Цифромагия. Исполнитель
Шрифт:
Использовав баф на скорость, Матвей совершил рывок. Касатка, тем временем, избавилась от отравления, и в дело вновь пошли стрелы и лук.
Вот так, перебегая от одного конца широкой дуги до другого, стреляя и кидаясь бомбами, Климов покончил с первой твариной. Когда она отправилась в «цифровое небытие», то, по задумке разработчиков, отдала свою жизненную силу собратьям, сделав их быстрее, живучее и дамаговее на пятнадцать процентов. А если бы те получили до ее гибели какой-либо урон, то их ХП восстановилось бы полностью, даже из красного
А сейчас пора было браться за следующего…
Умерщвляя вторую касатку, следопыт Экс придерживался той же тактики: отбежать на безопасное расстояние, пострелять из лука, пока тварь не заработает ДОТ, покидаться бомбами… И вскоре мобов осталось двое, а смерть сородича приплюсовала к их статам еще двадцать процентов.
Тут-то и начались сложности, о которых ведьма, видимо, не успела узнать: почувствовавшие собственную силушку монстры принялись валить деревья, вынуждая Матвея отступать от островка.
«Разрабы в своем репертуаре, — подумал он, не чувствуя однако особой досады. — Придумывают что-то новенькое в последний момент».
Тем не менее, на этом этапе сражения попотеть пришлось изрядно. Причем геморроя добавили чешуйчатые обезьяны, обретавшиеся неподалеку, и пара ульев. А один раз Климов, с просевшим до семнадцати процентов здоровьем, едва не ухнул в жижу, но основательно прокаченная ловкость выручила.
С третьей тварью он расправился не меньше чем за двадцать минут. Наконец касатка подохла, благодаря чему последняя получила еще плюс тридцать процентов к характеристикам. Таким образом она стала почти вдвое мощнее по сравнению с началом боя.
«Она теперь мало чем уступает какому-нибудь боссу из начальных локаций, — подумал Матвей, увернувшись от сгустка дебафящей гадости. — Но зато она одна».
Выгадав момент, Климов навесил на касатку отравление — теперь для этого требовалось десять стрел. Оставалось всего две, а бомб — пять, но Матвея такие обстоятельства не напрягали. Запасы удалось растянуть даже дольше, чем он рассчитывал. А теперь пришла пора подключать тяжелую артиллерию. Причем тяжелую как для противника, так и для самого Матвея.
Огненный Клич Виверны… Мощнейшая пиромагия в мире «Калдт Гитт». Добыть заветный свиток можно было только в одном месте — Пепельном каньоне, где и обитали крылатые бестии, пышущие пламенем. Матвей провел там весь второй день подготовки, расправляясь с местными зверюгами, качаясь и надеясь, что «уж вот с этой-то точно дропнется…» Дропалось крайне редко, тем не менее усердие принесло плоды, и сейчас Климов был обладателем семи свитков с заклинанием Виверны.
Снимало оно очень и очень знатно, однако дамажило и того, кто его использовал, если юзер не являлся магом-пиромантом. Матвей прекрасно понимал, что сейчас хилки полетят одна за другой, но был готов к этому. Как-никак до цели оставался всего лишь один, последний рывок…
Касатка буйствовала, желая добраться до человечинки.
Здоровье проседало со скоростью примерно три процента в секунду. Попавшая под огненный душ тварь заверещала, замахала лапами. Климов не без удовлетворения отметил, что полоса жизни моба сокращается куда веселее, чем у его отравленных и закиданных бомбами собратьев.
«Хорош», — скомандовал Матвей сам себе, когда ХП осталось двенадцать процентов.
Он запрыгал с ветки на ветку, стремясь оказаться как можно дальше от монстра, чтобы спокойно привести себя в порядок и подготовиться для следующей атаки. На все про все ушло не больше минуты, и когда тварь, чей запас здоровья сократился на четверть, подгребла мстить, Климов встретил ее во всеоружии.
Чтобы расправиться с последним чудищем, потребовалось еще четыре огненных залпа. И лишь после того, как враг исчез, Матвей ощутил, насколько вымотался. Трое с лишним суток в игре… Безвылазно… Никогда прежде он не зависал в виртуальном мире дольше, чем на десять-одиннадцать часов.
«Ладно, осталось чуть-чуть, — сказал себе Климов, глядя на клочок суши. Как только он расправился с последним врагом, покрывавшую островок траву охватило голубое свечение. — Тем более опасности больше нет. Надо просто дойти и взять…»
В горячке боя касатки устроили нехилый лесоповал. Некоторые деревья, наполовину утонув в жиже, лежали почти вплотную к островку, и Матвей добрался до земли, не промочив ног и, что самое важное, не заработав отравления. Противоядия у него имелись, а вот хилки закончились. При этом шкала ХП была в желтом секторе.
Едва Климов ступил на островок, как в глазах запестрели сообщения о том, какой он весь из себя крутой и бла-бла-бла… Также следопыт Экс поднялся аж на три уровня и заработал кучу местных денег и всяких полезных вещей. Представив, как бы он сейчас ликовал, находясь здесь под акком Борна, с друзьями-соклановцами и при обычных обстоятельствах, Матвей лишь слабо усмехнулся. Силы утекли вместе с хитпоинтами последнего моба. Причем такое уже случалось — и не единожды: одержав долгожданную победу, идя за призом, Климов чувствовал опустошение. Он не знал, почему так происходит. Возможно, его душа слишком прикипала к предваряющим награду испытаниям…
Как бы там ни было, Матвей шел к цели — растущему в центре островка белому светящемуся грибу высотой в полтора метра. Под широкой шляпкой виднелось остроносое, почему-то кажущееся болезненным лицо с широко расставленными глазами и маленьким тонкогубым ртом. Худые руки нечто прижимало к ребристым бокам и чуть заметно шевелило пальцами. Грудины не было, и Климов видел, как во вскрытой грудной клетке бьется сердце существа — ценнейший артефакт мира «Калдт Гитт», способный исцелить Хворую Матерь от безумия.