Чужак
Шрифт:
Но Типпетт по-прежнему размахивал дубинкой.
А Фрайман тем временем успел ударить Элис по плечу. Та вскрикнула, пошатнулась и упала, не выпуская из рук молотка. Она пыталась встать на ноги, но Фрайман, стоявший над ней, замахнулся, чтобы снова ударить. И тут вновь раздался грохот, и Фрайман с воплем упал, прижимая руку к ноге, из которой хлестала кровь.
Саймон подбежал к Элис и помог встать. Она взглянула на рану Фраймана и побледнела. Но не упала в обморок, не зашлась в приступе рвоты. Улыбнувшись, она сказала:
– Меткий
– Легче, чем сдерживать натиск тысячи зулусов, – небрежно пожав плечами, ответил Саймон, но внутренне содрогнулся. Господи, да знал ли он когда-нибудь подобный страх?
– Типпетт. – Элис кивнула в сторону констебля, стоявшего перед толпой рабочих. Они бы бросились на него, но у него в руке была дубинка.
Саймон подбежал к неподвижному Стокему. Тот не издал ни звука, когда Саймон похлопал его по карманам в поисках патронов. Проклятие! Этот идиот ничего не захватил с собой, так что винтовка оказалась бесполезной. Он повернулся к Типпетту. Старший констебль увидел лежавшего на земле Фраймана, а затем понял, что Оливер сбежал. Лицо его исказила злобная гримаса, и он направился к Саймону, вытянув перед собой дубинку, чтобы удерживать противника на расстоянии.
– Безопасное место! Тут всегда был порядок! – заорал констебль. – Все было у меня под контролем, пока не появился ты!
Они с Саймоном стали ходить по кругу, пытаясь перехитрить друг друга.
– Тебе ни к чему держать их в страхе. Это был твой выбор, – отрезал Саймон.
– Это была моя деревня, а ты все испортил. Все разрушил!
– Он все исправил, – возразила Элис.
Саймон хотел ей напомнить, что она тоже сделала все возможное, чтобы шахта перешла в руки рабочих, но сейчас было не время для таких разговоров.
– Заткнись, сука! – прорычал Типпетт. – Нужно было выгнать тебя из деревни или отвезти туда, где место потаскухам и бунтовщикам!
– Однако вы этого не сделали. И вот я здесь со своим молотком. И готова проломить вам голову.
– А ты здесь один, – добавил Саймон.
– Это место принадлежало мне! – заревел Типпетт, бросаясь на него как разъяренный бык.
Саймон усмехнулся: он был рад драке. Со времени своего первого появления на «Уилл-Просперити» он дожидался этого момента. Следовало отплатить Типпетту за все то зло, что он причинил.
Тут старший констебль размахнулся дубинкой, но Саймон, держа винтовку обеими руками, успел отразить удар и всадил приклад ему в живот Типпетт. Тот взвыл от боли, но тут же снова бросился на Саймона и, изловчившись, сумел ударить его.
Элис вскрикнула. Саймона же охватило бешенство. Отразив очередной удар, он ударил констебля прикладом в подбородок, а затем, прежде чем тот успел упасть, добавил еще и по голове.
Типпетт рухнул, даже не застонав, и больше не двигался. Не шевельнулся и тогда, когда Саймон толкнул его носком ботинка.
Шахтеры подошли поближе, но были очень
– Он мертв? – спросил Байс.
– Жив, – ответил Саймон. – Но и ему, и всем остальным нужна помощь доктора.
– В тюрьме, – добавила Элис.
Шахтеры утвердительно закивали.
Саймон повернулся к Байсу.
– Поезжайте в ближайший город, где есть хороший доктор, и привезите его сюда. А потом – и представителей закона.
Молодой констебль кивнул, но тут же спросил:
– А разве я уже не представитель закона?
– Из вас выйдет прекрасный старший констебль, но это дело пока что вне вашей юрисдикции.
– Да, сэр. – Байс подбежал к лошади и вскочил в седло.
– Констебль Байс! – окликнул его Саймон.
Молодой человек вопросительно взглянул на него.
– Вы отличный парень, – сказал Саймон.
Новый старший констебль покраснел и, тут же подстегнув лошадь, ускакал.
– А вы присмотрите за ранеными, – обратился Саймон к толпе. – Соберите всех, кто валяется внутри и здесь, и свяжите веревками… или чем сможете найти. И перебинтуйте рану Фраймана.
– Ему следовало бы истечь кровью в грязи, – пробормотал кто-то.
– Может, именно этого он и заслуживает, – спокойно ответила Элис. – Но пусть предстанет перед судьей. Как и остальные. – Она обернулась к людям, выходившим из шахты: – С ними все хорошо?
– Да, мы слышали Генри. Там все в порядке. Поднимутся минут через десять.
Элис прижала руку к груди и вздохнула с облегчением. Саймон умирал от желания обнять ее, но следовало закончить ремонт насоса. Он стиснул руку девушки и, подхватив винтовку, вернулся в машинный зал. Элис последовала за ним и тут же вытолкнула дрожавшего Харролда наружу. После чего рабочие уносили раненых управляющих.
Прошло еще несколько минут, и насос заработал в полную силу. Саймон ждал ощущения триумфа, но на душе было тяжело и причина этого стояла рядом, молча наблюдая за ним.
– Позже придется еще раз спуститься в шахту и посмотреть, какой ущерб нанесло затопление, – сказал он, вытирая руки ветошью.
– Все это не столь уж важно, – ответила Элис, откладывая молоток. – Главное – мы в безопасности.
Она повернулась к Саймону. Лицо ее было в грязных потеках, волосы выбились из пучка, но глаза сияли.
«Прекрасна, как никогда», – промелькнуло у Саймона. Боль в спине отдавалась во всем теле, но еще сильнее была боль, пронзившая сердце.
Тут Элис обняла его, и они прижались друг к другу.
– Все сделано, – прошептала она. – И все кончено.
Оба знали, что она говорила не только о шахте, но им не хотелось это признавать. Слушая радостные крики во дворе, они долго стояли, крепко прижавшись друг к другу и стараясь не думать о будущем.
Глава 18