Честь и Доблесть

Анпилогов Андрей

Во дворе замка росло несколько деревьев. Птички на них стали звонко щебетать. Начался рассвет нового, важного для меня дня…

Я чувствовал себя настоящим алхимиком – при длинной шпаге!..

Глава 5. Да здравствует король!

В этот день я встал с рассветом солнца. Воспользовавшись кресалом, кремнем и трутом, зажёг щепу в камине и поставил на огонь котелок с водой.

Заварив чай, я снова начал читать исторические сведения на своём смартфоне… и нашёл сноску под словосочетанием "коннетабль

Франции": " Артур де Ришмон, коннетабль Франции с 1425 года, герцог Бретани, граф де Монфор-л Амори с 1457 года, пэр Франции, видный французский государственный деятель и полководец эпохи Столетней войны…"

Через полчаса в дверь ко мне постучали, и вошёл Гастон. Я едва успел закинуть смартфон в рюкзак…

– К нам прибыл коннетабль Франции господин Артур де Ришмон. Через четверть часа он ждёт тебя во дворце господина Бернарда Дебюсси, – заявил сержант. – Эта встреча может в корне изменить твою жизнь, парень, если ты найдёшь правильные слова при разговоре с ним… Одевай камзол, не забудь шпагу, прихвати свою карманную бомбарду – покажешь как она стреляет, и подходи ко дворцу. Я буду там тебя ждать.

Я оделся, закрепил перевязь со шпагой повыше на поясе, запахнул её камзолом – кончик шпаги слегка и элегантно оттопыривался… В карман положил ракетницу с двумя зарядами, две петарды "Динамит" и зажигалку.

Через четверть часа подошёл к замку графа Дебюсси. Здесь стояла роскошная карета, запряжённая тройкой светлых лошадей. Сержант Гастон оглядел меня с ног до головы, лихо заломил шляпу на моей голове, остался доволен; и стражники расступились перед нами…

Мы сразу попали в огромный зал с высоким потолком, хрустальной люстрой со свечами, со множеством высоких изящных окон, с шикарной мебелью обитой красным шёлком. Широкая мраморная лестница нестерпимо блестела и вела на второй этаж. Её перила натирали лакеи белыми тряпками…

Но все высокие особы были здесь, на первом этаже, у окна, с правой стороны. За столом сидел седовласый мужчина с мясистым строгим лицом и делал пометки на разложенными перед ним листами пергамента; рядом находился мужчина помоложе, в роскошном кафтане, с благородным лицом, – это был граф Дебюсси, мой благодетель… С другой стороны от коннетабля сидел ещё один государственный муж в придворном камзоле с лилиями. Это был королевский казначей. Перед ним стоял мешок из синего бархата. Казначей запускал в него широкую ладонь, вытаскивал золотые монеты и рассовывал их по маленьким мешочкам, что лежали горкой здесь же на столе.

Возле сидящих стоял уже знакомый мне красивый молодой человек, хорошо говоривший по-немецки.

Гастон снял шляпу, поклонился и сказал:

– Наш друг, ваша светлость, германский алхимик Альбер де Монт, явился для беседы с господином коннетаблем Франции Артуром де Ришмоном, как и было назначено.

Гастон ещё раз поклонился. Я снял шляпу и повторил движения Гастона. Коннетабль отложил перо.

Все сидящие за столом взирали на меня с неподдельным любопытством.

– Он говорит по-французски? –

спросил коннетабль.

– Да, делает успехи, говорит и понимает, – ответил сержант Гастон.

– Это хорошо, – сказал коннетабль и обратился ко мне:

– Мне доложили, господин (коннетабль взглянул на один из пергаментов) Альбер де Монт, что вы владеете карманным устройством, способным выпускать поражающий заряд на большое расстояние.

– Так точно, господин коннетабль, у меня есть такое устройство, – чётко и быстро ответил я.

Коннетабль и граф остались довольны моим ответом и улыбнулись. Казначей продолжал рассовывать монеты по мешочкам, чем очень радовал Гастона.

– Позвольте нам, господин Альбер, посмотреть на вашу миниатюрную бомбарду поближе, – сказал граф Бернард Дебюсси.

Я вытащил из кармана ракетницу и передал графу в руки. Её пластиковая блестящая рукоять со взводной пружинкой и привинченный патрон с красной ракетой, произвели на сидящих господ сильное впечатление.

– Не могли бы вы продемонстрировать её стрельбу, – сказал коннетабль.

– Конечно, господа, но для этого надо выйти во двор, – ответил я.

– Пошли во двор, – просто сказал коннетабль и поднялся с роскошного кресла.

Мы вышли во двор. Лексия в этот момент проводила перекличку. В этот раз все рыцари были в гвардейских камзолах с вышитыми королевскими лилиями. Увидев коннетабля, они, в одно движение, салютовали ему шпагами и прокричали в один голос:

– Да здравствует король!!!

Господин Ришмон отсалютовал рыцарям своей шпагой и сказал низким басом:

– За короля!

На ножнах его шпаги сверкнули три золотые лилии, выгравированные у основания клинка.

Затем, внимание всех присутствующих сосредоточилось на серебристой ракетнице в моей правой руке.

Я отошёл в середину двора, оттянул пружину, поднял руку вертикально вверх и… в этот миг, я снова ощутил внешнее воздействие на свой организм… Я затрудняюсь точно его определить… Но оно было! Чёрт возьми… и я его чувствовал, неважно какое оно: электромагнитное, или электромагическое…

Я взглянул на окно во втором этаже замка. Да, та самая девушка! Она стояла и смотрела на меня нагло и упорно. Между нами было не более двадцати пяти метров, и я видел её лицо. Её улыбка казалась мне самодовольной и высокомерной. Она смотрела на меня как на чудаковатого клоуна на арене цирка… Я порядком разозлился. Мне даже захотелось выпустить ракету ей прямо в лоб… но я этого не сделал, и выстрелил вверх.

Звук выстрела оказался очень громким. Огороженная с четырёх сторон каменными стенами территория, ещё больше усилила его. Кони, запряжённые в карете коннетабля присели на задние ноги… Красная ракета загорелась красиво и высоко в синих небесах… и вызвала всеобщий восторг.

Чтобы ещё больше усилить впечатление на высоких особ, я достал петарду "Динамит", поджёг её фитиль зажигалкой и подсунул под перевёрнутую жестяную миску, из которой кормили дворовых котов-крысоловов…

Раздался такой мощный взрыв, что я и сам не ожидал…