Чокнутый
Шрифт:
– А что здесь, собственно, удивительного? – Родж от необычной ласки неожиданно для себя задремал, и ему пришлось напрячься, чтобы вникнуть в суть вопроса Иризы, которая пристально наблюдала за вожаком и уродцем. В ней заговорило чувство то ли зависти, то ли ревности, и она решила прервать Роджа на самом интересном месте.
– Что удивительного? – Родж, несколько сконфуженный, убрал голову с колен уродца. – Разве вы сами не видите?
Дружное «не видим!» подсказало ему, что не все воспринимают пещеру с должным понятием важности.
– Ну что ж. – Волк сделал умную морду. – Тогда все по порядку. Во время известных
Родж закончил и победно взглянул на жителей. Те сидели с ничего не понимающими мордами и тупо пялились на него. Улыбка медленно сползла с морды вожака.
– Что?
Первым, как всегда, не выдержал орангутанг:
– Ну…
– Что – ну? – снова не понял Родж.
– А при чем тут Чокнутый? При чем здесь мы все?
М-да. В последнее время Родж стал чувствовать себя гораздо хуже. Годы… Годы свое берут. Здоровье, память…
– А при том. – Серый странник задрал морду вверх и замер.
Жители нервно переглянулись, Бобо многозначительно похлопал себя по черепу, показывая, что он думает о сегодняшнем состоянии вожака серых странников. Родж, заметив, что все смотрят только на него, почти рассвирепел:
– На потолок поглядите, медики недогрызенные!
Самое распоследнее в джунглях ругательство возымело свое действие, все как один задрали морды к потолку.
Огромный Пришелец распластался на идеально ровной, освещенной яркими пещерными гнилушками поверхности потолка. Расставленные ноги, раскинутые руки, кудрявая голова. Он был заключен в идеально ровный круг, перечеркнут множеством линий, и все его тело исписано мелкими непонятными знаками.
– Чокнутый! – прошептала Ириза. – Как пить дать, Чокнутый!
– Дура баба, – позволил себе бросить замечание Квар. – У Чокнутого волосы до пупа, и покрепче он. А этот доходяга.
– Все равно похож, – высказала свое мнение Шейла. – Такой же симпатичный.
Все разом посмотрели на нее.
– Ты че, девка? – прежде всего возмутился, конечно, отец. – Белены объелась? Где ж он симпатичный? Чокнутый это…
Квар показал, каким он видит для себя уродца.
– А этот, на потолке, совсем плоский.
Родж еще долго слушал размышления жителей о похожести и непохожести изображения и Чокнутого и никак не мог понять, то ли он чего-то недопонимает, то ли плохо объяснял. В конце концов ему наскучило, и он вмешался в разговор, который уже перешел
– Да вы что, совсем ничего не понимаете?
Все снова дружно ответили, что совсем ничего не понимают.
– Да ведь это же элементарно.
– Еще немного, и он на нас набросится, – тихо прошептал орангутанг Квару на ухо. Тот согласно кивнул и на всякий случай зашел за спину медведя.
– Это элементарно до невозможности, тупые вы жители джунглей. Изображение настолько напоминает нашего, вашего Чокнутого, что даже вчера родившейся букашке понятно, что пещера и все, что здесь есть, построено такими же созданиями, как и Чокнутый. А раз это построено, то для чего-то оно должно служить. Даже в джунглях, на что глупые создания барсуки, и те понимают. Раз построено – значит, так и надо. Все очень и очень просто. Те, кто построил пещеру, делали ее…
Родж разошелся не на шутку. Он раскручивал свою мысль с непостижимым упрямством, выискивая в ничего не значащих деталях столько смысла, что даже мудрость пещерного медведя не выдерживала осады. Доводы сыпались один за другим, перемешиваясь с научными и не совсем словами. Когда волк через полчаса закончил и свалился на пол, высунув язык и тяжело дыша, все напряженно молчали.
– Ну… Всем все понятно?
За всех ответил орангутанг. Наверное, потому, что у него из всех присутствующих было самое невкусное мясо.
– Это-то нам все понятно, уважаемый Родж, но вот только… Чокнутый-то для чего?
Волк устало опустил морду на пол и со словами «Не трогайте меня больше» закрыл глаза лапами.
– Да я пошутил, – попробовал оправдаться Альвареза, но, получив пинок от Бобо, обиженно заткнулся.
Несколько минут ушло на то, чтобы убедить волка в том, что его выступление подготовлено в лучших традициях джунглей и в красноречии с ним мог бы сравниться разве что покойный ныне Черри.
– Ладно, – прервал всех Квар. Пожалуй, он один из всех не слишком внимательно слушал волка, а думал о своем, пантерьем. – Послушайте старую пантеру, которая повидала на своем веку немало удивительного. Все, что сказал Родж, не более интересно, чем сказки джунглей. Но меня, как и всех остальных, мучает вопрос: что такого должен сделать Чокнутый, чтобы оправдать твои надежды, Родж? И еще. Ни ты, ни я, ни кто-либо другой по обе стороны великой Большой реки не знает, как работает эта пещера и как пользоваться всеми этими камнями. Или у тебя, вожак, есть особые мысли?
Ночной Родж почесал голову так, как умеют чесать голову только старые серые странники. С чувством и глубоким удовлетворением.
– Честно сказать, я думал, что Чокнутый сам разберется. Но тогда мы должны поинтересоваться прежде всего у самого Чокнутого, что он думает, если он вообще способен нам что-либо сообщить и оценить ситуацию, в которую он попал. Подойди сюда. Чокнутый. Чокнутый!
Чокнутый не обратил внимания на зов. И не потому, что пренебрегал Кваром или любым из присутствующих. В данную минуту он отрешился от реальности и старательно ковырял пальцем в заинтересовавшем его странном углублении на одном из плоских камней. Сама пещера поразила его гораздо меньше, чем остальных жителей. Первое его чувство еще отличалось новизной и необычностью. Но поразительная картина, виденная не раз в снах, заняла его только на несколько минут, не более. Чувство узнавания быстро прошло, сменившись любопытством.