Честь и предательство

Маккуин Дональд

Матилиса побледнела. Она знала о языке Весенних Листьев, но до сих пор не слышала его. Рассудок подсказывал ей, что Кейси нипочем не тронет женщину, сколь бы тяжким ни оказалось нанесенное ему оскорбление. Однако во взгляде принца не было и следа рассудительности. Его глаза буквально излучали мужскую агрессивность, грубую, почти первобытную. Брови Матилисы испуганно взлетели. Она молча покачала головой, отрицая все и вся. Ее пальцы робко легли на рукав принца.

Кейси продолжал зловеще-бесстрастным тоном:

— Если бы на

вашем месте оказался мужчина, он уже был бы мертв. Если бы на вашем месте оказалась другая женщина, она отправилась бы на Атик ближайшим рейсом. Но я люблю вас.

— Я тоже вас люблю, — торопливо, на одном дыхании произнесла Матилиса.

Сбитый с толку, Кейси нерешительно замялся. Любовное признание Матилисы прозвучало неискренне, с преувеличенным пылом. Она словно пыталась скрыть что-то и одновременно завоевать его расположение.

В ее голосе он услышал ложь.

Глава 26

Дилайт в изнеможении прильнула к груди Лэннета, удовлетворенно вздыхая. Он с улыбкой опустил взгляд на макушку девочки. Он до сих пор немного стеснялся ее, но вопреки всему его душу переполняла радость. Убедившись в том, что Дилайт гораздо сильнее, чем ему казалось сначала, он играл с ней без прежней опаски. Девочку буквально переполняла энергия; она смеялась, взвизгивала, вновь и вновь упрашивая Лэннета еще раз подбросить ее в воздух. Крепкая малышка. Усевшись на палубу и уютно устроив Дилайт на своих коленях, Лэннет поразился тому, сколь хрупкой и беззащитной она выглядит в эту минуту, и подумал, что слова «крепкий» и «сильный» совершенно неуместны, когда речь идет о маленьких девочках.

— Леди очень рада тому, что мы не умерли на звездолете, — сказала Дилайт.

Сердце Лэннета неистово забилось, но он заставил себя произнести беззаботным голосом:

— Вот как? Я тоже рад. А о какой леди ты говоришь?

— Она сказала, что это секрет. — Дилайт заерзала, словно крохотный зверек в поисках защиты. — Старая леди, которая велит мне всегда говорить Солнцедарительнице правду.

Внезапно в мозгу Лэннета совершенно отчетливо всплыли слова Дилайт, утверждавшей, что она уловила мысли сумасшедшего, который пытался взорвать «Аякс»: «…обычно я угадываю, когда люди говорят неправду… только Солнцедарительница может меня обмануть…»

Кто эта старая леди, велевшая девочке всегда говорить правду?

Лэннет отлично понимал, о ком идет речь. На его шее дыбом встали волоски.

— Секрет — это особая вещь, — сказал он Дилайт. — У нас с тобой есть тайна, и мы храним ее. Поэтому я не стану расспрашивать о секрете, который поведала тебе старая леди. Между прочим, она дала тебе хороший совет. Ты никогда не должна обманывать.

Дилайт вытянула шею и заглянула ему в лицо:

— Вы не всегда говорите правду.

— Это оттого, что я взрослый. Мы порой забываем о честности.

Девочка вновь прижалась к нему и отвела

глаза. Ее лицо вдруг стало невыразимо печальным.

— Я знаю. Леди рассказывала мне об этом. Она говорила, что мне ни к чему знать так много. И плакала. Мне было очень плохо. — Дилайт попыталась приободриться. — Еще она сказала, что вы хороший человек. Я ответила, что знаю об этом, и она рассмеялась.

— Значит, ты встречалась с этой леди; ты видела ее. — Это был не вопрос, а утверждение.

— Видела. Вот здесь. — Дилайт прикоснулась к своей голове. — Как в стереовизоре.

— Солнцедарительница тоже приходит к тебе в мыслях?

— Нет. Она лишь говорит, что я должна сказать Матилисе, — Дилайт вздрогнула и замерла, потом медленно, нерешительно подняла лицо и посмотрела на Лэннета. Лэннет заставил себя улыбнуться.

— Не бойся, Дилайт, — серьезно сказал он. — Это тоже останется нашим секретом.

По щекам девочки покатились слезы.

— Леди велела мне никому не говорить об этом. Она рассказала мне о плохих людях, которые изменяют мысли других людей. Леди говорит, что я должна быть осторожна. Что, если ваши мысли изменятся и вы заставите меня выдать тайну?

— Ни за что. Ведь мы друзья.

— Да, но ведь вы не знаете, кто эти плохие люди.

— Это не имеет значения. Ты мой друг, а я — твой. — Лэннет смахнул слезы с лица девочки, но та продолжала смотреть ему прямо в глаза. Он скорчил мину. — В любом случае мои мысли не так уж значительны, чтобы плохие люди захотели отыскать и изменить их.

Дилайт бледно улыбнулась, и Лэннет почувствовал себя куда лучше. Он хотел растормошить девочку, отвлечь ее от мрачных дум, когда из-за его спины послышался чей-то голос. Обернувшись, Лэннет увидел улыбающуюся Нэн Бахальт.

— Кажется, капитан Лэннет только что сказал, что он слишком мал, чтобы его отыскать? — спросила та, обращаясь к девочке.

Дилайт, просияв, подхватила шутку.

— Капитан говорил совсем не это, доктор Нэн, — с пылом возразила она, оживленно жестикулируя. — Он очень, очень большой. Это я маленькая. Он сказал, что его мысли не слишком велики. — Девочка указала на голову Лэннета и рассмеялась, забыв о своих тревогах.

Лэннет взглядом поблагодарил Бахальт.

— Мы должны слушаться капитана, — сказала Нэн. — Он честный человек.

Лэннет насмешливо фыркнул.

Увидев приближающихся Кейси и Матилису, Дилайт умоляюще посмотрела на Лэннета из-под опущенных ресниц. Лэннет подмигнул ей. Заметив это, Матилиса произнесла игривым тоном, тщетно пытаясь скрыть настороженность:

— Какое злодейство вы тут замышляете?

Лэннет вздохнул.

— Что ж, Дилайт, нас поймали на месте преступления, — сказал он. — Я загляну к тебе попозже, мы вместе посмотрим стереовизор.

Девочка с обожанием смотрела на него. Лэннет подумал, что ложь порой бывает лучше правды. Даже если ты обманываешь ребенка.