Чесма
Шрифт:
«Великая государыня, — писал Орлов Екатерине, — хотя, кроме крепостей, вся Морея и очищена от турок, но силы мои так слабы, что я не только не надеюсь завладеть ею, но и удержать завоеванные места. Робость греков и майнотов лишают меня совсем надежды;
а беспорядок, происходящий от неразумения языка, еще более меня в том утверждает. Лучшее из всего, что мне можно будет сделать, это: укрепить себя сухим путем и морем; зажечь огонь по всех местах, каков в Морее; пресечь весь подвоз провианта в Царьград и делать нападение морской силой. Трудно будет и сие произвести в действо, если скоро не придет Эльфиистон».
Итак,
Но для обложения Модона можно было выделить только 750 человек десанта, тогда как в данный момент турки успели уже довести его гарнизон до 3000 человек, да на выручку к нему еще подходил 5-тысячный корпус. 4 мая войска, сражаясь под Модоном со всеми этими силами, потеряли убитыми и ранеными до 500 человек, т. е. две трети всего десанта, и принуждены были снять осаду этой крепости.
Вся эскадра Спнридова, находившаяся теперь в сборе, вместе с прибывшим кораблем «Европа» состояла только из 5 линейных кораблей, 1 фрегата, 1 бомбардирского корабля и 9 мелких своих и греческих судов — на всех с недочетом в командах.
А между тем турки грозили с сухого пути отнять и Наварин, г на море большой турецкий флот уже шел, намереваясь запереть нашу эскадру.
Это было в мае 1770 г.
V
ЭСКАДРА ЭЛЬФИНСТОНА
Во время пребывания эскадры Эльфинстона в Портсмуте команды на судах были пополнены нанятыми в Англии людьми и принятыми на службу офицерами, так
зо
что в марте 1770 г. всех служащих на эскадре было уже 3230 человек. *
2 апреля Эльфинстон вышел из Портсмута. Теперь у него в эскадре было опять 3 корабля: 70-пушечный «Святослав», на котором ом поднял свой флаг, два 66-пушечных — «Не тронь меня» и «Саратов», 3 фрегата — «Северный Орел», «Надежда» и «Африка» и 4 меньших судна, вроде вооруженных транспортов, всего 10 судов.
10 апреля недалеко от мыса Лизард на фрегате «Северный Орел» от качки открылась большая течь. Он принужден был вернуться в Портсмут, а там был признан вовсе негодным к плаванию и разобран.
Дальнейший путь эскадры Эльфинстона проходил благополучно, и 9 мая она на основании данных Эльфин-стону инструкций подходила к берегам Морей.
Эльфинстон, опросив в пути встреченные им два греческих судна и рассчитывая попасть в надлежащий пункт, пришел прямо в порт Рупино, находящийся в Колокиифской бухте. Здесь он высадил свой десантный отряд под начальством подполковника Борисова и велел ему следовать на север — к Мизитре, которая теперь была уже занята турками. По счастью, сам Борисов не положился на Эльфинстона. Он собрал более точные сведения о месте пребывания Орлова и известил его о своем прибытии.
Между тем Эльфинстон узнал от греков же о близости турецкого флота и пошел эскадрой навстречу.
Он следовал к юго-востоку — между островом Че-риго и мысом Анджело. Это было 16 мая. Ветер дул с утра переменный, и к полудню установился тихий $80.
В начале шестого часа вечера передовой корабль «Не тронь меня» вступил в бой с турецким адмиральским кораблем. Спустя полчаса подошел к ним и другой корабль — «Саратов», потом фрегат «Надежда», которые и атаковали другие корабли неприятельского флота. Прочие турецкие суда стреляли на довольно дальнем расстоянии, а потом стали удаляться в зализ Навплию — к стороне Наполи-ди-Ромаиия. Все сражение продолжалось около часа и кончилось, когда сна- г ряды с обеих сторон уже не долетали. С наступлением 1 ночи наша эскадра потеряла из виду турецкий флот.
На эскадре Эльфинстона в сражении был убит 1 человек и б ранено. Небольшие повреждения от ядер оказались на двух кораблях и одном фрегате.
Дерзость нападения слабейшего противника, видимо, смутила турок. Повидимому, они приняли эскадру Эльфинстона за авангард главных сил.
Между тем по получении известий от подполковника Борисова о прибытии Эльфинстона Орлов решил сосредоточить все силы на море. Он тотчас же отдал приказание эскадре Спиридова итти в Колокинфскую бухту. 15 мая Сппридов вышел из Наварина со своими 4 кораблями и 2 пакетботами, а 17 мая, т. е. на другой день после сражения при Специи, прибыл с ними в порт • Рупино, принял там десант, высаженный Эльфинстопом, и 21 мая пошел на соединение с его эскадрой. >
Но в то же время и Эльфинстон не оставался в бездействии: после сражения при Специи в ночь на 17 мая был штиль, а утром, воспользовавшись легким зюйдом,. | он преследовал турецкий флот до самой Навплийской бухты. Укрывшись в бухте, турецкие суда расположи- ! лись в линии на шпрингах, вблизи самой крепости На- • поли-ди-Романия. Теперь насчитано было у турок 11 кораблей, 2 фрегата и 7 двухмачтовых судов. Несмотря на это, эскадра Эльфинстона во главе с его кораблем
з?
шла в атаку. Суда подходили и строились в линию: сначала корабли, потом фрегаты, и около 3 часов пополудни завязалось сражение.
Вскоре ветер стал стихать и имевшееся в бухте небольшое течение стало прижимать русские корабли к неприятельскому флоту. Чтобы удержаться на месте, флагманский корабль «Святослав» и «Саратов» стали на якорь; все прочие суда, спустив шлюпки для буксирования, взяли паруса на гитовы. В это время возобновилось довольно жаркое сражение, причем русские корабли стреляли брандскугелями, и один из турецких кораблей загорелся, но был потушен.
В начале шестого часа адмиральский корабль Эльфинстона обрубил канат и шпринг и начал удаляться на буксире. Его движению последовал «Саратов», а потом и все прочие суда. В б часов сражение прекратилось. Русские команды вели атаку отважно; люди у орудий действовали проворно и хладнокровно. Турки были озадачены, и потому потери на русской эскадре были незначительны: только 6 человек убитых и 3* раненых.