Что мне приснится
Шрифт:
Часть третья
– Думаю, самое время расплатиться с вами, - сказал Орест, дружелюбно улыбаясь. Сами недовольно пробормотал, что самое время было дня два назад; переделка на болотах стряхнула с него все его степенные манеры. Я вопросительно посмотрел на Ореста. Ничего не говоря, он достал небольшой кошель из кожи с вышитым узором. Открыв кошель, он извлек из него четыре крупных бриллианта - я не очень разбираюсь в камнях, но понятно было, что сейчас у Ореста
– Я собирался дать каждому по одному, но так как двое уже не с нами, вам достанется и их доля тоже.
Сами быстро сгреб два камня и восторженно начал их рассматривать. Посмотреть было на что. Глядя на игру света по граням драгоценного камня, я невольно подумал, что тоже хочу такой.
Молчаливый бородач подошел к Оресту не торопясь и, получив камни, равнодушно сунул их себе в карман.
– Выпьем за завершение дела?
– спросил Орест, махнув рукой в сторону постоялого двора, почти у самых дверей которого мы стояли.
– Нет. Я пойду к домам, буду искать себе лошадь. Здесь мы распрощаемся.
Сами на мгновение, казалось, о чем-то задумался, потом бросил жадный взгляд на двери постоялого двора, и, придя к какому-то решению, широко улыбнулся и голосом, в котором читалось нетерпение, сказал:
– А я не буду отказываться. Но я подойду немного позже, мне удобней сперва тоже найти лошадь. Она мне все равно понадобится, - Сами завершил фразу так, как будто оправдывался.
Орест пожал плечами и направился к дверям. Я вздохнул и пошел вслед за ним.
В пустом прохладном зале Орест вольготно расположился за одним из ближайших столов и кивком подозвал хозяина. Я утроился напротив него, положив свои вещи на соседний стул. В сумке, помимо прочего, до сих пор лежал мой настоящий меч, который я пронес через все болото, и мне не терпелось приспособить его на законное место у пояса. Мой меч с печатью Ордена, мой самый преданный спутник - в чем бы я сейчас не подозревал сам Орден.
Орест сделал заказ и не себя, и на меня; все звучало хорошо, поэтому я молча изучал трещину на поверхности стола, пока хозяин не отошел. Когда я поднял голову, Орест, глядя мне в глаза, пожевал губами и сказал:
– Странно, да? Две лошади у одного владельца тяжелее достать, чем одну, к тому же раньше Сами никогда не искал компании этого человека.
Сперва я ничего не понял, и несколько секунд смотрел на Ореста, безразлично откинувшись на спинку стула. А потом лихорадочно отыскал в сумке свой меч - сейчас, когда не было нужды его скрывать, я и не подумал вместо него воспользоваться другим - и поспешил к выходу. Орест оставался на своем месте, чего и следовало ожидать.
Уже выбежав на улицу с обнаженным клинком в руках, я ощутил себя необычайно неловко. Что может произойти в людном месте, среди белого дня? К тому же они вдвоем уже побывали в нескольких рискованных предприятиях вместе, вместе рисковали жизнями. Кого здесь стоит опасаться, так это меня, бегающего по улицам и размахивающего мечом.
Не преодолев волнение, а смирившись с ним, я быстрым шагом направился вперед по единственной
Долго искать не пришлось. Мое внимание привлекла открытая настежь калитка одного из ближайших крестьянских хозяйств, и я вошел внутрь, стараясь шагать бесшумно и держаться в тени деревьев. Увидит хозяин дома - поднимет панику.
Скоро я увидел кровавое пятно посреди дорожки, от которого дальше тянулся красный след. Рядом находилось крыльцо дома, где и находился, видимо, его хозяин. Поднять панику он уже не мог - он лежал, пораженный брошенным в него ножом, и не подавал признаков жизни. У подножия крыльца лежал наш неразговорчивый топорщик; из-под него растекалась лужа крови, одна рана была видна на его руке, наверняка были и другие.
Он был еще жив и силился проползти вверх, но уже не мог. Его неразлучный боевой топор лежал в нескольких шагах, рядом с еще одним большим пятном крови. Там же стоял Сами, спиной ко мне, с окровавленным мечом в руках. Когда я подошел, он как раз весело обращался к своей жертве:
– Как же так, братушка? Я думал, позабавимся, а так все неинтересно получилось. Не ожидал от тебя такого.
– Я подумал об этом. Но я тебе жизнь спас, думал, это что-то должно значить.
Сами рассмеялся. Он поигрывал мечом в своих руках, но не торопился приближаться и наносить окончательный удар.
– То, что ты меня спас - это для меня лишняя причина. Это значит, что не случайно именно мы двое остались в живых. Пока не поздно, говорю спасибо за спасение - да еще спасибо за то, что не устраиваешь шума.
– Чего кричать... погибаю в любом случае, и отомстить за меня здесь некому.
Я пытался решить, что мне делать: броситься вперед сейчас, подождать лучшего момента, а то и просто, закралась и такая мысль, предоставить двум разбойникам решать свои дела между собой. Я затаил дыхание. Этого оказалось мало, и или что-то выдало меня, или Сами помогло чутье; он резко обернулся и увидел меня.
На его лице отразилась ярость. Чтобы он не успел сделать еще чего-то лишнего, я рванул вперед, и мы для пробы скрестили клинки. После этого мы отпрянули каждый на шаг назад. Я не сомневался, что убью его, он, возможно, думал точно так же.
– Вот как вы поступаете. Даете для виду камни, а потом возвращаете себе при удобной возможности. Твой дружок тоже где-то здесь или спокойно пьет, предоставив тебе сделать черную работу? Не поступит ли он и с тобой так же?
– злобно проревел Сами.
Я не ответил, но мне было очень неприятно это слышать. Я снова атаковал, на этот раз с целью убить своего противника.
Сами оборонялся весьма умело. Я понял, что он сражается так же, как и я - полагаясь не на разум, а на память рук и интуицию. Первые удары, которые я нанес, когда меня вел гнев, он отразил без особого труда. Это меня не насторожило: натиск и физическая сила никогда не были моей козырной картой. Я совсем не был дилетантом, которого могут смутить разбойничьи приемчики. Полностью сосредоточившись на поединке, я начал действовать более тонко, и бой теперь шел полностью под моим контролем.