Четвертый тост
Шрифт:
Фирма принадлежит 45-летнему саудовскому эмигранту Омару Бекри Мохаммеду, известному также под именем шейха Бекри, получившему убежище в Англии 12 лет назад. Бекри регулярно поддерживает контакты с представителями У. бен Ладена, чеченской и дагестанской диаспоры в Иордании. На счета фирмы Бекри поступают пожертвования, собираемые в указанных диаспорах, которые затем переводятся в Россию под прикрытием псевдокоммерческих сделок. В настоящее время Бекри финансирует вербовку боевиков в арабских странах из числа так называемых арабов-«афганцев» (бывших моджахедов) для участия в военных действиях экстремистов на Северном Кавказе. Наемники группами по 10 человек выезжают в Чечню через Турцию.
13 декабря
По всем вопросам чеченцы нашли понимание у шейха. В отношении создания очагов напряженности в Дагестане шейх пообещал проработать планы по вводу в эту республику дополнительного числа арабов и афганцев.
Руководство ливанских ваххабитских группировок начало подготовку к отправке добровольцев на Северный Кавказ. Координируют эту работу Ахмад ас-Саади и шейх Джамаль Хаттаб. Подбором боевиков из числа ливанцев и финансовым обеспечением переправки их на Северный Кавказ занимается шейх Хассан Катриджи, проживающий в Бейруте, а за вопросы оснащения добровольцев отвечает шейх Даи аль-Ислам и его родной брат шейх Ради аль-Ислам аш-Шахал. Переправку боевиков из Ливана предполагается осуществлять через аэропорт Бейрута в одну из стран Персидского залива, а затем на Северный Кавказ.
20—30 декабря сего года в Мекке планируется встреча представителей финансовых спонсоров северокавказских террористов из различных мусульманских стран. На данной встрече в обсуждении мер по активизации зарубежной поддержки вооруженного исламского сопротивления на Северном Кавказе ожидается участие чеченской делегации во главе с Яндарбиевым.
Поддержка бандформирований со стороны исламских государств не в полной мере соответствует расчетам сепаратистов. Так, Басаев признал, что зачастую его обращения за помощью наталкиваются в мусульманских странах на стену молчания. В этом же ключе высказался находившийся в Катаре специальный представитель Масхадова Яндарбиев, который, в частности, заявил, что «до сих пор ни в одной исламской стране мы не встретили поддержки, на которую рассчитывали».
А. Масхадовым, М. Удуговым и Ш. Басаевым сделаны вложения около 12 млн.
долларов США в коммерческие структуры и недвижимость в Пакистане.
В международной организации «Кавказский форум неправительственных организаций», деятельность которой финансируется и направляется британским центром «International Alert», в настоящее время развернута работа по созданию дочерней структуры этой организации – Кавказского форума молодых журналистов «За мир и согласие». Будущая организация призвана объединить в своих рядах перспективных журналистов, представляющих любые негосударственные СМИ северокавказских субъектов РФ и республик Закавказья.
Наверное, самое простое на войне – попасть на войну.
Хотя и здесь, понятное дело, дорожки бывают разными. Одни – для большинства, другие – для тех, кого значительно меньше. Например, так.
Самолет выйдет из облаков над Каспием, над необозримой темно-зеленой равниной, украшенной у берега длинными белыми бурунчиками прибоя, и долго будет снижаться над серовато-желтой землей, над бесконечными кварталами частных домов. Махачкалинский аэропорт, обычная бетонка, сухая прошлогодняя трава – и ни единой снежинки (а ведь в Москве, когда ехали из города, все прямо-таки заметало мокрой пеленой сырого мартовского снегопада). Ветер холодный, занудный, пронзительный, «корова», МИ-26 из Чечни что-то запаздывает, начинают циркулировать вялые слухи, что вертушки сегодня вообще
3
«Крокодил» – МИ-24.
Потом все-таки приземлится «корова», чье нутро размерами мало уступает железнодорожному вагону. Привычная погрузка: ящики с боеприпасами и рюкзаки – аккуратным длинным штабелем по центру, личный состав – на откидных железных сиденьях вдоль бортов. Поехали. Над головой – мощное надоедливое тарахтенье, самое время подремать, если кто хочет; вертолет несется на предельно малой высоте, чуть ли не над самыми верхушками голых корявых деревьев. В этом свой смысл: если на трассе полета и окажется вражина, прицельной пулеметной очереди или точного пуска ракеты попросту не получится: вертолет вывалится из-за горизонта совершенно неожиданно для любого случайного душка, ошеломит тугим грохотом, скользнет над головой и вмиг исчезнет с глаз – ищи ветра в поле.
А через час с лишним – посадка. Ханкала. Снова самая обычная бетонка, вокруг довольно пустынно, только пара-тройка пятнистых «крокодилов» поодаль. Сухая серовато-желтая земля, куда-то неспешно катит «Урал» с тентом, переваливаясь на колдобинах, вдали – ряд палаток, над ними – российский флаг на высоком шесте. Не особенно похоже на войну, но это и есть война, приехали…
Часть вторая
Другая планета
Глава первая
Эти триста из Библии
Декорации были просты до незатейливости: железнодорожный состав из самых обычных плацкартных вагонов давненько уже никуда не ехал, потому что стоял в тупике и носил все признаки нехитрой военно-полевой обустроенности – аккуратные дощатые сортиры насупротив каждого вагона, пара палаток, грубые, но надежные деревянные лесенки в вагоны, с особой любовью оборудованное место для курения – квадрат лавочек вокруг ржавого, закоптелого бидона, где в данный момент и размещались шестеро. Метрах в пятнадцати от них, сразу за сортирчиками, слегка вздымалась железнодорожная насыпь, а с другой стороны, за вагонами, во всем своем размахе простиралась Ханкала – огромное скопище военной техники и военного народа. Только с того места, где разместились курильщики, Ханкалы не было видно, а видны были верхушки далеких гор и сизая туманная дымка. Правда, туман этот был вовсе не природным явлением, это горели там и сям подожженные федералами «самогонные аппараты» – крохотные бензиновые заводики, на которых местные Кулибин-хаджи перегоняли нефть в живые денежки. Тишина стояла совершенно даже невоенная, разве что очень редко где-то вдалеке бухало орудие по своей неведомой надобности.
Шестеро сидели молча, сосредоточенно, со стороны могло показаться, что они озабочены серьезнейшими философскими проблемами, что-нибудь насчет всеобщего счастья. На самом деле тишина была предвкушающая. На самом деле все терпеливо ждали, когда ничего не ведающая жертва направится в сортир. Рано или поздно кому-нибудь из своих должно было все же приспичить.
Они ждали уже десять минут, но ждать они умели. И терпение, наконец, было вознаграждено, терпеливым в этой жизни частенько везет. Свой же собственный орел, капитан Курловский, ведомый насущным требованием организма, браво направился к туалету типа «сортир», повернул на двери табличку (теперь она вещала крупными буквами: «Господа, не мешайте размышлять о вечном!»), закрыл за собой дверь… не ведая, что над дверью трудолюбиво и весьма профессионально закреплен изнутри радиодетонатор.