажи… — он решил схитрить, чувствуя, что заверения бесполезны, — Мирон не показывал тебе фокус?
Маневр удался — Алена удивилась.
— Фокус? Какой?
— Неважно, — у Матвея отлегло от сердца.
Раз злобный карлик отказал себе в удовольствии напугать девушку, значит, Алена не покривила душой, пытаясь успокоить Климова, когда говорила, что никто ее не обижает.
— Я до сих пор… — Алена нахмурилась, глядя на огонь в печке, — не могу принять, что все это происходит на самом деле. Это как кошмарный сон. И я все жду, жду, жду, когда он закончится.
— Да, — тихо ответил Матвей. — У меня точно так же. Я ведь только сейчас, когда тебя увидел, осознал, что нахожусь в реале. А до этого… чего только не предполагал. И атаку хакеров на «Киберполигон», и сбой в серверах…
— Но что дальше? Как долго нас будут держать здесь?
— Я не знаю. Прости, — Климов ощутил вину за собственное бессилие. — Ведьма говорила, что ей надо завершить дело. Для этого и нужен игрок. Значит, рано или поздно она добьется своего, и тогда… — он прервался, осознав, что совершенно не представляет, какая участь ждет его и Алену после того, как ведьмин план удастся. Почему-то Климову совершенно не верилось, что им просто так дадут уйти. Однако говорить об этом не стоило: — И тогда мы будем свободны.
— Послушай, не надо так делать… — в голосе Алены чувствовалось возмущение. — Не считай меня глупой и не пытайся напрасно успокаивать. Я точно так же, как и ты, не знаю, что будет потом. Но понимаю: просто так, с миром и на все четыре стороны, нас не отпустят. И надо что-то делать.
— Прости… Но я не знаю, что нам делать, в этом-то и беда. Бежать бесполезно — за нами наблюдают каждую секунду.
— Ты уверен?
— На сто процентов. Иначе ведьма не оставляла бы меня так — одного в пустом здании с дырами вместо окон. То же самое и в игре. Даже если меня отправят в знакомый мир, где куча друзей, я не смогу маякнуть, что мы с тобой в беде. Поэтому не буду и пытаться, иначе станет только хуже.
— Значит, нам остается только делать, что говорит ведьма, и ждать, — пробормотала Алена, побледнев. — Ждать непонятно чего…
— Правильно рассудила, деваха, — просипел появившийся в дверном проеме Мирон. — Дело делайте, а мыслей лишних чтобы в ваших головах не появлялось. А то худо будет, — он многозначительно посмотрел на Матвея. Потом хлопнул в ладоши, потер одну о другую. — Свидание закончено, между прочим. Намиловались — и хватит. Хозяйка ждет, — последней фразой он обращался к Алене.