Чудотворец
Шрифт:
Фильцов сделал пару шагов назад и остановился рядом с Николаем, который пристально взглянул на женщину.
– У нее муляж. Бомба только у этого, – Арбенин кивнул на лежащего без сознания Талаева, и Фильцов в ту же секунду рванулся по проходу, ногой выбил из руки Галины фальшивый пульт и заломил ей руку.
– Полет окончен, – улыбнулся он открывшему глаза Талаеву. – Добро пожаловать в Лондон!
…В небольшом кабинете генерал нависал над сидевшим
– Я сказал: никакой самодеятельности!
– Товарищ генерал, все же получилось, – с укором проговорил Фильцов.
– А если б не получилось?! С тебя бы потом три шкуры содрали?!
– И с меня тоже – всем бы досталось… Но там вариантов не было: он психанул, мог в любой момент на кнопку нажать!
– Ты кто ему?! Адвокат?!
– Объективный свидетель. Николаю Ильичу надо спасибо сказать, а то было бы, как с Овечкиными…
Генерал покрутил головой и пробурчал:
– С тобой мы потом поговорим.
Фильцов и Арбенин вышли в коридор.
– Не бери в голову, он тоже доволен, – улыбнулся подполковник. – Работа у него такая: орать, – он остановился и протянул Николаю руку. – Спасибо, Коля! Я твой должник.
На крыльце офиса толпились люди: десяток женщин и один старичок. Зубарев не пускал их в офис, но старался говорить как можно вежливей.
– Все уже занято – приходите тридцатого, запись будет на следующий месяц.
– На полминутки!
– Только взглянуть!
– Вы поймите, он же не робот – не может по двадцать часов в сутки…
В этот момент к крыльцу подъехала новенькая иномарка, и из нее вышла броско одетая женщина лет сорока.
– Не может человек! – по-хозяйски бросила она, поднимаясь по лестнице. – По-русски не понимаем? Расходимся-расходимся!
Она развернула одну женщину за плечи, направляя с крыльца, отодвинула другую и оказалась вплотную к Зубареву.
– Он здесь?
Зубарев несколько настороженно кивнул.
– Веди. Я Нина Калинина от Сергея Дмитриевича.
– От кого?
– От твоего хозяина! Седого знаешь, кумарик?
– А-а, да… Он же тоже партнер…
Настя сидела за столом и разговаривала по телефону. Юра Арбенин просматривал свежие номера газет.
– Нигде ни строчки! – возмутился он. – Самолет захватили – ни фига не событие!
– Пока не могу сказать – поговорю с ним – в любом случае, не раньше декабря… Конечно. Я позвоню, – Настя положила трубку.
– В газетах вообще не пишут! Боятся, что все побегут самолеты захватывать?
– В Свердловске тоже хотят три выступления – Дворец Культуры на тысячу мест…
– О! Можно объединить с Куйбышевым…
– У
– Есть такое чудо техники, с крыльями – как птица, только кормить не надо… Нет, их в последнее время часто захватывают, – Юра задумался. – Тогда можно объединить с Ашхабадом и до Куйбышева добраться на верблюдах!
Настя и Юра посмотрели друг на друга и улыбнулись.
– Дурак, да? – Юра приподнял бровь.
– Просто смешной…
– Как хомячок? У меня в детстве был – тоже такой забавный, нелепый.
– Ну, во-первых, ты крупнее…
– Как морская свинка?
– Уже ближе, – прыснула Настя. – А что ты больше никуда меня не зовешь? Надоела?
Улыбка на губах Юры застыла.
– Да нет… Не хочу навязываться.
– Еще и скромный? Просто идеал мужчины!
– Хочешь, навяжусь?..
На диване, откинувшись на спинку, с закрытыми глазами сидела слепая девушка, Рита. Она находилась в глубоком трансе.
– Тепло, уютно, тихо… Тебе хорошо здесь… Это твой дом, твоя мама… Ты слышишь ее голос… Голос папы… Они говорят о тебе… О том, что тебя еще нет… Но ты уже есть – они просто не видят тебя… И ты их не видишь… Но скоро увидишь… Очень скоро. Сядь. Откроешь глаза, когда я скажу…
Николай помог Рите сесть ровно и включил мощную лампу в режиме стробоскопа, которую направил в лицо девушки. Затем он поднес дрожащие от напряжения ладони к голове Риты, остановил в нескольких сантиметрах от волос.
– Скоро все изменится… Будет холодно, страшно… Захочешь кричать – кричи… Начнется другая жизнь… Ты впервые увидишь свет… Открой глаза.
Девушка послушно разомкнула веки, и в этот момент Николай нажал на кнопку, переключив лампу из режима стробоскопа в обычный. В лицо девушке ударил мощный луч света, но та не отреагировала.
После небольшой паузы Арбенин спокойно сказал:
– Ничего страшного. Работаем дальше.
Рита опустила голову и чуть не расплакалась.
В этот момент за дверью послышались шаги и голос Зубарева:
– Стойте! Туда нельзя!
В кабинет решительным шагом зашла Калинина, почти сразу за ней влетел Зубарев.
– Нет у меня времени ждать! Девочка, посиди в коридоре, и вырубите лампу – дышать нечем!
В ответ на мрачный, тяжелый взгляд Арбенина Зубарев лишь с виноватым видом развел руками, выключил лампу и пояснил:
– От Сергея Дмитриевича…
Калинина тем временем по-хозяйски расположилась на стуле.
– Нужно сглазить одну овцу – отворожить, на хрен, от моего мужа! Зеленью не обижу… Вы еще здесь?! – последнее было адресовано Рите и Зубареву.