Чужое сердце
Шрифт:
В овальном зале за полукруглым столом сидели шестеро. Пожалуй, стоит описать каждого. Начну с крайнего левого. Им оказался наш встречающий, и заострять на нем внимание незачем. Справа от него сидела леди. Старые глаза сильно выделялись на фоне молоденького напомаженного личика. Мне она сразу не понравилась, от ее цепкого взгляда оторопь берет. Далее у нас пузан с лысиной и моноклем, прямо Ози номер два. Понятное дело, к нему я тоже не испытывал симпатий. Четвертым был глубокий старец с редкими, почти прозрачными волосами, желтыми ногтями и ярко-голубыми глазами. Казалось, он смотрит не на меня, а сквозь меня – знакомый взгляд, не предвещающий ничего хорошего. Предпоследним
– Имя? – спросил пухлый.
– Ройс, – ответил я и, улыбнувшись, добавил: – Тим Ройс.
– Откуда родом и немного о себе: краткая биография, чем занимался, почему хочешь стать магом.
– Родился и вырос в деревне Чистые Ключи, в возрасте четырнадцати лет попал в замковые слуги к графам Гайнесским, но через год замок пал. И я оказался на улице, но, слава богам, меня подобрал странствующий воин. Мы с ним много путешествовали, а потом я узнал, что обладаю магическими задатками, ну и решил испытать судьбу. Правда, денег не было, поэтому год назад пошел в наемники. Вот, собственно, и все.
– Где служил? – осведомилась обладательница молоденького личика и старых глаз.
– В «Пробитом золотом».
Девушка кивнула и что-то отметила в своем листке.
– А почему магом-то хочешь стать? – спросил ровесник.
– Потому что могу, – пожал плечами я.
Экзаменаторы переглянулись, и лишь старик все продолжал глядеть сквозь меня.
– Ладно, – махнул рукой пузан. – Милорд Сонмар, проверьте юношу.
Сердце забилось со скоростью бегущей лани, на спине выступил пот.
– Юноша, – вопреки ожиданиям у старика с небесно-голубыми глазами оказался очень чистый голос, – вы уверены, что хотите стать магом? Я вижу, у вас есть задатки, но они не очень велики, я бы даже сказал – малы. Вы потратите пять лет и целое состояние, но в итоге не получите ни славы, ни богатства, ни уважения, да и силы особой тоже.
Остальные маги зашептались. Кажется, они были недовольны стариком.
– Слава не спасет меня от холода, если я окажусь пещерах Харпуда, – пожал плечами я. – Я не смогу наесться золотом, блуждая по лесу, в бою уважение не прикроет мне спину. Ну а сила… – Тут я приобнажил клинки и снова убрал их в ножны. – Я не считаю себя слабаком.
– Что ж, видят боги, – старик приподнял краешки губ, – буду рад видеть вас на своей кафедре.
Лица экзаменаторов вытянулись, а пожилая мадам схватилась за сердце.
– Заклинатель, – произнес свой приговор седовласый. – Чертильщик.
Эпилог
Герцогиня Рейла эл Гийом
Рейла наконец-то сбежала от этого Дирга. Он слишком близко к сердцу принял наставление главы рода и действительно не отходил от сестренки ни на шаг. Вскоре это стало доставать. Так что когда комиссия выдала вердикт «стихийница», юная герцогиня выбежала во внутренний двор, всучила казначею чек и смылась в неизвестном направлении. Но вот беда, она совсем не умеет ориентироваться в пространстве…
– Где я? – прошептала леди.
Она обнаружила себя в каком-то парке, вокруг были одни деревья и трава. Девушка запаниковала и бросилась напролом. Продравшись через какой-то куст, она очутилась у подножия холма. На возвышении рос раскидистый толстенный дуб. Рейла решила забраться на холм и осмотреться: может, ей удастся найти дорогу и избежать подколок Дирга, а он ей такое точно не забудет.
Подобрав подол
– Прекрасный день, не правда ли? – Голос у него оказался очень приятным и смутно знакомым.
– День как день, – удивилась герцогиня.
– Возможно, – протянул незнакомец. – Но вы присядьте сюда. – Он похлопал рукой прямо рядом с собой.
Рейла растерялась. Это оскорбление? Или он просто не соображает, с кем говорит, из-за закрытых глаз?
– Присядьте, закройте глаза и наслаждайтесь. Не упустите возможность, иначе придется ждать еще целый год.
Герцогиня Гийом помялась, но все же присела на траву. Платье ей было не жалко, а вот любопытство стало непреодолимой силой. Прикрыв глаза, леди стала ждать, сама не зная чего. Когда чаша терпения уже почти наполнилась, Рейла ощутила нечто такое, что сложно передать словами. Тревоги куда-то ушли, вместо них на душе воцарилось спокойствие. Ласковые лучи солнца больше не казались палящим зноем, крона надежно укрывала от жара дневного светила. Северный ветер приносил прохладу и приятно обдувал лицо. Герцогиня задышала ровнее. Впервые за долгое время она смогла забыться. Природа обволакивала ее и качала, как заботливая мать качает ребенка. Теперь Рейла поняла, о чем говорил незнакомец. Но ей также показалось, что, если оставить все как есть, фактически это будет означать поражение, а ее род никогда не проигрывает.
– Если у тебя есть свободное время, лучше потратил бы его на что-нибудь стоящее, – упрекнула она незнакомца, впрочем даже не пытаясь открыть глаза.
Вдруг парень рассмеялся, но смех не был обиден, наоборот, от него веяло теплотой и радостью.
– Времени у меня теперь столько, что хватит на несколько жизней, – ответил он. – Так куда же мне торопиться?
Девушка не нашлась с ответом, ведь маги действительно живут дольше обычных людей. Но отступать она не собиралась и поэтому крепко задумалась над контраргументом.
– Миледи, – раздался чуть насмешливый голос, – вам не пристало находиться в обществе грязной обезьяны.
Рейла вскочила на ноги, но вовсе не из-за того, что ее задели эти слова. Она была обижена за этого парня, подарившего ей пусть минутный, но покой. На холме стояли еще трое парней, но двое из них были моложе незнакомца – примерно того же возраста, что и герцогиня. На них были богатые костюмы, но при этом у всех троих отсутствовал некий внутренний стержень.
– С каких пор дворянин указывает аристократу, что ему делать? – В голосе Рейлы звучала сталь.
Предводитель троицы широко распахнул глаза и тут же галантно поклонился.
– Прошу простить мне мою грубость, – затараторил он. – Я беспокоился лишь о вас.
– Разве я просила об этом?
– Прошу простить меня, – повторил юноша. – Больше не смею вас беспокоить.
Он развернулся и зашагал прочь. За ним поспешили и остальные, правда, один, которому было за двадцать, задержался. На его лице отразилась напряженная мысленная работа, будто он силился узнать кого-то, но не мог. Впрочем, через мгновение и он убрался с холма.