Чудотворец

Константинов Дмитрий Васильевич

– Ты что делаешь?! – девушка уклонилась от его губ и попыталась вырваться, но Юра был чрезвычайно настойчив.

– Не уходи… Настюша, пожалуйста?.. Я люблю тебя!..

– Отпусти меня! – она с силой оттолкнула его и крикнула: – Ты с ума сошел?!

– Сразу! – решительно признался Юра. – Как только тебя увидел!

– Не смей больше так делать! Ты меня понял?!

Юра помолчал и криво усмехнулся:

– Понял-понял… Вот если б здесь Коля был – тогда другое дело, да?

– Что ты

несешь?

– Настя, я не слепой! Вижу, как ты на него смотришь! А ты ведь ему не нужна!.. Вообще не нужна!

– Иди домой! – в голосе девушки зазвенела ярость. – Завтра поговорим!

Она рывком распахнула дверь и быстро скрылась в подъезде.

Юра еще какое-то время стоял у захлопнувшейся двери – несчастный, подавленный. Затем он медленно развернулся и ушел.

* * *

Глубокая ночь. Дверь в комнату, где спал Денис, была закрыта, и все же Вера говорила по телефону чуть ли не шепотом.

– Он клялся, что спичек не было! Да я и сама не нашла! Витя, боюсь, он на самом деле… взглядом… Ты понимаешь, что это значит?!

– Чего ты боишься? Радоваться надо, наш сын не такой, как все!.. Как эти миллионы беспомощных, бессмысленных муравьев! Копошатся чего-то, бегают – вся жизнь уходит на то, чтоб размножиться и муравейник достроить… Я сразу знал… чувствовал: Дениска другой – особенный!

– Тебе легко говорить! – нервно усмехнулась Вера. – Приходишь раз в неделю или звонишь ночью пьяный!.. А я хочу, чтоб мой сын был нормальным, обычным ребенком!

– Ну, это желание бессмысленное… потому что невыполнимое. А в остальном… Если хочешь, можем жить вместе – одной дружной семьей! Прямо сейчас! Завтра я буду в Свердловске, возьми на работе пару недель за свой счет, прилетайте с Дениской ко мне. Что ты молчишь?

Вера помолчала и, наконец, произнесла, тщательно подбирая слова:

– Сейчас ты… не вполне трезвый… Давай завтра об этом поговорим? Если захочешь… Спокойной ночи.

Ранним утром в дверь квартиры Веры позвонили, на пороге стоял Мальков.

– Гена?.. Что-то случилось?!

– Нет-нет! Извините, что разбудил – времени мало, – Мальков протянул Вере авиабилет. – Самолет в два часа дня, а вам еще отпуск на работе оформить.

Вера машинально взяла билет и подняла взгляд на Малькова.

– Как вы купили… ночью, без паспорта?

Тот сдержанно улыбнулся:

– Очень старался. Виктор Витальевич просил передать: он очень ждет – и вас, и Дениску.

…Николай Арбенин, Патаев и Конев сидели в отдельной кабинке ресторана. Патаев рассматривал лежащие перед ним бумаги и фотографии Олега Волина в коматозном состоянии.

– По паспорту он теперь Павел Сергеев, – рассказывал Николай. – Двенадцать дней назад поступил

в больницу города Чеботаевска в состоянии комы. До сих пор там, из комы не вышел, и… вряд ли выйдет… В общем, я свою часть договора выполнил.

Патаев не отреагировал, задумчиво глядя на фотографии.

– А этот зачем здесь? – Арбенин кивнул на Конева. – Если честно, он меня раздражает.

Снова не последовало никакой реакции, даже Конев не шелохнулся.

Наконец, Патаев поднял взгляд на Николая и спросил:

– Жена его там? С ним?

– Была с ним… Когда врачи сказали, что шансов нет, куда-то уехала.

– Найдешь ее – теперь это ее долг…

Николай протестующе вскинул руку:

– Так, стоп! Мы же договорились: найду парня – порвем расписку! Я его нашел!

– Я с тобой ни о чем не договаривался, – усмехнулся Патаев, – я тебе дал задание. Ты его выполнил, молодец. Но денег я не вернул… Значит, надо найти девку.

Николай пристально взглянул на Патаева и произнес спокойным, ровным тоном:

– Не надо ее искать… Это лишнее…

Больше он ничего не успевает сделать, потому что к нему подскочил Конев и со всего маху, с удовольствием ударил его кулаком в ухо.

– Понял теперь: зачем он здесь? – небрежно сказал Патаев. – Еще хоть раз попробуешь ко мне в башку влезть – сам без башки останешься.

Чрезвычайно довольный Конев вернулся на свое место, а Николай, с трудом сев, попытался прийти в себя.

– Вот сейчас я с тобой договариваюсь. Даже слово даю!.. Найдешь ее, порву расписку. Иначе, деньги нужно вернуть завтра… Выбирай.

Николай тихо проговорил:

– У меня через пять дней – прямой эфир… Надо готовиться.

– А мне ты денег должен. Как думаешь, что для меня важнее?

Повисла долгая пауза, во время которой Патаев спокойно смотрел на Николая и ждал.

– Кажется, понял, – вдруг усмехнулся Арбенин. – Я не могу ее искать, потому что времени нет… Не могу вернуть деньги, потому что нет денег… Но из этой ситуации есть выход, так?..

– Приятно иметь дело с умным человеком, – с улыбкой кивнул Патаев.

– И какую ты хочешь долю?

– Деньги мне возвращать не надо – значит, весь уставной капитал твоей конторы – мой… Но я не жадный, мне хватит половины доходов.

– Вообще-то, я не один.

– Значит, вторую половину поделите на всех.

* * *

Арбенин и Зубарев расположились за столиком в шашлычной. Настроение у обоих было не слишком приподнятое.

– Я тут поспрашивал, – вздохнул Зубарев. – Седой – мужик авторитетный… Все равно бы «крышу» пришлось искать – рэкетня совсем оборзела, – а так…