Чужой
Шрифт:
— Нет никого в ресорте уже, ни одной машины, — сказал он, подходя к нам с Джо.
Мы с моим попутчиком отошли в сторону от группы едоков, прихватив свои бургеры и воду. С еды, к слову, потянуло в сон, ночью ведь отдохнуть не удалось, плюс «адреналиновый отлив» совсем добивал.
— Самолет сообщил?
— Да. Но я вот к чему: медэвак я не отменял, хочу туда слетать. И взять вас обоих. Посмотрим, что там и как.
Я откровенно позавидовал ополченцам, которые остаются в городе. Распускать их не стали, но и в бой рваться им теперь без надобности, будут
— А я там точно нужен? — спросил я у Мартенсена.
— Нужен. — ответил за него Поплавски. — Это все же официальное расследование.
Затем Мартенсен выкрикнул несколько фамилий и названные бойцы начали быстро грузиться в машины. Нас Мартенсен позвал с собой. Он забрался на переднее сиденье, мы с Джо втиснулись на задние. Кстати, у такого огромного «хамви» и так сзади всего два сиденья, но они еще и тесноваты при этом.
Машины сорвались с места, сформировав короткую колонну, пронеслись по улицам городка, выскочили на узкое шоссе, и вскоре я увидел указатель «Аэропорт округа Джонсон», висящий на въезде на летное поле с одной широкой асфальтовой взлетно-посадочной полосой.
Аэропорт был маленький, куда проще и меньше чем тот, на котором я работал в Канзасе. Но вот самолетов и вертолетов на нем было немало, явно натащили из других мест, а заодно бригада строителей собирала быстровозводимые ангары в дальнем конце территории. Приходится расширяться, похоже, захолустный Баффало неожиданно превратился в столицу территории.
«Хамви», обогнув скромное здание терминала, выскочили на большой пустырь, на котором из бетонных плит были выложены площадки под вертолеты — тоже явный новодел. У одного из таких вертолетов, большого темно-зеленого «блэкхока», стояли двое пилотов.
— Медэвак? — усомнился я, глядя на вертолет.
— Переделали, — пояснил Мартенсен. — И красный крест закрасили. У национальной гвардии штата только «Геркулесы» и медицинские вертолеты, а нам нужны обычные. Вот и выкручиваемся.
Выкручивались, до кучи, еще и установкой пулеметов в проемах. За одним как раз сидел боец в обычном камуфляже, но пилотском шлеме, что-то пытаясь сделать с коробом ленты. Никаких дополнительных команд не потребовалось — выскочившие из машин бойцы полезли на борт, экипаж тоже кинулся на свои места. Я оказался в середине заднего ряда сидений, повернутый лицом по ходу полета, рядом с Мартенсеном. Заодно поинтересовался невинно:
— Без прикрытия летим?
— Без, — по-простому ответил он. — В случае необходимости вышлют второй вертолет. Если со связи пропадем и вовремя не вернемся. Ресурс техники надо беречь.
— Я понял.
Заныли стартеры, засвистела турбина, винт над головой начал быстро раскручиваться. Затем машина плавно оторвалась от земли, наклонилась на нос и пошла вперед, быстро набирая высоту. Заросшая сухой травой земля ушла вниз, потом как-то перекосилась, когда вертолет лег на курс, и понеслась под нами назад, словно кто-то скатерть со стола тащил. Замелькали
Кроме нас троих, считая Мартенсена, Джо и меня, в кабине сидело пятеро бойцов — три автоматчика, пулеметчик и связист. Вид у всех был спокойный
— Долго лететь? — спросил я у Мартенсена.
— Скоро будем, минут пятнадцать, не больше, — ответил он. — ты же там был.
— Так мы что туда, что оттуда таким кружным путем добирались! Даже пешком шли.
— А, да, верно. Нет, здесь очень близко, отчего и суета такая. Нам большая банда под боком совсем не нужна.
— Надо перекрыть подходы.
— Легко сказать, — кривовато усмехнулся он. — Дорог много. При желании и с правильными машинами можно и без дорог проехать. Не везде, но можно. А нас мало.
— В Канзасе наладили постоянное воздушное патрулирование. Очень помогало.
— Нам тоже надо, но у нас пилотов почти нет. На вертолеты всего два экипажа. Обучаем еще два, но им пока до совершенства далеко.
— Легкие самолеты, на них проще всего. В Коди весь аэродром цел.
— Цел, но не успеваем. На самолеты у нас тоже всего пять человек, и работы у них выше головы.
— Могу помочь, если надо. На чем-то простеньком я летаю, — попробовал я закинуть соблазнительную для меня же идею.
Мартенсен спорить не стал, сказал лишь:
— Если соберемся туда — я тебя позову.
— Вы бы быстрее собрались, а то я уеду скоро.
— Поговорим когда вернемся.
Ну вот, похоже, что я поеду за самолетом. Как-то я хочу самолет, очень мне понравилось на нем пересекать Америку. Ни банд на дорогах, ни даже потери времени. Нужен самолет, там для меня наверняка что-то найдется.
Равнины закончились, вертолет несся над зеленым бугристым одеялом Национального леса Бигхорн, покрывшего склоны одноименного хребта. Это по нему мы вчера бегали, разве что не здесь, а дальше к северу. А лес большой, потеряться в таком проще простого. К тому же он горный, то есть выдержать направление почти невозможно, распадки и склоны уведут туда, куда ты и не собирался.
Когда горы снова перешли в равнину, вертолет сбросил высоту до сотни, наверное, метров. Бортстрелки явно подобрались, уселись поудобней за своими «газонокосилками», из чего я сделал вывод, что мы приближаемся к месту. Бойцы рядом со мной тоже уже не выглядели расслабленными.
Машина совсем прижалась к земле, затем чуть зависла и мягко опустилась на чуть скрипнувшие полозья, прямо посреди асфальтовой ленты шоссе. Винты еще продолжали вращаться, гоняя ветер и пыль, но мы уже выпрыгнули, отбежали от вертолета и упали на землю, образуя оборонительный периметр.
Но ничего не случилось. В нас не стреляли, нас не атаковали ни люди, ни твари. Мотель выглядел опустевшим. Ни машин, ни людей.
— У пруда! — вдруг сказал Мартенсен, опуская бинокль. — Вижу остатки цирка. Похоже, что Брэда мы нашли.