Честь и Доблесть

Анпилогов Андрей

Железная миска взлетела в воздух метра на три; парочка жирных котов, что лежали под лавкой, забралась на ближайшее дерево за десятую долю секунды, а у меня заложило уши…

Вокруг послышался радостный и продолжительный хохот.

– Отличный порох! – воскликнул коннетабль.

Я подошёл к нему, зажёг перед его мясистым носом зажигалку в ярко-синем корпусе и сказал:

– Это подарок вам, господин коннетабль, совершенно безопасный.

Коннетабль улыбнулся, взял зажигалку и черканул колёсико – огонь загорелся; Артур де Ришмон отпустил палец – огонь погас. Коннетабль повторил эти манипуляции ещё раз, снова заулыбался и

сказал:

– Давай тогда и маленькую бомбу – пугать котов…

Я вытащил из кармана вторую петарду и отдал коннетаблю. Он продемонстрировал зажигалку и петарду рыцарям со словами:

– Покажу его величеству сегодня же.

После чего положил всё в карман и пожал мне руку.

– Браво! Алхимик, – послышались голоса вокруг.

– Это дело повышенной государственной важности, – сказал коннетабль и сделал мне жест рукой снова пройти во дворец графа…

5.2.

Здесь, на первом этаже дворца, уже появились лакеи в золотых ливреях с меленькими передвижными столиками на колёсиках. На столиках стояли вазы с фруктами и высокие бокалы с напитками разного цвета.

Коннетабль улыбался. Он сел в своё кресло и начал говорить негромко, короткими фразами, пристально глядя на меня. Красивый молодой человек, с завитыми волосами, переводил его слова на немецкий язык. Коннетабль хотел, чтобы я хорошо понял каждое слово из его речи…

Я внимательно слушал, с выражением почтительности на своей физиономии.

– Пришло время, когда хороший порох решает судьбу великих сражений… – переводил для меня красивый молодой человек. – Мы захватили парочку английских мортир, но сделать свой хороший порох у нас пока не получается. Наш порох быстро съедает железо… Одна мортира разорвалась, и погибли два наших солдата… Я знаю, что секрет своего пороха англичане получили от немцев. Поскольку ты являешься соотечественником германцев, да ещё и сведущ в делах алхимии, я предлагаю тебе, Альбер де Монт, заняться изготовлением хорошего пороха для французской армии. Наш король найдёт для этого дела нужные средства. В этом я не сомневаюсь. А ты, в случае успеха, станешь богатым человеком и, даже, можешь получить французский дворянский титул…

Коннетабль закончил свою речь и ждал моего ответа.

Я предвидел подобное предложение, и мой ответ был готов.

– Все эти уникальные взрывные устройства, что есть у меня, были изготовлены моим покойным приёмным отцом, вместе с его другом алхимиком Иохимом, когда тот гостил у нас в горах. Господин Иохим приглашал нас к себе в гости, но мой отчим скоропостижно скончался… это случилось месяц тому назад… Чтобы наладить производство хорошего пороха в нужном количестве для французской армии, надо ехать в Германию, к алхимику Иохиму. Он из города Майнца, что находится на западе Священной Римской империи. Я уверен что он поможет… Я знаю состав, но не знаю точных пропорций; К тому же, у него есть главный компонент для изготовления качественного пороха… и здесь я его не найду…

– Ну, что ж, Майнц не так далеко от нас. Для этого понадобится кругленькая сумма и отряд Гастона, – сказал Артур де Ришмон и переглянулся с графом Дебюсси. Затем он встал со своего кресла, взял один из узких бокалов с передвижного столика и продолжил:

– Кстати, Гастон, у нашего молодого человека прекрасная шпага… Хорошо ли он владеет её острым клинком?

– Так точно, господин коннетабль, молодой человек достойно ею владеет, – сказал

Гастон треснувшим под конец голосом.

– Ты, Гастон, как я вижу совсем осип от своего испанского вина, – сказал коннетабль посмеиваясь.

– Наш сержант предпочитает испанское вино, и совершенно не признаёт бургундское, хотя оно очень даже приличное, – сказал граф Дебюсси ласково улыбаясь.

Коннетабль взял ещё один бокал со столика и протянул Гастону.

– Возьми, сержант, и промочи глотку.

Гастон пригубил бокал и скривился. Присутствующие заулыбались.

Артур де Ришмон взглянул на меня:

– Я, коннетабль, командующий вооружёнными силами Франции, предлагаю тебе, Альбер де Монт, вступить в гвардию короля Франции, под моё начало, в роту нашего уважаемого графа Дебюсси, в отряд особых поручений сержанта Гастона… Ты будешь получать жалованье и довольствие от нашего короля.

Эти слова вдохновили меня, и я, незамедлительно ответил:

– Я согласен вступить в гвардию французского короля. Я всегда против захватчиков чужих земель, и поддерживаю борьбу Франции за освобождение своей территории от англичан…

Моя речь понравилась всем присутствующим.

– Хорошие слова, господин Альбер, я услышал от вас. Считайте, что вы уже зачислены в гвардию короля в виде исключения, без испытательного срока. Вы отправитесь в Германию с отрядом сержанта Гастона, как только мы соберём необходимую сумму. Я поставил свою подпись на один из патентов в роты графа Дебюсси. Писарь впишет в нём ваше имя. А сейчас Гастон получит жалованье на свой отряд за прошлый месяц на один мешочек больше… я думаю господину Альберу надо заплатить и за прошлый месяц…

– Благодарю вас, господин коннетабль! Да здравствует король! – воскликнул я и выхватил шпагу…

Никто в этот раз не улыбнулся, и все откликнулись, обнажая шпаги:

– За короля!…

В этот самый момент на мраморной лестнице первого этажа звонко застучали каблучки, и появилась девушка с пышными белыми волосами до плеч, в красивом голубом платье.

Все взоры обратились на очаровательную блондинку лет восемнадцати. Она грациозно спускалась по широкой лестнице с самоуверенной улыбкой на прелестном лице…

Моя кожа снова почувствовала воздействие её присутствия…

– Позвольте, господа, вам представить мою младшую дочь Беатрис. Она изъявила непременное желание видеть того молодого алхимика, уже нашего, – граф посмотрел в мою сторону с улыбкой, – кто смог разогнать отряд англичан одним лишь выстрелом своей карманной бомбарды.

В отличие от своей старшей сестры, эта девушка была явной красавицей.

– Может быть вы потомок знаменитого немецкого алхимика Альберта Великого, получившего непревзойдённый титул "doctor universalis", того самого, что создал искусственного человека гомункулуса? – сказала Беатрис с очаровательной улыбкой.

– Ваше предположение, мадемуазель, имеет право на существование, – ответил я уклончиво.

– Вы, сударь, полны загадок… а я очень люблю разгадывать то, что другим не под силу… – заявила белокурая красавица не сводя с меня взгляда.

– Да, господа, вы знаете, наша Беатрис настоящий медиум – так её называют в университете, – сказал граф Дебюсси. – Она уже успешно предсказала несколько известный событий до того, как они произошли…

Глава 6. Медиум Беатрис